Читать онлайн «Истинно арийский попаданец. Книга 1_4». Страница 21

Подожди! Когда, ты говоришь, он сделал эти рисунки!?

Вот и я про то же ‑ Берия снял пенсне и протер стекла ‑ Павлов, в меру своей возможности, нарисовал точно те же самолеты, рисунки которых мы получили от нашего агента только через две недели. Причем, пытался повторить эти рисунки в мельчайших подробностях.

Павлова опекают максимально плотно. Утечки или передачи информации по обычным каналам быть не могло.

Дальше ‑ хуже.

Когда, уже после получения информации от Брайтенбаха, я все же был ознакомлен с этими художествами и понял, с чем имею дело ‑ первый делом я кинулся в спец. архив.

... И сравнил рисунок этого букета, с рисунком Гесты.

Смотри...

Сталин молча сравнил два рисунка, поиграл желваками и так же молча заходил по кабинету.

Берия напряженно ждал.

Лаврентий, ты вообще понимаешь, что это значит, если не было передачи информации по обычным каналам!?

Да! Павлов, ну или этот, его паразит, не просто немецкий агент или малолетний придурок из реальности Гесты, вообразивший себя арийцем районного разлива.

Существует прямая, неотслеживаемая нами связь, между спецслужбами, курирующими в Рейхе особо секретные проекты и паразитом Павлова.

Более того, по заключениям специалистов, рисунки, которые мы получили из Германии, являются доработанные профессионалами копиями рисунков, выполненных Павловым.

... То есть, немецкие рисунки вторичны.

Ну, а рисунок атомного взрыва говорит сам за себя.

Сталин сел за стол и еще несколько раз просмотрел рисунки.

Лаврентий я думаю, мы должны в максимально настойчивой форме задать вопросы по этим рисункам Брайтенбаху.

Потом подумал и добавил ‑ ... попробуй еще раз выйти на контакт с "молчаливым" ... прими все условия, которые он выдвинет в обмен на сотрудничество по этой теме.

Павлова, пока мы не выясним, как передавалась информация, не трогать.

Гесту по этому вопросу не привлекай ‑ пусть занимается Уралом 4.

На развертывания первого полка реактивных перехватчиков кинжального действия даю тебе четыре месяца.

Привлеки все возможные средства и приложи максимум усилий по атомному проекту и машине носителю.

Подготовь мне развернутый анализ по реакции наших зарубежных заклятых друзей на возможное применение нами такого оружия.

Глава 19Только один шаг

Ученые и конструктора, оторванные от своих архи важнейших дел кучковались по вестибюлю спец гостиницы НКВД небольшими, постоянно меняющими свой состав группками, тихо, но оживленно обсуждающими происходящее.

Необычным в этом совещании было все ‑ начиная от расставленных вдоль стены столов, уставленных тарелками с бутербродами и салатами, бутылками с соками и минералкой, среди которых стояли даже бокалы со спиртным, и предупреждение, под расписку, о том, что на темы, обсуждаемые на заседании, можно говорить только между собой и назначенными кураторами, и только в специально отведенных для этого местах.

Нет, собственно ни для кого из них режим секретности и подписки о нераспространении не были в новинку ‑ все они в той или иной форме были участниками и исполнителями важных государственных проектов; многие из них были военные.

Удивляло как раз обратное ‑ между собой им было разрешено обсуждать любые темы связанные с их деятельностью. В том числе и о всех проектах, ранее выполнявшимися ими. В том числе и проходящими под грифом "особо секретно и группа А"

Несколько десятков человек, занимающихся различными, казалось бы ничем не связанными между собой научными и техническими вопросами и имевшие ранее друг о друге и о роде деятельности собеседника самые смутные представления!?

Физики; математики; несколько военных, специалистов в области взрывчатых веществ; металлурги и химики ‑ люди, явно собранные для решения какой то важной правительственной задачи!?

В зале возникло оживление.

Сталин... Сталин .... ‑ раздалось перешептывание.

Эти люди знали себе цену и умели себя сдерживать ‑ никто не кинулся навстречу вождю, навязывая свое присутствие.

Лидер страны медленно переходил от одной группы к другой: здороваясь со специалистами; расспрашивая о темах, над которыми они работали в последнее время и знакомясь с новыми для него лицами.

Наконец вошел офицер с повязкой дежурного и пригласил всех в зал.

Большая комната; столы на двух человек, свободно расставленные по всему пространству; раздвижная школьная доска; на стенах какие то графические материалы, прикрытые занавесками ‑ ни трибуны, ни стола президиума ‑ очень необычно.

Сталин не прошел вперед, а сел за стол, с краю, с одним из ученых физиков, о чем то тихо беседуя.

На середину комнаты вышел еще один человек, которого все хорошо знали ‑ кто по служебным контактам, кто из газет, а кто и познакомился с его деятельностью в более неприятных обстоятельствах ‑ генеральный комиссар Берия.

... Товарищи! Вы все, в последнее время, каждый в своей области, выполняли важные правительственные задания.

Вам не сообщалось, но все эти задания были направлены на решение одной важнейшей оборонной задачи.

Некоторое время назад в наши руки попала информация о возможности создания на основе физических эффектов распада и синтеза атомных ядер определенных веществ оружия чудовищной разрушительной силы.

Взрыв бомбы, выполненной с использованием этих физических эффектов и которую способен доставить к цели всего лишь один бомбардировщик, эквивалентен взрыву нескольких тысяч обычных бомб и способен причинить чудовищные разрушения.

Заботясь о безопасности и обороноспособности нашей страны, правительство инициировало работы над проектом такого оружия.

Проект состоял из трех основных тем: теоретическое и практическое обоснование физических принципов, на которых базируется создание такого оружия; создание оборудования на котором можно получить необходимые вещества и собственно проектирование такой бомбы.

Каждый из вас работал над решением определенной задачи для этого проекта.

Сейчас проект не просто перешел в стадию практического исполнения ‑ мы получили информацию, которая позволяет предполагать, что от того, насколько быстро мы сможем создать такое оружие может зависеть жизнь наших близких и само существование нашей страны.

Мне тяжело говорить и это особо секретная информация, но сейчас мы находимся на грани самой страшной войны, за всю историю существования человечества.

Вся конференция пройдет в два этапа ‑ сегодня вы получите всю имеющуюся у нас информацию по атомной бомбе, а завтра вам доложат о текущем состоянии проекта и о некоторых особенностях применяемого оборудования и процесса получения материалов, необходимых для создания такого оружия.

Сейчас перед вами выступит докладчик, который ознакомит вас со всей, я еще раз подчеркиваю, со всей имеющейся у нас технической информацией по этой бомбе.

В связи со специфическим способом получения этой информации, докладчик, к сожалению, является просто передаточным звеном и на ваши профессиональные вопросы ответить не сможет.

Записей прошу не делать, со стенограммой конференции и графическими материалами вы сможете ознакомиться у кураторов проекта.

К доске подошел пожилой человек и хмуро оглядел собравшихся.

Почти все его раньше видели ‑ он иногда появлялся в их подразделениях, знакомился с результатами работы, но никого персонально не расспрашивал и, за исключением редких случаев, ни во что не вмешивался.

Некоторые знали его имя ‑ Геста. По слухам ‑ товарищ из Испании.

Хочу еще раз повторить слова Лаврентия Павловича ‑ начал он ‑ я, к сожалению, только передаточное звено в длинной цепочке передачи информации.

Причем: и звено недостаточно компетентное ‑ могут быть ляпсусы даже на уровне правильного применения терминов и ошибки в простейших для вас вещах; и передающая цепочка вносила большие искажения информации, включая прямую дезинформацию.

Поэтому любое мое утверждение должно быть воспринято критически и проверятся сразу на нескольких уровнях.

Что на сегодняшний день известно абсолютно достоверно, я еще раз подчеркиваю ‑ абсолютно достоверно:

Атомная бомба ‑ это реальное устройство, спроектированное на базе тщательно отработанной теории атомного строения вещества.

Этой важной информации у нас, к сожалению, нет. Такую теорию Вам придется создавать самим, базируясь на том безграмотной компиляции, которую я сейчас преподнесу.

Атомное оружие основано на трех физических эффектах ‑ распад, с выделением энергии и избыточных нейтронов, ядер тяжелых металлов; трансмутация, с поглощением энергии, элементов, под действием нейтронного потока; синтез, с выделением энергии, из легких ядер более тяжелых элементов под действием сверхвысоких давления и температуры.

На сегодняшний день, пригодных к практическому применению таких тяжелых металлов известно два ‑ уран 235 и плутоний 239. Ядра обоих металлов способны делиться, поглотив нейтрон. При этом, в процессе деления образуется несколько нейтронов. То есть при соблюдении определенных условий ‑ степень очистки, масса, геометрическая конфигурация ‑ процесс идет по нарастающей и приводит в взрывному выделению энергии. Оба вещества имеют свои достоинства и недостатки. Первое имеется в природе и более просто для практического использования. К сожалению нужный для оружия уровень концентрации и очистки для нас пока недостижим. Второе очень капризно технологически, ядовито и имеет неприятную особенность ‑ начинать выделять энергию до момента гарантированного перехода из до_критического в над_критическое состояние. В результате вместо взрыва может произойти маломощный хлопок. Как результат, при работе с этим металлом скорость изменения конфигурации должна составлять пять ‑ восемь скоростей звука. Его достоинство ‑ этот компонент можно получать в больших количествах искусственно, используя уран 235, не оружейных концентраций.