Читать онлайн «Открытия, которые изменили мир». Страница 66

Успешные партнерские отношения между альтернативной и научной медициной уже сформировались. Например, статья, опубликованная в 2008 г. в журнале Current Oncology, описывала «интегративную онкологию» как следующий этап в эволюции лечения рака, отмечая, что ее цели — в том числе поддержка пациентов и их семей путем улучшения качества жизни, смягчения симптомов, вызванных общепринятыми методами лечения, а иногда — упор на народные средства. В качестве примера авторы привели тот факт, что «после внимательного изучения име­ющихся данных» Общество интегративной онкологии одобрило акупунктуру как дополнительную терапию в случаях плохо контролируемой боли, связанной с онкозаболеваниями.

Не стихают споры о том, могут ли многие альтернативные виды терапии эффективно и безопасно использоваться в качестве замен или дополнений к научной медицине. Но в учебнике по интегративной медицине говорится, что такой подход имеет множество преимуществ, включая устранение барьеров для самоисцеления; ускорение лечения с помощью объединения разума, тела, духа и общества; обеспечение медицинского обслуживания, основанного на «постоянных лечебных взаимоотношениях», а не просто «визитах»; передачу пациентам большего контроля над их лечением. Как было написано в редакционной статье Brirish Medical Journal в 2001 г., «…интегративная медицина заключается не только в обучении врачей тому, как использовать травы вместо таблеток. Ее задача — восстановить главные ценности, которые были разрушены социальными и экономическими силами. Интегративная медицина — это хорошая медицина… и знаком ее успеха будет избавление от прилагательного в названии».

Удачный день для восточной медицины: снова баланс

Намного важнее знать пациента, страдающего от заболевания, чем заболевание, которым страдает пациент.

Сэр Уильям Ослер (1849–1919), канадский врач, отец современной медицины

Йонтен и его товарищи, буддистские монахи, приехали в США. Но воспоминания об их непростом опыте в Тибете вызывали у них многочисленные симптомы и влияли на их способность медитировать. Тибетские лекари заключили, что корень проблемы был в дисбалансе жизни и ветра, а в США монахи были направлены за дополнительной помощью в Бостонский центр защиты прав и здоровья беженцев. У психиатров центра не было возражений по поводу поставленного тибетскими целителями диагноза srog-rLung, но они добавили к нему свой — посттравматическое стрессовое расстройство. Затем, используя принципы интегративной медицины, врачи работали с монахами, чтобы создать лекарство с помощью разных методик (и традиционных, и альтернативных). Сейчас монахи чувствуют себя гораздо лучше благодаря интегративному — и более сбалансированному — подходу, который включает не только дыхательные упражнения, травы, мантры и песнопения, но и западные средства: психотерапию и антидепрессанты.

***

Революционное возрождение альтернативной медицины и возникновение интегративной медицины вызывает радость. Новый подход объединяет все лучшее, чему медицина научилась за тысячелетия: от ранних методов, изобретенных в Китае, Индии и Греции, до разрыва с традицией в эпоху Возрождения; от рулона бумаги, который в 1816 г. привел к появлению стетоскопа, до почти 200 лет вражды между научной и альтернативной медициной. Сегодня многие считают, что медицина может лучше всего реализовать свой потенциал с помощью технологий и лекарств, спасающих жизнь, а также традиционных ценностей, воспитывающих уважение к разуму, телу, духу, и теплых отношений между врачом и пациентом. Со времен Гиппократа и даже за тысячелетие до него врачам было известно, что человека не всегда можно исцелить. Но заботиться о нем — и, соответственно, лечить — можно всегда.

Эпилог

Величайшая преграда на пути к открытию — не невежество; это иллюзия знания.

Дэниел Бурстин, американский писатель и историк

«Сумасшедшая идея…» — та, что «расходится с общепринятым знанием».

Английское Королевское общество, не признавшее открытие первой вакцины

Как продемонстрировали десять величайших прорывов в медицине, знание — штука рискованная. Оно может нас ослепить, лишив возможности увидеть то, что мы пытаемся отыскать. Оно может быть так сильно подчинено воздействию традиции, что ослепляет, не давая увидеть ничего вокруг. И как бы мы ни старались это знание накопить, побеждает порой банальная удача. Герои этой книги преодолели все испытания и совершили десять знаковых открытий, в числе которых оказались: 1) собственно медицина; 2) санитария; 3) микробная теория; 4) анестезия; 5) рентген-диагностика; 6) вакцинация; 7) антибиотики; 8) генетика; 9) лекарства от психических расстройств; 10) альтернативная медицина. Глядя на проделанный ими путь, можно выделить четыре урока, которые служат вехами и заветами для тех, кто желает совершить следующий научный прорыв.

Урок 1

Обращайте внимание на необычное — и очевидное

В начале XIX века Рене Лаэннек прогуливался по парку и заметил, как двое детей перестукивались, посылая друг другу сигналы с помощью длинной палки, которую они прижимали к ушам. Некоторое время спустя он безуспешно пытался прослушать сердцебиение пышнотелой пациентки, и внезапное воспоминание об этом забавном случае вдохновило его скрутить в трубочку лист бумаги, изобрести стетоскоп и совершить переломный шаг, который повлиял на развитие современной медицины (см. главу 10).

В начале 1830-х Джон Сноу был отправлен в шахту, где бушевала эпидемия холеры, и заметил две странные вещи: шахтеры находились так глубоко под землей, что не могли быть подвержены воздействию «миазматических» испарений, которые считались причиной заболевания; питались они рядом с помещениями, где справляли нужду. Пятнадцать лет спустя эти наблюдения вдохновили Сноу на создание революционной теории, в соответствии с которой холера передавалась через зараженную воду. Это открытие стало ключевым прорывом в открытии микробиологии (см. главу 2).

В 1910 г. биолог Томас Морган обнаружил нечто необычное у выведенных им миллионов плодовых мошек — насекомое с белыми глазами. Это любопытное наблюдение позволило Моргану и его студентам совершить революционное открытие и установить, что базовые единицы наследственности — гены — расположены в хромосомах (см. главу 8).

Урок 2

Будьте верны своим убеждениям, несмотря на сомнения и насмешки

В конце XVIII века Эдвард Дженнер выяснил, что человека можно защитить от смертельной инфекции — натуральной оспы, — если ввести в его организм куда менее опасную коровью оспу. Несмотря на бурю протеста, обоснованного научными, религиозными и моральными соображениями, Дженнер настойчиво продолжал исследования. Уже через несколько лет его вакцина спасла множество людей по всему миру (см. главу 6).

Когда Игнац Земмельвейс предположил в 1847 г., что смертельная инфекция, поселившаяся в его офисе, передавалась через немытые руки врачей, он внедрил обязательную процедуру мытья рук, которая в итоге спасла много жизней. И хотя медицинское сообщество с насмешкой восприняло его веру в то, что мытье рук может прекратить распространение болезни, Земмельвейс не отступал и сегодня считается человеком, сыгравшим важнейшую роль в открытии микробной теории (см. главу 3).

В 1865 г., после десяти лет экспериментов, вырастив тысячи гороховых растений, Грегор Мендель открыл новую область — генетику — и ее первые законы. Хотя биологи игнорировали и недооценивали его достижения в последующие 30 лет, Мендель до самой смерти утверждал: «Придет время, когда истинность этих законов… будет признана». Мендель был прав; сегодня его считают отцом генетики (см. главу 8).

Урок 3

Учитесь ловить удачу

В 1928 г. Александр Флеминг вернулся в свою лабораторию после долгого отпуска и обнаружил, что в чашке с выращиваемыми им бактериальными культурами поселилась плесень. Воспользовавшись этой забавной счастливой случайностью — и многими другими совпадениями, о которых он и не подозревал, — Флеминг в итоге открыл пенициллин (см. главу 7).

В 1948 г. Джон Кейд изучал пациентов, страдавших маниакальной депрессией, в надежде найти в их моче токсичное вещество, которое объяснило бы их странное поведение. Но вместо этого он наткнулся на вещество, которое предотвращало его появление. Воспользовавшись этим неожиданным поворотом судьбы, Кейд создал карбонат лития, первое эффективное лекарство от мании (см. главу 9).

В начале 1950-х Джеймс Уотсон и Фрэнсис Крик, как и многие другие ученые, мучительно пытались разобраться в структуре ДНК. Затем, в начале 1953 г., Крику показали рентгеновский снимок ДНК, сделанный ученым Розалинд Франклин. Некоторое время спустя благодаря этому изображению на Уотсона и Крика снизошло вдохновение, позволившее им разгадать тайну ДНК (см. главу 8).