Читать онлайн «Энергия наших мыслей». Страница 52

Для того чтобы исследовать “модуль Бога”, Хам-меру потребовалось идентифицировать и выделить в отдельную группу тех, кто мог чувствовать присутствие Бога. Он использовал шкалу, введенную Робертом Кленингером, которая измеряет степень трансперсонального ощущения мира. Шкала Кленингера имеет три уровня:

1) отрицание себя, ощущение причастности к чему-то большему;

2) трансперсональная идентификация (ощущение чего-то, связанного с миром за пределами самого себя, любовь ко всему миру, желание улучшить его и т. п.);

3) склонность к мистицизму.

Для людей всех этих трех типов необъяснимое, мистическое волнует и привлекает гораздо больше по сравнению с материалистическим объяснением мира. Хаммер отметил, что высокое значение по этой шкале, скорее всего, будет принадлежать людям типа Махатмы Ганди, а низкие значения будут принадлежать людям типа Чингисхана.

Оценивая данные по этой шкале среди студентов США и Австралии, Хаммер определил, что чувство восприятия мира существенно наследуемо и среда очень мало влияет на эти оценки. В дальнейшем, сравнивая чувство восприятия и оценки по этой шкале с индивидуальным генотипом, он выделил ген УМАТ2, который по этой шкале с самоотрицанием ассоциировался сильнее, чем со всем другим, но при этом достаточно сильно со всеми тремя признаками. Вариант этого гена — так называемые спиритуальные аллели — контролирует моноамины, химически ассоциированные с уровнем сознания и, что интересно, также с теми веществами, которые ведут к мистическому восприятию. Моноамины сравнивают две группы — катехломины (адреналин, норадреналин) и эндулиамины (серотонин).

Вариации в уровне серотонина образуются натурально благодаря генетическим реакциям. Один человек получает меньше серотонина и таким образом имеет более низкий уровень социальности и настроения, а другой получает хорошее настроение и имеет более высокий уровень социализации. Это привело Хаммера к заключению: чувство спиритуальности — это скорее состояние эмоций, чем интеллекта. Никакая книга или монах не могут научить вас использовать транспорт моноамина или чего-то другого для того, чтобы игнорировать сигналы, идущие из лимбической системы. Это наша генетическая предэкспозиция, которая помогает определять, насколько вы спиритуальны. Мы не знаем Бога, мы чувствуем его.

Хаммер обнаружил корреляцию между геном VМАТ2 и чувством сопричастности, имеющим отношение к дисциплине, самосовершенствованию личности и амбициям. В дальнейшем Хаммер отметил, что люди, у которых этот ген активен, могут очень высоко стоять по шкале Кленингера и сообщать об ощущениях выхода из тела, похожих на ощущения тех, кто принимал наркотик псилоцибин. Это очень активный элемент, называемый волшебником грибов. Псилоцибин активирует те же самые пути, что и серотонин и монамин. Исследуя дальше сущность этого феномена, Дин Хаммер написал книгу, в которой связывал определенные гены с восприятием Бога.

Психотический наркотик экстази вызывает, во-первых, большой выброс серотонина, в результате чего ваше настроение поднимается и вы чувствуете всех своими близкими друзьями, и, во-вторых, разрушение клеток, которые влияют на серотонин с тем результатом, что длительные эффекты отсутствия серотонина приводят к депрессии и соответствующим симптомам. Прозак — это, возможно, более мягкая форма экстази.

Итак, похоже, что некоторые люди получают свои мистические ощущения естественным путем, с генетической предэкспозицией, от бабушек и дедушек, в то время как другие должны воспользоваться фармакологией и плодами растений. Невролог Чейндж Остин описывал состояния сознания, в котором время, страхи и самоощущения были абсолютно неизвестными. В обычном состоянии у человека существуют устойчивые нейронные процессы в лобных долях, которые ориентируют человека в пространстве и определяют границу между человеком и окружающим миром, а фронтальные и темпоральные доли определяют время и поддерживают самоосознание.

Некоторые из трансцендентных людей сообщают о восприятии голоса Бога. При этом зона Брока в темпоральной доле, где расположены голосовые ощущения, активируется, когда человек слышит голоса. Во время медитационных восприятий, когда входящие сенсорные стимулы успокаиваются, эти внутренние голоса могут быть легко фальсифицированы и отнесены к источнику, который находится вне тела.

Михаил Персинджер продемонстрировал, что мистическое, психическое и паранормальное восприятие ассоциируется с большой лабильностью в теменных областях. Фактически, прикладывая слабые магнитные поля к областям висков, он мог индуцировать ощущение выхода из тела.

Наконец, Хаммер обсуждает отношение между спиритуальным и религиозным восприятием. Оно зачастую выражается таким образом — “я не очень религиозный человек, но я достаточно спиритуальный”, и наоборот. Спиритуальность основана на сознании, религиозность — на восприятии. Спиритуальность универсальна, у нее своя культура, она имеет свои формы и религию. Можно сказать, что спиритуальность генетически определена, в то время как религиозность основана на культуре, традициях, вере и идеях, то есть она, другими словами, обучаема. Это одна из тех причин, почему спиритуальность и религиозность имеют такое разное влияние на человеческие жизни и на общество.

Исследовав работу мозга монахов во время молитвы, йогов во время медитации, нейрофизиологи пришли к заключению, что можно выделить определенные зоны коры больших полушарий, связанные с трансцендентными ощущениями (чувство полета, экстаза, внутренние голоса), но объяснить этим всю гамму душевных чувств и эмоций, ощущение божественной благодати и радости было бы слишком сильным упрощением.

Современные мыслители стоят на понятии взаимодействия. Оно описывает очень тонкий, чувствительный путь, в процессе которого наше сознание, наши идеи, образы и наше тело, мозг, клетки, химия и электричество напрямую и непосредственно влияют друг на друга. Как простой пример мы можем сказать, что, когда мы испытываем радость, в это вовлечены наше сознание и наш дух, но при этом за счет активности мозга и нервной системы идет резкий выброс определенных медиаторов и рост их количества в крови, в иммунной системе, в самом мозгу и теле. И, соответственно, уменьшение количества этих клеток может уменьшить наше радостное состояние.

Мы также знаем, что использование нашей памяти и возможностей мозга ведет к тому, что мы сохраняем наши нервные клетки. Это можно выразить понятием: используй, или потеряешь. И, соответственно, потеря нервных клеток во времени влияет на память и на наши способности. Сказать “используй свой мозг, но не используй свое сознание”, это то же самое, что сказать “используй свой компьютер, но не используй программу “Word”. Возможности одной системы влияют на возможности другой. Наше ментальное программное обеспечение и наше тело — это неразрывное единство, когда мы говорим об объединении структуры и функции. Когда компьютер выключен, программа “Word” не может функционировать; но когда компьютер включен, это не означает, что он будет использовать именно эту программу. Можно сказать, что сознание функционирует и активно только тогда, когда мозг жив и работает. Когда мозг умирает, сознание не может функционировать. Но только то, что мозг жив, не означает, что сознание будет использовано по максимуму возможностей.

Так что же такое человек — сложный биологический автомат или частичка Бога на Земле? Можно ли

создать робота, обладающего сознанием, способного любить, слушать музыку и наслаждаться картинами Ренуара?

Представим, что мы сконструировали самообучающийся автомат на базе супермощной ЭВМ, способный выполнять определенные действия, вносить усовершенствования в свою программу в зависимости от условий и передавать эту программу вновь изготавливаемым автоматам. Сообщество таких автоматов может построить завод по производству новых моделей, все более совершенных, и утилизации старых, и в ходе своего развития образовать квазиустойчивую структуру. Хватило бы энергии. Налицо все три признака дарвиновской триады. Можно ли признать эти автоматы живыми? Есть ли в их поведении отличие от колонии пчел, муравьев или термитов? Оказывается, есть.

Наукой накоплено огромное количество наблюдений, свидетельствующих о том, что в рамках понятий “инстинкт”, “программа поведения”, “запись информации на генетическом уровне” нельзя объяснить действительность. В прекрасной книге Р.Шовена “От пчелы до гориллы” приводится обширный материал, однозначно подводящий к суждению: поведение животных свидетельствует о наличии феномена, который биологи определили понятием “надорганизмен-ный разум”.

Приведем наиболее яркие примеры.

Пчелы. Язык танца пчел. Одним из самых замечательных достижений натуралистов последних десятилетий следует признать открытие языка танца пчел. Пчелы-разведчицы сообщают своим соплеменникам детальную информацию об обнаруженных ими запасах нектара, указывая точное расстояние, направление и требуемое количество сборщиц.