Читать онлайн «День помощи». Страница 150

– Насчет гибели людей, Николас, я не стал бы говорить так однозначно, – возразил Бейл. – Пока не названы имена тех, кто, как утверждают русские, погиб при взрывах, как не найдены и останки тел, якобы полностью уничтоженных огнем. – Бейл усмехнулся: – Отличный способ замести следы, не так ли? Поэтому, очень может быть, взрывы произошли в тот момент, когда на станциях не было ни единого живого человека. Пока названы лишь приблизительные цифры потерь, и вполне вероятно, что они постепенно уменьшатся до нуля. Да и, в конце концов, неужели ради возрождения величия и мощи своей страны тот же Швецов не решится убить нескольких русских? Благородными целями, господа, можно оправдать еще и не такие преступления, и все вы это знаете.

– Но для чего русским устраивать такое… такую… – президент замялся, с трудом пообрав подходящее слово: – Такую мистификацию. Какой в этом смысл, Натан?

– В Берлине пару дней назад Захаров открыто угрожал европейцам прервать поставки газа, если они не согласятся на условия, выдвинутые русскими, – пояснил советник по безопасности. – Но, просто перекрыв вентиль на трубе, Захаров бы превратился сам и превратил бы своего президента, по прямым командам которого он, собственно, и действует, во врагов всего цивилизованного мира, ополчив против себя всех, кого только можно. И эта странная диверсия может стать неплохим прикрытием в таком случае. При этом русские одновременно проводят подобную акцию в самой Европе, атаковав немецкие хранилища нефти, чтобы продемонстрировать всем уязвимость их энергетической системы. При этом так называемые "террористы" умышленно старались избежать человеческих жертв, поскольку в противном случае русских можно было обвинить в прямой агрессии. А так ситуация не выходит за рамки экономических и политических разногласий, не более того. Воспользовавшись тем, что мы, Соединенные Штаты, пока заняты решением своих проблем, русские хотят подчинить себе Европу, господин президент, – добавил Натан Бейл. – Нехватка газа начнет сказываться в ближайшие дни, если поставки не возобновятся, и тогда наши союзники, скорее всего, согласятся выполнить требования русских. Они больше не надеются на нашу помощь, поэтому, сэр, я настаиваю на том, чтобы оказать на Москву максимальное давление. Я скоро встречусь с русским президентом, и прошу вас поддержать меня в намерении предъявить ему ультиматум. Мы должны наставить на том, чтобы русские возобновили поставки газа в Европу в течение, скажем, суток, в противном случае угрожая международными санкциями.

– Несомненно, пора поставить Москву на место, – подхватил Алекс Сайерс. – Они зарвались, разыгрывая нефтяную карту, и этому нужно положить конец. Русские должны понять, что неведомая прихоть высших сил, даровавших этому народу такие богатства, не дает им права принуждать к чему-либо своих соседей. И не нужно стесняться в средствах. Я полностью поддерживаю Натана, господин президент!

– Бессмысленно и глупо давить на Москву. Едва ли в такие сроки они реально что-то успеют исправить, – заметил Крамер. – Это просто невозможно, Натан. Черт возьми, вы предлагаете же заведомо невыполнимые условия!

В этот момент у Крамера, как никогда прежде, было сильно ощущение, что сейчас может произойти что-то непоправимое, что любое решение, принятой здесь сегодня, окажется фатальным. Бейл, явно действовавший в тандеме с Бейкерсом, явно вел свою игру, и глава ЦРУ лихорадочно пытался понять ее цель. В любом случае, следовало убедить президента быть более сдержанным, не рубить с плеча. К сожалению, это не удалось.

– Я согласен с вами, Натан, – кивнул президент Мердок. – Русских пора поставить на место, и мы должны сделать это прямо сейчас. Не стесняйтесь в выражениях, не бойтесь демонстрировать нашу силу и решимость, разговаривая с президентом Швецовым. – Джозеф Мердок был полон решимости: – Считайте это моим приказом, Натан, приказом, который вы должны выполнить наилучшим образом.

В то же время, пока посланник далекой Америки еще находился в воздухе, с каждой секундой приближаясь к российской границе, командующий Космическими войсками России поспешно собирался на совещание в Генеральный штаб.

– Полковник Синицын уже явился? – Генерал-полковник Николаев находился в своем кабинете, разговаривая с дежурным офицеров по селектору. – Пусть зайдет.

– Товарищ генерал-полковник, – спустя несколько секунд на пороге кабинета, не слишком просторного, украшенного, как подобало, российским триколором и портретами президента, а также министра обороны, возник невысокий худощавый офицер с плотной кожаной папкой под мышкой.

– Через час начнется совещание у министра обороны, – бросил Николаев, – а вы до сих пор не подали мне аналитическую сводку, полковник.

– Виноват, товарищ генерал-полковник, – Синицын прошел через кабинет и протянул своему начальнику несколько листов. – Прошу вас. Сводка.

– Ладно, – командующий убрал распечатку в кейс. – По дороге успею ознакомиться. Ничего нового нет?

– Ничего конкретного, товарищ генерал-полковник, – Синицын замер в нерешительности, будто собирался что-то сказать.

Николаев ободряюще взглянул на своего офицера, словно ощутив охватившее того замешательство. Полковник космических войск Синицын был заместителем начальника аналитического отдела. В обязанности офицера входила помимо прочего и подготовка сводных отчетов о действиях в космическом пространстве потенциальных противников. Полеты космических кораблей, запуск нового спутника, все это анализировалось с привлечением не только технических средств, но и разведывательных служб.

– Товарищ генерал-полковник, – явно сомневаясь в чем-то, произнес Синицын, уже стоя на пороге кабинета. – Есть кое-что, не включенное в сводку. Американцы несколько дней назад внесли изменения в траектории своих разведывательных спутников, тех, что пролетают над нашей территорией. Мы отразили это в отчете, но наши специалисты кое-что поверили, и убедились, что из-за этой коррекции орбит большая часть американских спутников закончит свой срок службы раньше, чем положено, и намного раньше. Они уменьшили скорость, так, что спутники теперь дольше могут находиться над определенным районом, но при этом на них сильнее действует земная гравитация. Они все войдут в плотные слои атмосферы спустя несколько месяцев, и это показалось нам, мне лично, – поправился полковник, – довольно странным. Американцы очень редко жертвуют такой дорогой техникой без видимых причин.

– И что? – непонимающе нахмурился Николаев, чувствуя, что зря теряет время.

Совещание в Генштабе было совсем некстати. Вчера генерал встретился со следователем из военной прокуратуры, и до сих пор не мог придти в себя после неприятного разговора. Кто-то узнал, что Николаев продал фирме своего приятеля спутниковые снимки нескольких центральных областей европейской части страны. Друг занимался строительством, и очень заинтересовался этими снимками, в итоге выложив за них немалую сумму, но, к несчастью, на фотографиях оказались военные объекты. Сам факт передачи посторонним подобных снимков уже тянул на принудительное увольнение в запас, и это в лучшем случае, но то, что кто-то, не имеющий отношения к армии, получил возможность в подробностях изучить расположение и внутреннюю планировку нескольких военных баз, уже означало трибунал.

Николаев не знал, кто сдал его, да это было и не важно. Главное, следователь, которому было поручено провести проверку, не теряя времени напрасно, просто назвал сумму, в обмен на которую он сделает все, чтобы спутниковые снимки никто и никогда не смог связать лично с ним, генерал-полковником Николаевым.

Сыщик в погонах, цепкий сукин сын, понимал, что фотографии перешли из рук в руки не безвозмездно, и спешил урвать себе кусок пожирнее. И теперь командующий космическими войсками напряженно решал сложную задачу. С одной стороны, он рисковал пойти под трибунал по обвинению едва ли не в шпионаже, с другой сумма, которую потребовал чин из прокуратуры, была больше полученного самим генералом за проклятые фотографии вознаграждения.

– Товарищ генерал-полковник, – явно не заметив на лице начальника недовольство, продолжил Синицын. – Я считаю, что американцы по каким-то причинам хотят знать все перемещения наших войск по европейской части страны. Никаких сомнений в том, что им известна дислокация всех наших подразделений на определенный момент времени, нет. Их разведка существует не зря, и может предоставить командования такую информацию. И для того, чтобы точно знать все изменения в расположении частей армии и флота к западу от Уральских гор, американцы намеренно жертвуют своими спутниками, в том числе новейшими, прослужившими менее года. После коррекции орбит, о которой я говорил, вся европейская часть России находится почти под постоянным наблюдением. Их орбитальная группировка, направленная сейчас против нас, включает уже по два аппарат оптико-электронной разведки "Ки Хоул-11" и радиолокационной разведки типа "Лакросс", и, как минимум, по одному спутнику радиотехнической разведки "Феррет" и "Джапсит-2" и метеорологический DMS. Их поддерживает соответствующее количество спутников связи. Спутники летят медленно, и когда один из них оказывается слишком далеко для качественного ведения разведки, ему на смену уже приходит следующий. В Хьюстоне видят любые наши движения, товарищ генерал-полковник, – произнес Синицын. – Их явно интересуют не только какие-то стратегические объекты, но и вообще все гарнизоны, расположенные до Урала.