Читать онлайн «День помощи». Страница 142

– Выпустить антенну, – приказал командир "Меркури", после того, как радист принял сообщение, пришедшее с суши, из штаба Атлантического флота. – Передать приказ подвсплыть для сеанса связи. – Офицер покосился на своего напарника, сидевшего рядом, в озаренном мерцающими мониторами салоне, загроможденном всяческой электронной аппаратурой: – Кажется, у адмиралов нашлось дело для наших парней.

Самолет, не меняя ни курса, ни скорости, выпростал за собой длинный – несколько километров – тонкий "хвост" радиоантенны. Обеспечить связь с подводными лодками, ныне поднимавшимися на поверхность практически только у причала, можно было лишь посредством длинноволновой связи. Но длинные волны не позволяли быстро передавать сообщения, и тогда на флотах сразу нескольких держав было решено транслировать на субмарины лишь общие команды, в том числе и приказ на применение оружия, передавая их в виде коротких кодированных сообщений.

Наземные станции связи отличались высокой надежностью, но не покрывали всю поверхность планеты, целиком превратившейся в вечно потенциальный театр военных действий. И потому жизнь заставила подумать также и о мобильных передатчиках. Так в американском флоте появились специализированные самолеты-ретрансляторы, ставшие основным компонентом системы ТАСАМО, обеспечивающей связь с субмаринами на ультранизких частотах практически в любой части мирового океана.

Долгое время в этом качестве выступали модифицированные транспортники С-130 "Геркулес", машины заслуженные и предельно надежные. В русском флоте, кстати, такими самолетами стали тоже транспортные машины Ан-12, как и "Геркулесы", оснащенные экономичными турбовинтовыми двигателями, и точно также пользовавшиеся у летчиков репутацией очень надежных самолетов. Но время неумолимо, и на смену старым добрым "Геркулесам" американцы поставили новые самолеты, более совершенные и не менее надежные.

Турбореактивный Е-6А "Меркури", ставший основой системы связи, был создан на базе "Боинга-707", тоже считавшегося отличной машиной, и использовавшегося военными как база для самых разных систем, от заправщика до самолета дальнего радиолокационного обнаружения. Он был оборудован всем необходимым, и, в первую очередь, длинной буксируемой антенной, основой всего комплекса связи.

– Готово, – сообщил старшему офицеру один из операторов спустя несколько минут. – Сообщение отправлено! – Закодированный сигнал был передан, и теперь субмарины, находящиеся где-то на глубине сотен метров, должны будут подняться ближе к поверхности океана, выпустив радиобуи, чтобы уже в более удобном диапазоне принять новый приказ.

А еще через несколько минут капитаны сразу полудюжины субмарин, стрелами пронзавших темные глубины Атлантики, отдали приказ о смене курса, и новое направление удивило моряков. Приказ был немного неожиданным и весьма странным, если учесть, какие дела творились сейчас у берегов далекого Ирана, но подводники, профессионалы, спаянные железной дисциплиной, особенно важной в их нелегкой службе, не посмели даже в мыслях усомниться в верности решения своих командиров.

И в то же время точно такой же самолет Е-6А, но находящийся чуть севернее Гавайских островов, передал точно такой же приказ, само по себе ничего не значащее требование всплыть на перископную глубину для сеанса связи с берегом, нескольким атомным подлодкам, находящимся в западной части Тихого океана. И их командиры также спустя считанные минуты отдали приказ изменить курс, хотя они его восприняли проще, не имея до этого четкой цели и лишь находясь на боевом дежурстве, каждая подлодка в своем районе.

А на грешной земле тем временем тоже происходили разные события, суть которых подчас была непонятна даже тем, кто непосредственно в них участвовал.

Микроавтобус, невзрачный УАЗ, борта которого были заляпаны грязью по самую крышу, скрипнув тормозами, остановился перед высокой оградой. Включенные фары выхватили участок трехметровой высоты забора из металлической сетки, тянувшегося влево и вправо, насколько хватало взгляда. А в десятке метров перед автомобилем, двигатель которого тихо урчал на холостых оборотах, забор, вовсе не казавшийся неприступной преградой, прерывался пропускным пунктом – невысокой будкой, ярко освещенной изнутри, и обычным шлагбаумом, слишком хлипким на вид, чтобы кого-то остановить, и скорее игравшим чисто символическую роль.

– Мы на месте, – Ахмед Удугов, сидевший рядом с нервно барабанившим пальцами по баранке водителем, обернулся назад, обращаясь к трем своим товарищам, сидевшим в темном салоне потертого уазика-"буханки", борта которого были заляпаны грязью по самую крышу. – Все готовы? Еще раз повторяю, действуем быстро, как запланировали. – И, взглянув а шофера, приказал: – Выключи фары!

– Мы готовы, амир, – совершенно спокойно, не проявляя ни малейших признаков волнения, кивнул Исмаил, молодой парень, мастер по всяким минам и взрывным устройствам. Основную работу сегодня должен был выполнить именно он, остальные спутники Ахмеда, в том числе и сам Удугов, лишь прикрывали подрывника.

– Ну, тогда начинаем!

Ахмед передернул затвор стоявшего между сидениями АКМС, досылая в ствол первый патрон, а водитель снял с предохранителя массивный "Стечкин", спрятав его обратно в наплечную кобуру.

– Агузу биллахи минаш-шайтанир-ражим… – Удугов поднес руки к лицу в ритуальном жесте, и его спутники забормотали слова молитвы. Теснота кабины микроавтобуса огласилась монотонным речитативом.

Каждое произнесенное слово звучало все громче и отрывистее, словно лай, а лица людей становились все злее. На них появилась печать отрешенности – каждый хотел жить, как и все, но сейчас они были готовы к смерти.

– Аллаху Акбар, Аллаху Акбар, Аллаху Акбар, – почти прокричал Ахмед Удугов. – неверные псы убивают наших братьев, и сегодня эти отродья паршивых ослиц познают наше возмездие. Вперед, и да пребудет с нами Господь!

Пять человек были одеты в бело-синие робы рабочих "Росэнергии", и даже имели документы, указывающие на принадлежность их к этой корпорации, но на самом деле эта пятерка являлась диверсионной группой, действующей на территории России. Все пятеро родились на Кавказе и прошли долгий курс подготовки в Грузии и Турции, где опытные инструкторы обучили их мастерски пользоваться всевозможными видами огнестрельного и холодного оружия, рукопашному бою, а также обращению с взрывчаткой и сверхсовременными средствами связи. Это была великолепно подготовленная группа, сработавшаяся команда, за плечами которой были не только месяцы в тренировочных лагерях, но и несколько боевых операция в Дагестане и Чечне, в результате которых погибло немало русских солдат.

Тем неожиданнее для Ахмеда Удугова, командира группы, был поступивший несколько месяцев назад приказ покинуть кавказские горы, переместившись в Московскую область, где надлежало ждать дальнейших приказов. Ахмед полагал, что от него и его бойцов больше пользы было бы в Чечне, но командир, ничего не объяснив, все же намекнул, что группа Удугова выбрана для поведения особо масштабной акции в глубоком тылу русских. После этого пять боевиков, получив фальшивые документы отменного качества, пересекли границу Чечни и половину европейской части России, наконец, оказавшись в указанном месте.

Почти два месяца диверсанты провели на чьей-то даче в нескольких десятках километров от российской столицы, постоянно занимаясь боевой подготовкой, так, разумеется, чтобы не насторожить соседей, и ожидая дальнейших распоряжений. И каждый раз, когда они слышали в очередном выпуске новостей победные реляции русских генералов, рапортовавших об очередной уничтоженной в горах банде, в душах пятерки бойцов копилась ярость. Сегодня они были готовы выплеснуть свой гнев на ненавистных врагов.

Долгожданный приказ поступил три дня назад, и новая задача оказалась довольно неожиданной. Действовать пришлось в нескольких десятках километров от русско-украинской границы, и целью диверсии, вернее, нападения, стала газоизмерительная станция, ранее принадлежавшая одному из крупнейших энергетических концернов, но уже полгода как перешедшая во владение "Росэнергии". Отсюда контролировалась работа трубопровода, по которому русский газ из далекой Сибири непрерывно мощным потоком шел на запад, через территорию Украины в европейские страны.

– Охранник, – прерывая молитву, произнес водитель, указав на спокойно приближавшегося к уазику человека в черной униформе. – Идет к нам. Он может поднять тревогу!

Ахмед презрительно усмехнулся, мгновенно оценив угрозу. Это только в романах американского фантазера Клэнси каждый колхозный склад с зерном в России охраняет, самое меньшее, отделение до зубов вооруженных солдат, а в жизни же все оказалось проще. Два человека на въезде на огороженную хлипким, чисто символическим забором территорию станции, вот и вся охрана. Для Удугова и его бойцов, в горах имевших дело с русским спецназом, это было чем-то вроде оскорбления, если бы дело ограничилось лишь расправой над охранниками.