Читать онлайн «Нужный образ». Страница 109

Я проследил за дулом его револьвера. В канаве, перевалившись через обочину, валялись тела трех негров. Рядом с перевернутой полицейской машиной лежали тела двух полицейских, прикрытые форменными куртками.

— Они идут, сержант! — закричал полицейский.

— Эти ублюдки вооружены ружьями и бутылками с коктейлем Молотова[45], - нервно выпалил сержант. — Возможно, нам придется уходить. Гвардия подходит?

— Они только что прибыли, — сообщил Джош.

— Слава Богу. Мы не можем больше сдерживать этих маньяков. Боже, их должно быть миллион!

Улицы от края до края были заполнены кричащими неграми, которые пританцовывали с неуклюжими движениями марионеток, высоко поднимая бутылки, потрясали кулаками или размахивали палками и дубинками. Другие вывалились из домов, и через несколько минут языки пламени стали лизать занавески на окнах.

— Они подожгли весь квартал!

— А по мне, пусть спалят весь этот проклятый город! — ответил сержант.

— Стрелять поверх голов? — спросил молодой полицейский.

— Спятил?! — заорал сержант. — Убивай ублюдков!

Раздался грохот, последовавший за струей пламени, вспыхнувшей перед машинами от взрыва бутылки с коктейлем Молотова. Потом с диким воем, воем, который будет отдаваться в моей памяти до конца жизни, толпа бросилась вперед.

Молодой полицейский, который задал вопрос, прислонился к капоту машины, его револьвер выплюнул пламя. Неожиданно он упал на бок, схватившись руками за горло. Мы с Джошем бросились к нему. Оказалось, что пуля задела шею. Он начал подниматься на колени, но кровь хлынула у него изо рта, он привалился к колесу машины, и, не веря себе, уставился удивленными глазами на ладони, покрытые кровью.

Сержант что-то бессвязно кричал и стрелял так же, как остальные полицейские.

— Сержант! Их слишком много! Уходим!

Патрульный схватил под руки раненого полицейского и втащил его в машину, дал задний ход и скрылся. У толпы вырвался дикий крик.

— Белые копы! Бей по их белым головам!

Кейт бросил в грузовик свой магнитофон.

— Уходим! — заорал он. — Ну же, сержант!

Мы с Джошем прыгнули в грузовик. К счастью, мотор был включен, и мы рванули прочь так, что шины яростно взвизгнули.

Я никогда не забуду сцену, которую увидел через открытый зад грузовика. Сержант и оставшийся полицейский продолжали стрелять, когда толпа перелилась через капот и крышу машины. Сержант теперь стоял во весь рост, и в пламени горящих зданий я мог видеть, что он высокий человек. Другой полицейский уже не вставал на ноги. Он свалился под ноги пинавших и машущих кулаками фигур. Сержант швырнул револьвер в толпу и нанес удар полицейской дубинкой. Раздался грохот выстрелов, и сержант упал. Толпа начала топтать мертвых и умирающих людей.

В нескольких кварталах к западу пожарный департамент достиг больших успехов с помощью мощного водомета. Когда мы подъехали, струя воды как раз сбила передний ряд еще одной толпы. Ее лидеров подбросило в воздух. Как фаланга, вооруженная жестким водяным тараном, пожарные двинулись вперед, оттесняя толпу. Мужчины и женщины ползали, пригибаясь к асфальту только для того, чтобы их вновь опрокинули струи воды. Некоторые старались поднять, как щит, деревянные двери, крышки от мусорных ящиков и даже детские коляски, но лишь для того, чтоб их швырнуло высоко в воздух, и они свалились в канаву.

Из трех фургонов вылезли несколько полицейских с собаками.

— Спустить их с поводка! — крикнул кто-то.

Полицейские наклонились, нащупали собачьи ошейники, и по команде сильные животные рванулись вперед, обнажив клыки, рыча и воя. Спотыкаясь, бунтовщики падали, вскакивали на ноги, но свирепые животные вновь сбивали их с ног и рвали, как волки.

Однако в толпе были ружья, и некоторые начали стрелять. Одна собака взвизгнула и поволокла зад, жалобно подвывая. Но животные не знают страха. Как чудовища овчарки гнали человеческое стадо, загоняя толпу обратно на улицу, и в это же время ее со всех сторон сбивали струи воды, пока толпа не разбилась на части, и ее члены не разбежались.

Три мертвые собаки остались лежать на улице среди стонущих, искусанных, изодранных людей.

— Фабрика где-то по другую сторону путей, — сказал Кейт. — Хотите попытаться?

— Поехали! — крикнул Джош.

Мы, трясясь, переехали через железнодорожные пути и выехали на улицу, окруженную по обе стороны сожженными домами. Наш грузовик был движущейся мишенью, с боками, измятыми чем только можно — от бутылок до мусорных ящиков. Один раз из темноты выскочил высокий мужчина и ударил тяжелым утюгом по одному из крыльев, которое смялось под ударом. Теперь шина задевала за металл, и Джош крикнул, что если мы не остановимся и не выпрямим крыло, шина может порваться.

У нас не было времени для остановки. Мы петляли и виляли по горящим улицам. Ветровое стекло треснуло, и Джош выбил его, чтобы можно было видеть дорогу. Что-то со свистом влетело через отсутствующее теперь ветровое стекло, заставив меня пошатнуться. Конструкция шлема спасла меня от перелома черепа.

Мы повернули на более широкую улицу, предположительно авеню, и машина стала подпрыгивать. У нас спустилась шина. Мы остановились на середине авеню, когда орущая, издевающаяся толпа появилась со стороны узкой улочки. Я решил, что с нами покончено, но, казалось, они бежали от чего-то. Мы напоминали крошечный остров в человеческом потоке. Когда мы подошли ближе, то смогли расслышать, что они поют. Потом они побежали мимо, ударяя по бокам грузовика кулаками, палками или железными прутьями. Некоторые останавливались, чтобы пару минут бешено трясти грузовик, потом бежали прочь. Мы могли только беспомощно сидеть внутри.

— Они что-то кричат, что надо позаботиться о белой фабрике, — бросил через плечо Джош. — Должно быть, речь идет о фабрике пластмассы.

Во время короткого перерыва потока, Джош свернул к обочине.

— Как вы думаете, где может находиться фабрика? — спросил он Кейта.

Репортер указал куда-то на запад.

— По-моему, это где-то в том направлении. Я помню маленький мост и торговую площадь.

— Нам лучше сматываться отсюда, — сказал Джош, указывая вдоль улицы. — Похоже, дело дрянь.

Из-за угла появилась банда примерно из двадцати человек, в основном подростки. Несясь по улице, они из одной прихоти швыряли бутылки с коктейлем Молотова в каждый дом или каждый подъезд многоквартирного дома. Один из юнцов выбежал вперед, повернулся и швырнул бутылку.

Раздался глубокий, общий крик. Пламя поднялось от фундамента дома и охватило двух мальчишек, превратившихся в яркие факелы. Остальные попытались сбить пламя, но безуспешно. Горящие подростки катались по улице, вопя от боли, в то время как остальные беспомощно смотрели на них.

Основная группа остановилась, потом повернулась и побежала вперед. Их вожак, крепко сбитый молодой человек в изодранной белой рубашке и обмотанным вокруг головы черным платком, увидев нас, подозвал своих людей.

— Уходим, — сказал Джош, и втолкнул меня в скверно пахнущий подъезд. Кейт возился со своим тяжелым магнитофоном, но Джош выдернул его из рук репортера.

— Плюнь, парень, — крикнул он. — Надо удирать, и быстро!

Мы вбежали в подъезд, выскочили через разбитую заднюю дверь в неряшливый садик, где находилась голубятня и несколько рядов кукурузы. Джош выломал прогнившую ограду, и мы ринулись через другой маленький дворик в переулок. Он вел на улицу, ограниченную небольшой площадью с магазинами и небольшим мостом, переброшенным через маслянистый ручей. Все магазины были разграблены, казалось, в некоторых из них был пожар, но затух. Улица была усеяна одеждой, бутылками, банками, манекенами, разбитой мебелью, печатными машинками и корзинами с витрин. Рядом с мостом стоял дымящийся автобус. С водительского сиденья свешивалась почерневшая фигура мужчины. Тяжелая завеса дыма покрывала площадь.

— Это вроде Дули-Сквер, — крикнул Кейт. Он указал на мост. — Фабрика за мостом.

Мы бегом пересекли мост, так что на другой стороне я запыхтел наподобие кита. Когда я восстановил дыхание, мы побежали по узкой обочине улицы, пересекли еще пару улиц, а потом оказались у фабрики.

Точнее, у того, что от фабрики осталось.

Здания, уцелевшие от предыдущего пожара, теперь гудели как горящие нефтяные скважины, пожираемые тугими белыми языками пламени. Через короткие промежутки времени раздавались резкие взрывы, и пламя изливалось гигантскими огненными цветами. Несколько грузовых машин полностью сгорело, другие дымились.

— Здесь есть полиция? Есть кто-нибудь ответственный? — спросил Джош пожилого мужчину, который глазел на горящие здания.

Старик тупо взглянул на нас, его челюсть отвисла.

— Они все у Барли-Билдинга.