Читать онлайн «Бойцы тихого фронта». Страница 108

Воплотившие в себе лучшие качества советского человека, бесстрашные, самоотверженные, прекрасно закаленные физически, беспредельно преданные своей Родине и делу революции, эти молодые люди в ходе суровых боев за Москву проявили образцы беспримерного героизма, высокого воинского мастерства, несокрушимой выдержки. Сколько раз их боевые отряды в белых маскхалатах, бесшумно скользя на лыжах, отправлялись в многокилометровые ночные рейды в тыл врага, ведя разведку, уничтожая боевую технику, сея панику в его рядах, взрывая мосты, минируя шоссейные и железные дороги… Они уходили молча, под гром артиллерийского огня и воздушных бомбардировок… И возвращались через день или два. Возвращались далеко не все. Опасные задания неизбежно стоили жизни многим из них. Но смерть была везде, она, казалось, уже никого не пугала. Сама мысль о возможном поражении была страшнее смерти. А на следующую ночь уцелевшие вместе с новым пополнением снова уходили в тыл оккупантов, бесшумно скользя на лыжах, скрывались в темной ночи, вооруженные автоматами, взрывчаткой и мужеством. Мужеством, которое обеспечило победу…

Погибли многие.

Смертью храбрых пали братья Серафим и Георгий Знаменские, Борис Галушкин, Лев Темурян и десятки других прекрасных советских спортсменов-патриотов, воспитанников Института физической культуры. Ныне в Советском Союзе ежегодно проводится легкоатлетический турнир имени братьев Знаменских, стал традиционным майский кросс имени Бориса Галушкина…

У стен Кремля, где покоятся останки неизвестного солдата, павшего под Москвой, горит вечный огонь. На камне выбиты слова: «Имя твое неизвестно. Подвиг твой бессмертен». Эти слова прославляют подвиг и бойцов бригады особого назначения.

Нельзя писать без волнения о подвиге иностранных политэмигрантов, которые в те грозные годы грудью отстаивали стены Москвы. Они знали, что поражение великой Советской страны означало бы поражение революционного движения в целом. Они сознавали, что победа будущей мировой коммунистической революции немыслима без победы над гитлеровским фашизмом. И они сражались самоотверженно, рискуя жизнью. Многие из них погибли. Смертью храбрых пал под Сталинградом сын Долорес Ибаррури, боец-доброволец нашей бригады. Погибло еще много товарищей, прославившихся в бесчисленных классовых битвах интернационалистов. Испанские коммунисты, бывшие защитники Мадрида, с огромным мужеством отстаивали столицу своей второй родины… Москву. Образцы высокого героизма проявили австрийские шуцбундовцы. Героически сражались и все остальные интернационалисты полка. Здесь, на подступах к Москве, снова — в который раз! — была скреплена совместно пролитой кровью великая интернациональная солидарность. В дни битвы за Москву в интернациональный полк часто приезжали Долорес Ибаррури, Вильгельм Пик, Иоганн Коплениг (генеральный секретарь Компартии Австрии) и другие. Они живо интересовались тем, как сражаются их соотечественники, проводили беседы, выступали с информациями, укрепляли боевой дух бойцов. Раз в неделю я являлся на доклад в Коминтерн, к Георгию Димитрову: он уделял много внимания интернациональному полку. Часто к нам приезжали с докладами Эренбург, Фадеев, Катаев, Симонов и другие.

После января 1942 года бригада особого назначения перешла, говоря военным языком, к выполнению специальных заданий. В тыл врага, отброшенного на сотни километров на запад, мы начали отправлять боевые и партизанские группы, командиров, политических комиссаров, инструкторов по радио- и подрывному делу, врачей, связных, оружейных техников… На оккупированной территории разгорелась гигантская партизанская война. Призыв Советского правительства поднял на борьбу огромное число истинных патриотов. Партизанами становились попавшие в окружение отдельные бойцы и целые воинские части, рабочие и колхозники, женщины и старики, юноши и девушки, все, кому было невыносимо видеть, как враг топчет кованым сапогом священную советскую землю. В начале 1942 года партизанская армия охватила своими активными наступательными действиями все без исключения оккупированные районы страны — Белоруссию, Украину, Прибалтийские республики, оккупированные области РСФСР до Смоленска, весь Крымский полуостров, Молдавию. Борьба велась не на жизнь, а на смерть.

Только теперь, после первого контрудара под Москвой и развернувшейся партизанской войны, фашистский агрессор ощутил в полную меру страшную силу советского народа… А предстояли новые уроки: Сталинградская битва, катастрофический разгром на Курской дуге, после которого врагу не оставалось ничего другого, кроме отступления до полного краха…

На новом этапе войны бригада всеми силами помогала организовать разбросанные, потерявшие связь с командованием партизанские группы, привести их в боевую готовность, вооружить и поставить под единое руководство партизанской армии. Разумеется, четыре полка бригады (в ходе битвы под Москвой, их число из двух выросло до четырех) не в состоянии были справиться с этой огромной задачей, ведь партизанская армия насчитывала сотни тысяч бойцов, а партизанских отрядов было несколько тысяч, к тому же в тылу оккупантов действовали тысячи других нелегальных боевых групп, они, по существу, имелись во всех оккупированных городах и селах. По распоряжению Генерального штаба подобной деятельностью занимались и другие специальные соединения. Таким образом, в результате огромной организаторской работы партизанская армия превратилась в единый боевой организм, способный выполнять оперативно-тактические и стратегические задачи Генерального штаба, нарушать пути сообщения в тылу врага, взрывать железнодорожные линии, минировать мосты и дороги, уничтожать склады с продовольствием, боеприпасами, живую силу и боевую технику, вести разведку за передвижением вражеских соединений, своевременно информировать о нем командование Красной Армии. Партизанские соединения внесли немалый вклад в дело разгрома немецко-фашистских захватчиков.

После героической битвы под Москвой спортсмены, механики, оружейники, стрелки, врачи, радисты и все остальные бойцы бригады регулярно летали за линию фронта. В Москве оставались только штабные офицеры (при этом не все), связисты, которые должны были поддерживать связь с сотнями партизанских отрядов во вражеском тылу, автомеханики, интенданты. Штаб старался быть непрерывно в курсе местонахождения партизанских отрядов, их боеготовности, вооружения, численности. Боевые действия партизан уточнялись с главным командованием, которое увязывало их с общими боевыми действиями на фронтах. Почти все партизанские отряды имели радиостанции и радистов, которых мы им направляли: у нас были коды и шифры, с помощью которых мы осуществляли регулярную радиосвязь. По радио партизанские отряды сообщали о скоплении немецких частей на том или ином направлении, о вновь прибывших эшелонах с войсками, запрашивали оружие, боеприпасы, медикаменты, получали конкретные боевые задания. Оружие и боеприпасы направлялись самолетами, которые сбрасывали их на парашютах. Таким же образом забрасывали во вражеский тыл и людей — инструкторов, врачей, корреспондентов. Когда позволяли условия, наши самолеты садились на партизанской территории, чтобы оставить людей или груз и взять на борт тяжелораненых партизан, нуждающихся в госпитализации, или вернуть обратно на базу бригады людей, выполнивших во вражеском тылу свое очередное задание. В тыл врага направляли группы по нескольку десятков человек, которые должны были составлять там ядро будущих партизанских формирований. Одна из наших групп во главе с майором М. С. Прудниковым, заброшенная в леса Белоруссии, переросла в партизанский отряд, который блестяще выполнил ряд боевых заданий. За беспримерное мужество, проявленное в боях, многие партизаны этого отряда во главе с командиром М. С. Прудниковым были удостоены звания Героя Советского Союза и награждены орденами и медалями.