Читать онлайн «Наследница». Страница 56

Толстуха подохла не сразу. Сначала помучилась. Не знаю, как долго, но она успела разорвать на себе блузку. Похоже, сначала наступило удушье.

— Недавно у нее было два инфаркта подряд, — стараясь говорить чуть слышно, почти шепотом сообщаю я. — Это третий. Костя, ее надо куда-нибудь отвезти и оставить. Когда найдут труп и сделают вскрытие, никто уголовного дела возбуждать не будет. Как, займешься выносом тела?

— Оформим, — бухтит Константин.

— Я сейчас принесу ее сумочку. Слушай, а ведь эта слониха не влезет в багажник.

— Возьмем «навигатор», посадим в салон.

— А получится?

— Не впервой, — заверяет меня добряк Костя, спец по вывозу мертвечины.

Я возвращаюсь в дом. Там всё тихо-спокойно — спокойнее некуда. Олег и Ярвела-младший глушат водяру, водитель Эльмара отправился спать к себе в комнату, Пляцидевский сидит за компьютером. Я иду в спальню, достаю из трюмо толстухину сумочку, на всякий пожарный тщательно протираю ее носовым платком. Потом поворачиваюсь к зеркалу. Из него на меня смотрит Тамара Астафьева, повзрослевшая и надежно устроенная в жизни. Сильная… нет, даже могущественная! Впрочем, уже не Тамара. Давно не Тамара. Виктория Энглер.

«Вот так-то, Толстая Задница, — перевожу я взгляд на осиротевшую сумочку. — Когда-то ты меня запирала на ночь в туалете. Когда-то ты пыталась свести меня сума. Когда-то ты приговорила меня к смерти. Но сегодня я стала одной из самых богатых женщин в мире. А тебя сейчас отвезут на какую-нибудь тихую улочку и вышвырнут из машины в сугроб. Завтра, когда я буду пить кофе возле камина, ты будешь валяться на столе патологоанатома с разрезанным брюхом, а твои потроха будут разложены по банкам.

А всё-таки жаль, что нам так и не довелось побеседовать.

А возможно, это и к лучшему…»

Исчезнувший генеральный директор «Доброго Дела» Александр Александрович Шлаин в компании трех человек появился в «Простоквашине» в середине декабря. А до этого в течение двух недель Тамара с Денисом иногда вместе, а иногда по очереди регулярно ездили в Вырицу, снабжали продуктами Ольгу, Аглаю и семерых ребятишек. У Тамары уже не осталось ни капли сомнений в том, что про сиротский комплекс, про детей, про двух растерянных, не представляющих, что дальше делать, сотрудниц просто забыли. Но оказалось, что нет.

Никогда раньше Денис не проявлял каких-либо отрицательных эмоций. Всегда был спокоен, корректен, и Тамара в тот вечер с изумлением наблюдала за ним, взбешенным, мерившим шагами гостиную.

— Какие мерзавцы! — скрипел он зубами. — Вместо того, чтобы сказать мне спасибо, они просто выплеснули на меня ушат помоев. Мол, ты, мужик, сунулся не в свое дело. А о том, что если бы не я, то их «Простоквашиным» давно бы занималась прокуратура, никто даже и не подумал.

— Сядь. Успокойся. — Тамара похлопала ладошкой по подушке дивана рядом с собой. — И расскажи, наконец, всё по порядку. Итак, ты приехал в «Простоквашино»…

— Сперва всё было как обычно. — Денис послушно присел на диван. — Отвез Аглаю в Вырицу, купили пожрать. Сидели на кухне, пили кофе, когда появились эти четверо. С ходу выкатили мне предъяву, что я поставил джип так, что им не проехать, пришлось беднягам пробираться через сугробы. И только потом поинтересовались, кто я такой.

— Что ты ответил?

— Сначала я спросил, кто они такие. Представился только один, генеральный директор.

— Шлаин.

— Он самый. Тогда я не сдержался. Высказал всё, что думаю.

— А что думаешь? — рассмеялась Тамара.

— Сама понимаешь. Я рассказал про то, что застал в «Простоквашине» две недели назад, про то, как мотался туда из Питера почти каждый день, чтобы дети не померли с голоду. Он меня очень внимательно выслушал, ни разу не перебил. И представляешь, что потом сделал этот дракон?

— Сказал, что ты сунулся не в свое дело.

— Сказал, но попозже. А сначала он попытался сунуть мне двести баксов. Типа, возмещение расходов. Да я угробил на это в десять раз больше! Не считая потраченного времени. Короче, я ему посоветовал на эти две сотни купить детишкам конфет. Хоть какая-то компенсация за то, что их чуть не заморозили и не уморили голодом.

— А дальше?

— А дальше мне как раз и объяснили, что сую нос не в свое дело. И указали на дверь. Я не стал спорить.

— Правильно сделал. Еще рано. Мы всё им предъявим попозже, — зловеще процедила Тамара. — А кто были остальные трое, ты не узнал?

— Не узнал. Солидные дяди, лет по сорок — по пятьдесят. Один из них поперся следом за мной, проводил до машины и стал требовать, чтобы я предъявил ему права и техпаспорт.

— Наверное, тот самый легавый, Борщук.

— Не знаю. Никаких удостоверений он мне не показывал. Просто предупредил, что пока не предъявлю ему документы, он не уберет свой «мерседес». Они меня запарковали так, что было не выехать.

— Ну и? — Тамара приблизительно представляла, что произошло дальше. И не ошиблась.

— Я ответил: «Не убирай», — улыбнулся Денис. — И просто столкнул их тачку в кювет. Теперь, чтобы ее вытащить, нужен трактор.

— Класс! А ведь он срисовал твой номер.

— До фонаря. «Шевроле» зарегистрирован на какого-то бомжа. Я езжу по доверенности. Хрен меня вычислят! Тебя, думаю, тоже.

— Будем надеяться. Нам ведь это совсем ни к чему. — Тамара поднялась с дивана, прогулялась по просторной гостиной. — Ну что, дорогой. Начнем потихоньку готовиться к уничтожению этого рассадника зла. Ты со мной?

— Да. Если вчера я еще сомневался, то сегодня…

— Крепко же они тебя задели! — рассмеялась Тамара. — Самоуверенные идиоты! Забыли про одно важное правило: «Сперва выясни, с кем имеешь дело, а уж только потом наезжай». Короче, я звоню Гепатиту. Пускай начинает собирать информацию.

Сбором информации на троих властьимущих чиновников, получавших когда-то откат от Светланы Петровны, Олег занимался ни шатко, ни валко. Потратил на это больше двух месяцев. И никакого компромата так и не накопал. Кое-что по мелочи, не более того.

— Что один, что второй, что третий, — оправдывался он, — осторожны и не глупы. Ни у кого нет дорогой недвижимости или счетов за границей. Вернее, всё это есть, но оформлено на дальних родственников. А этих родственников не достать. У Котова, к примеру, на Кипре двоюродный брат. Жирует в шикарном особняке и имеет счета в нескольких банках, на которые регулярно капают хорошие денежки из России. Сама понимаешь, что за денежки.

— Да, понимаю. А Александр Васильевич не боится, что кузен возьмет, да и кинет его?

— Не кинет, — с полной уверенностью сказал Гепатит. — Всё схвачено. У двоих других примерно такая же схема. Ездят на древних машинах, перебиваются от зарплаты до зарплаты, живут аскетами и копят на старость. Успешно копят, кстати сказать. По моим прикидкам, у каждого на счетах до пяти миллионов. Плюс недвижимость. Плюс ценные бумаги.

— Они давно работают вместе? Или их свела Светлана Петровна?

— Тут всё есть. — Олег протянул Тамаре дискету. — Почитаешь. А что касается Светланы Петровны… Нет, она их не сводила. Они учились в одном институте. Так что знают друг друга давно… Том, чего собираешься делать?

— А что посоветуешь?

— Я бы посоветовал оставить их в покое. Но ты ж не послушаешь. Ты уперлась.

— Уперлась, — согласно кивнула Тамара.

— Тогда не форсируй событий. Всё равно сейчас никому ничего предъявить ты не сможешь. Разве что Шлаину и бухгалтеру. Остальные отбрешутся. Так что пока сиди на жопе ровно и жди, когда в «Простоквашине» снова начнут…

— Снова начнут убивать детей?! — перебила Тамара. — Вот уж дудки! Там больше никто не погибнет!

— Никто и не говорит, что кто-то погибнет. Осенью ты благополучно просрала удобный момент, когда можно было с поличным накрыть всю эту шарашку, слишком уж увлеклась травлей Игната и Светланы Петровны. Не опоздай сейчас, постарайся поймать их за руку в тот момент, когда они восстановят свой мясокомбинат.

— Почему не помочить их всех раньше?

— У тебя так чешутся руки? — улыбнулся Олег. — Я же сказал: потерпи. Долго, думаю, ждать не придется. Когда будет надо, Вика даст тебе людей из «Пинкертона». А пока главное: не выпускать «Простоквашино» из поля зрения. Ни на день. Вот такой тебе добрый совет. А уж следовать ему или нет, решай сама.

— Хорошо, твой совет я учту. Я даже знаю, как постоянно держать приют под наблюдением.

— У тебя там кто-нибудь есть? — догадался Олег.

— Надеюсь, что да, — сказала Тамара.

И на следующий день отправилась в Вырицу. «Простоквашино» за два месяца ожило, буквально восстало из пепла. Вернее, из снега. У ворот снова дежурили двое привратников с эмблемами питерского охранного агентства на униформе, дорожки на территории были тщательно расчищены, из трубы кочегарки валил дым, из-за спального корпуса доносился гомон гуляющей ребятни.