Читать онлайн «Семь смертей Лешего». Страница 322

В былые годы и они не брезговали пройтись по карманам уснувшего после обильных возлияний, работяги. И, возможно, делали это слишком часто, раз их действиями всерьез заинтересовались правоохранительные органы. В один прекрасный день вся популяция здешних бомжей, оказалась в кутузке, купившись на ментовскую приманку. И только Карл Маркс в тот, злополучный для коллег день уцелел, и вовсе не из-за того, что был более других щепетилен в данном вопросе. В тот день он чувствовал себя неважно и на «работу» не вышел, что и спасло его от проблем. И напрасно переодетый в гражданское оперативник, провалялся в кустах на его территории весь день.

Хотя, впрочем, не совсем напрасно. Он поймал-таки грабителя, причем сразу двух. Это были работяги, как и тот, чью роль оперативник играл. Двое молодых рабочих заглянувшие в кусты раздавить бутылку водки, обнаружили мирно посапывающего на лавке мужика, с очевидными признаками перебора, и не смогли удержаться от соблазна проверить содержимое его карманов. В результате водка так и осталась не выпитой, и встретиться им вновь предстоит только по истечении нескольких лет, которые отмерит суд за кражу. Бомж, для которого устраивалась ловушка, отравился спиртосодержащей гадостью, которую купил из любопытства, и в силу временной немощи, избежал участи собратьев по несчастью.

Выйдя на «работу», Маркс немало удивился отсутствию коллег по ремеслу. Не было их и вечером, чтобы выпить и пообщаться. Не объявились они и на следующий день, бросив на произвол судьбы, вверенные им участки, на которых стали разгуливать помятые личности, собирая бутылочный урожай. И только тогда до Маркса дошло, - случилось что-то серьезное, иначе бы коллеги не пошли на нарушение существующих правил и договоренностей.

Вечером третьего дня, не дождавшись коллег на месте сбора, Маркс решил посетить жилища дружков, что допускалось лишь в исключительных случаях. Именно такой случай и настал. Отправляясь, в гости, Карл Маркс нутром чувствовал, что-то случилось. Единственное возможное оправдание случившегося, которое могло прийти на ум, - тяжелое отравление каким-нибудь суррогатом, вроде того, что случилось с ним несколько дней назад. Он был готов к тому, что найдет их мертвыми на лежанках, в компании опорожненных емкостей из-под денатурата, оказавшегося слишком тяжелым даже для привычных ко всему, организмов. Но он их не нашел. Ни мертвыми, ни живыми. Они исчезли бесследно, и только одному господу было известно, где они обретаются.

Но, как выяснилось позднее, не один только вседержитель был в курсе того, куда подевались маргиналы. Торговки домашними пирожками и самопальной водкой, знали не меньше. Они и просветили Карла Маркса относительно судьбы исчезнувших приятелей. Когда Маркс принес очередную партию порожних бутылок с водочными этикетками торговкам, они ему все и выложили, огорошив бомжа этим известием.

Осознав, что остался один, не в силах в одиночку контролировать призаводскую площадь, и не желая допускать полнейшего бардака и беспредела, который обязательно случится, если на площади не будет хозяина, Карл Маркс начал действовать. Из массы бомжующих и просто спившихся, опустившихся элементов, промышлявших сбором стеклотары на лишившейся хозяев территории, выбрал самых достойных претендентов. И проведя с каждым из соискателей беседу за бутылкой дешевой водки, приобретенной у пирожковых торговок, Маркс определился с тем, кому надлежит содержать площадь в порядке.

Ему не нужны были спившиеся элементы, промышляющие сбором порожней тары на выпивку, имеющие в городе пусть и загаженные донельзя, тем не менее, квартиры, в которые они возвращаются всякий раз. Чтобы пережить ночь в хмельном угаре, дожидаясь, начала нового дня, и очередных поисков денег на выпивку, не брезгуя ничем для того, чтобы их раздобыть, даже криминалом. Нужны были настоящие бомжи, без жилья, без документов, которым некуда идти, и которые осядут на площади навсегда, и подчинятся требованиям, что создали люди, обитавшие здесь прежде.

Людей, устраивающих его во всех отношениях, Карл Маркс подобрал недели за две. Заручившись их поддержкой, Маркс начал освободительную войну местечкового масштаба, по ликвидации воцарившей на площади анархии, изгнанию разного сброда, как мухи на говно, слетевшегося туда со всего города. Недели две, нормальной жизни для него, и новых товарищей не было. Все время, с утра и до вечера, было поглощено битьем чужаков и изгнанием с площади пришлого люда. Они доставили немало приятных минут мужикам, потягивающим пиво после напряженного трудового дня, наслаждаясь терпким вкусом, и зрелищем побоищ, устраиваемых дружиной бомжей под предводительством Карла Маркса, против разного рода сомнительных личностей.

Жалости к противнику они не знали, били его смертным боем, чтобы навсегда отвадить от площади. Чтобы при одной мысли о ней, волосы на головах вставали дыбом, и начинало отчаянно ломить бока. Никто не препятствовал маргиналам наводить свои порядки. Ни милиция, которой было наплевать на бродяг, устраивающих между собой кровавые разборки. Ни работягам, которым до маргиналов дела было не больше, чем сотрудникам правоохранительных органов. Потасовки их просто забавляли. Они делали ставки на того, кто победит в драке. Сплоченная команда, во главе с местным бомжем по прозвищу Карл Маркс, или противостоящие им деклассированные элементы.

Сражения за территорию закончились безоговорочной победой команды Карла Маркса. Претенденты были биты и изгнаны с площади. Вместе с ними по городу поползло известие о том, что призаводская площадь вновь обрела хозяев, с которыми шутки плохи. Бомжиная братия, обитающая в потаенных уголках города, приняла на веру известие, которое принесли побитые маргиналы, попользовавшиеся плодами смутного времени. Они были изгнаны и жестоко биты новыми хозяевами, получив таких крепких тумаков, что зареклись возвращаться на площадь вновь. Тех, кто не внял предупреждению, рассчитывая на свою силу, по прибытии на площадь ожидала теплая встреча, оканчивающаяся избиением и изгнанием с площади, непрошеного гостя. С тех пор, там если и появлялись собиратели бутылок, то лишь залетные пташки, стремившиеся по быстрому срубить дюжину бутылок и ретироваться при малейшей для себя угрозе.

С тех пор, как на площади почти полностью сменилась команда бомжей, прошло несколько лет. Валяющиеся на лавочке мужики более бомжей не интересовали. Рисковать своим местом никому не хотелось. Бомжи предпочитали жить, исключив криминал из жизни если не полностью, то практически совсем. Порожних бутылок, остатков выпивки и закуски, хватало для жизни, к которой маргиналы привыкли. Они даже умудрялись делать небольшие сбережения. Сбережения, которые оказывались как нельзя, кстати, зимой, когда доходы от сбора пивных бутылок стремительно падали. Приближаясь к нулю, если на улице стояли жестокие морозы, когда не то, чтобы пить пиво, но и говорить было невозможно без опасения простудить горло со всеми потрохами.