Читать онлайн «Фронт без линии фронта». Страница 137

«Русские ни в коем случае не должны знать о том, что здесь произошло».

Розыск Гитлера разведчики закончили 13 мая. Кроме меня акт подписали старший следователь, он же был переводчик, старший лейтенант Катышев, майор Глебок, фотокорреспондент младший лейтенант Калашников, рядовые Олейник, Чураков, Новаш, Мялкин, а также опознаватель Менгесхаузен. Вот этот акт:

«1945 года, мая 13 дня, гор. Берлин.

Мы, нижеподписавшиеся, подполковник Клименко, рядовые Олейник, Чураков, Новаш, Мялкин с участием опознавателя Менгесхаузена Гарри, сего числа осмотрели место погребения трупов рейхсканцлера Адольфа Гитлера и его жены.

…Осмотром мест, указанных опознавателем Менгесхаузеном, была установлена правдивость его показаний… Тем более правдивы показания опознавателя Менгесхаузена, так как из названной им воронки 4 мая 1945 года нами были извлечены обгоревшие трупы мужчины и женщины и две отравленные собаки, которые другими опознавателями опознаны как принадлежавшие Гитлеру и его жене Ифе Браун, бывшему личному секретарю[36].

Глазомерная съемка места обнаружения трупов Гитлера и его жены и фотоснимки мест, названных опознавателем Менгесхаузеном, к акту прилагаются.

О чем и составлен настоящий акт в г. Берлине, имперской канцелярии».

Вот теперь дошла очередь и до злосчастных трупов. В этот же день ими занялось командование, а также медэксперты высших инстанций. Уже при внешнем внимательном осмотре все подтверждало, что это трупы Гитлера и Браун. При более внимательном осмотре получили новые подтверждения: убедительным доказательством были зубы мертвецов. Известно, что людей с одинаковыми зубами в природе не существует. Работники контрразведки армии и фронта разыскали профессора Айкена, который не раз лечил горло Гитлера, ассистентку профессора Блашке (который был его личным зубным врачом) Кете Хойзерман, личного зубного техника Фрица Эхтмана. Все они с большими или меньшими подробностями утверждали одно и то же: многие зубы Гитлера были или фарфоровыми, или золотыми. Об этом же говорила и найденная история болезни Гитлера.

В имперской канцелярии, в зубоврачебном кабинете профессора Блашке разыскали рентгеновские снимки зубов Гитлера, их сравнили с зубами на челюстях трупа. Никакого сомнения: зубы найденного трупа принадлежали Гитлеру. Таким же путем был установлен и труп Евы Браун: Фриц Эхтман нашел золотую пластинку, которую он сделал собственными руками для зубного мостика в челюсти Браун.

Зубы Гитлера и материалы о их опознании мы приложили к остальным материалам расследования и отправили по инстанции. Сам я вместе с Менгесхаузеном выехал в отдел контрразведки армии для доклада.

Был воскресный солнечный, теплый день 13 мая. Начальника отдела контрразведки армии Мирошниченко на месте не оказалось, но его быстро разыскали, и уже вместе с ним мы еще раз допросили Менгесхаузена. Допрос, по существу, носил уточняющий характер: надо было разъяснить кое-какие места в протоколах.

Позорно закончили Гитлер и Геббельс. Изуродованный труп Гитлера эсэсовцы затолкали в воронку, где уже лежали дохлые псы, и наскоро присыпали мусором. Его ближайший соратник не удостоился и такой чести: обгоревший труп рейхсминистра бросили посреди двора. История совершила свой грозный и справедливый суд.

После окончания войны, как известно, начался Нюрнбергский процесс по делу военных преступников. Главари фашистского рейха были казнены, а их ближайшие помощники осуждены на длительные сроки тюремного заключения.

Так закончилась самая страшная и самая жестокая из всех войн, какие знало человечество. Империалистическим заправилам США, реваншистам Западной Германии, которые недавно переиздали книгу Гитлера «Майн кампф» и упорно рвутся к атомной бомбе, не следовало бы забывать уроки минувшей войны.

Акт специальной комиссии об установлении факта смерти фашистского главаря Адольфа Гитлера.

Гитлер за несколько минут до самоубийства.

Капитан Дерябин и рядовой Ципочкин выкапывают засыпанный в воронке труп Гитлера.

Для чекистов японский разведчик Минодзума был старым знакомым. В 1922 году он появился во Владивостоке в качестве помощника командира крейсера «Ниссин». Уже тогда, несмотря на скромный чин лейтенанта, Минодзума был одним из активных исполнителей плана превращения Дальнего Востока в японскую колонию. Особенно бурную деятельность он развил после того, как интервентам под натиском молодой Красной Армии пришлось покинуть Приморье.

Обосновавшись в городе Владивостоке в качестве самозваного представителя военно-морских сил Японии, Минодзума активно занимался шпионажем, подготавливая контрреволюционное выступление. Но как план колонизации Дальнего Востока был сорван Красной Армией, так и шпионско-заговорщическая деятельность Минодзумы и его подручных потерпела крах в результате настойчивой и самоотверженной работы дружного коллектива только что сформировавшегося Приморского отдела ОГПУ.

Заинтересовавшись личностью Минодзумы, молодые чекисты Ветошев (бывший конармейский разведчик), Вуколовин (тихоокеанский моряк) и Морев (смазчик паровозов), направленные партией в органы ЧК, оказались хитрее и проницательнее кадрового японского шпиона. Минодзуму поймали с поличным. Несмотря на явно преступный характер его деятельности, Советское правительство проявило максимум гуманности, ограничившись его высылкой в Японию.

Битый разведчик нашел приют в центральном аппарате военно-морской разведки Японии, где слыл специалистом по «русским делам». После вторжения японских войск в Маньчжурию в 1931 году, предвкушая перспективу войны против СССР, он добился поста начальника военно-морской миссии в порту Сейсин оккупированной Кореи. Расположенный на подступах к Владивостоку, Сейсин стал опорным пунктом в подрывной деятельности против Тихоокеанского флота.

День за днем Минодзума занимался сколачиванием шпионских групп из числа белоэмигрантов и засылкой их на советскую территорию; одну за другой посылал он в советские воды разведывательные шхуны, которые маскировались под корейские рыболовные суда. В погожие дни Минодзума взбирался на самые высокие сопки и наблюдал с помощью оптических средств за объектами советской обороны. Почти за четверть века своей шпионской деятельности Минодзума приобрел богатый опыт и добился больших чинов. К 1945 году он стал полковником и кавалером орденов «Восходящего солнца» и «Звезды сокровищ».