Читать онлайн «Гражданская война. 1918-1921». Страница 88

Наконец, Березинское сражение было ценно для нас и с точки зрения своего организационного опыта. Оно выявило некоторые наши организационные недочеты (малоразвитые армейские аппараты управления, малое количество средств связи и пр.), а наступивший период затишья по мере возможности позволил исправить их.

В то время как Березинское сражение вступило в период упорной борьбы за инициативу с обеих сторон, с преобладанием господства инициативы противника, совершенно обратная картина создалась на Украине. Здесь наконец появилась долгожданная, шедшая походным порядком с Кавказа 1-я конная армия. 18 мая ее главные силы в количестве 16 700 сабель, 48 орудий, 5 бронепоездов, 8 бронеавтомобилей и 12 самолетов обозначались в окрестностях Елисаветграда. В тот же день командюж Егоров наметил образование на правобережной Украине трех оперативных групп: Фастовской — Якира в составе двух стрелковых дивизий (44-я и 45-я и отдельная кавалерийская бригада Котовского), Казатинской — Буденного в составе всей 1-й конной армии и Жмеринской у Боровичи в составе всей 14-й армии, т. е. 2 2/3 стрелковых и одной кавалерийской дивизии (41, 60, 8-я кавалерийская дивизия, только что переброшенная с Крымского фронта, 21-я и 63-я стрелковые бригады). Казатинская конная группа являлась ударной группой, действовавшей в обрамлении двух пехотных групп, обеспечивавших ее фланги.

Ко времени вступления в дело 1-й конной армии фронт противника на Украине окончательно установился, и противник на всем его протяжении перешел к обороне. 3-я армия поляков в составе трех неполных дивизий (группа полковника Рыбака, 1-я пехотная дивизия легионеров и 6-я украинская дивизия) и одной кавалерийской бригады (7-я), занимаемая фронт от устья р. Припяти до г. Белой Церкви (включительно) с плацдармом на левом берегу Днепра против Киева, имела задачей обеспечение Киевского района с востока и юга. 2-я польская армия в составе двух пехотных и [418] одной кавалерийской дивизий (7, 13-я пехотные дивизии, кавалерийская дивизия быв. Ромера), расположившись на фронте от Белой Церкви (искл.) до г. Липовец (вкл.), должна была обеспечивать Казатинский железнодорожный узел{195}. 6-я польская армия в составе четырех неполных дивизий{196} (12-я и 18-я пехотные, украинская, бригада 5-й пехотной дивизии) на фронте Липовец (искл.) — Гайсин — Ямполь прикрывала направление на Жмеринку. Общая численность всех польских сил на Украине достигала 60 000 штыков и сабель; они были расположены почти равномерным кордоном от устья Припяти до Днестра на протяжении свыше 400 км. Этим силам противника даже с прибытием 1-й конной армии командюз мог противопоставить всего 36 985 штыков и сабель, но в группировке, обеспечивающей сосредоточение на направлении главного удара на Казатин, было 16 000 с лишним сабель (схема 16).

Определяя общее количество сил противника в 58 000 штыков и сабель и считая, что центр тяжести его группировки отнесен на Киевское направление, командюз решил избрать главной целью своих действий Киевскую группу противника. 12-я армия должна была переправиться через Днепр севернее Киева и наступать в общем направлении на ст. Коростень, перехватив железную дорогу между Коростень и Киев у ст. Бородянка; группа Якира, наступая на Белую Церковь, имела целью привлечь на себя возможно больше сил противника, облегчая тем самым задачу 1-й конной армии. Эта последняя, энергично наступая на Казатин, должна была захватить его не позднее 1 июня и, обеспечившись заслоном на запад, действовать на тылы Киевской группы противника. 14-я армия в демонстративных целях не позднее 1 июня должна была овладеть районом Винница — Жмеринка. Начало операции намечалось на 26 мая. Она развернулась следующим образом. На участке 12-й армии и группы Якира бои первоначально имели переменный характер с местными колебаниями [419] линии фронта в ту или другую сторону. 12-я армия, ведя бои на фронте, ожидала полного сосредоточения в г. Остер подходившей на ее усиление 25-й стрелковой дивизии, чтобы приступить к переправе через р. Днепр.

1-я конная армия 29 мая натолкнулась на укрепленную позицию 13-й пехотной польской дивизии, прикрывающую железнодорожный узел Казатин, вводя в дело по частям свои дивизии, в ряде фронтальных атак пыталась прорвать ее. 14-я армия вела бои местного значения. Только 5 июня, сосредоточив все свои силы к своему правому флангу, командарму 1-й конной удалось прорваться в тыл противника на стыке между 6-й и 3-й польскими армиями{197}. Этот прорыв во времени совпал с переправой на правый берег р. Днепр выше Киева головных частей ударной группы Голикова из состава 12-й армии (7, 25-я стрелковые и Башкирская кавалерийская бригада).

В течение 7 и 8 июня ударная группа Голикова медленно развертывалась на правом берегу Днепра, направляя ось своего движения на Бородянку; в то же время 1-я конная армия устремилась не на тыл 3-й польской армии, а на Бердичев и Житомир, минуя также и мощный Казатинский узел. 7 июня Житомир и Бердичев с их складами были захвачены 1-й конной армией, но зато 3-я польская армия получила в свое распоряжение два ценных дня, а 6-я польская армия успела [420] обеспечить Казатинский узел двумя пехотными и одной кавалерийской дивизией.

Таким образом, пока результаты прорыва 1-й конной армии имели более моральный, чем стратегический характер.

В последующие дни 1-я конная армия была связана боями с кавалерийской дивизией противника. 8 июня, судя по его директиве, командюз предполагал, по-видимому, захватить в клещи 3-ю польскую армию только группами Якира и Голикова. Первому ставилась задача не позднее 10 июня перехватить шоссе Киев — Житомир, а 12-й армии предлагалось не позднее 12 июня перерезать железнодорожную магистраль Киев — Коростень на участке Бородянка — Ирша. В свою очередь главком, учитывая успех группы Голикова, принимал меры к быстрой переброске водой к месту переправы 24-й стрелковой дивизии из Гомеля, назначенной первоначально в состав Западного фронта.

При первых сведениях о прорыве 1-й конной армии Пилсудский решил очистить киевский плацдарм на левом берегу р. Днепр, занять на Украине более сокращенный фронт, а 3-й польской армией ударить по тылам 1-й конной армии, двинув ее по Житомирскому шоссе. Однако последнее распоряжение не дошло своевременно до командарма 3-й польской. Считая, что с 1-й конной армией должен разделаться польский кулак, собираемый в Казатине, Ридз-Смиглый решил отводить свою армию на Коростень, имея осью своего движения железную дорогу Киев — Коростень.

Пилсудский принимал меры к обозначению на фронте Коростень — Шепетовка новой линии фронта путем новой переброски сил с белорусского театра{198} и из тыла. В ночь с 8 на 9 июня 3-я польская армия, готовясь к отходу, начала сосредоточиваться в треугольнике рек Днепр, Ирпень и Стугны фронтом на три стороны. 10 июня передовые части группы Голикова вышли на фронт м. Иванков — Дымер, а ее кавалерийская бригада направилась на ст. Тетерев. Группа Якира сильно разбросалась: ее 45-я стрелковая дивизия подходила к [421] Фастову, в то время как кавалерийская бригада Котовского заняла м. Романовка. Таким образом, перед 3-й польской армией оставался еще свободный промежуток для отхода шириной в 75 км. Этот промежуток мог быть заполнен 1-й конной армией, которая покинула район Житомир — Бердичев — Фастов и направилась на восток. 9 июня она сосредоточилась в районе Корнин — Ходорков — Войтовцы, а 10 июня две ее дивизии направились на Фастов, где вошли в связь с частями группы Якира.

Однако и на этот раз мышеловке, приготовленной для 3-й польской армии, не суждено было захлопнуться. 10 июня командюз вновь направил 1-ю конную армию в район Бердичев — Житомир, считая, по-видимому, что одна группа Голикова, выйдя на фронт Радомысль — Макаров, будет в состоянии окружить 3-ю польскую армию. Но, компактно отходя тремя сильными колоннами, эта последняя в течение 11 и 12 июня выбила те слабые пробки, которыми Голиков пытался преградить путь ее отхода вдоль железной дороги Киев — Коростень, и открыла себе путь на Коростень. Вновь заняв район Житомира 12 июня и спокойно простояв в нем 13 июня, командарм 1-й конной только 14 июня получил директиву командюза от 11 июня о направлении двух его дивизий спешным порядком в район Чеповичи — Малин ввиду обнаружения отхода главной массы 3-й польской армии на Коростень и приступил к ее выполнению.

Попытка задержать отход 3-й польской армии и на этот раз не удалась. Обе дивизии, действуя разъединенно, так как одна двигалась на Коростень, а другая шла на Радомысль, не могли справиться с сильными боковыми авангардами 7-й пехотной польской дивизии и были отброшены ими. Дальнейший отход 3-й польской армии совершился беспрепятственно, так как она вошла в связь с теми польскими частями, которые начинали обозначать новую линию польского фронта по р. Уж и Случе. На этот фронт, т. е. тот самый, который польские армии на Украине занимали до 20 апреля, Пилсудский и решил 12 июня отвести свои украинские армии. Это решение знаменовало начало нового периода кампании на Украине, который можно охарактеризовать как стратегическое преследование противника. [422]