Читать онлайн «Из ГУЛАГа - в бой». Страница 68

Кузьма Никитович впоследствии писал: «Такого оборота дела я не ждал. К тому же нелегко было уезжать из армии, с которой успел сродниться, да еще в трудный для нее момент. Единственное, что я мог сделать, это использовать оставшиеся до отъезда часы для принятия первоочередных мер по укреплению обороны армии.

...Итак, настало время проститься с 3-й ударной. Собрав всех офицеров и генералов полевого управления армии, я сообщил о своем отъезде, рассказал о мероприятиях по организации обороны войск армии, разработанных Военным советом. Затем поблагодарил за хорошую совместную службу, пожелал дальнейших боевых успехов. Не имея возможности увидеться с войсками, все же успел позвонить по телефону командирам всех дивизий, попрощался и попросил передать солдатам и офицерам мою искреннюю благодарность и добрые пожелания»[208].

11-я гвардейская армия была создана 1 мая 1943 г. путем преобразования 16-й армии из состава Западного фронта. Это была армия, которой в 1941—1942 гг. командовал К.К. Рокоссовский, а после него И.Х. Баграмян. То есть это была армия с хорошим послужным списком. В ходе Орловской стратегической операции (июль-август 1943 г.) войска армии прорвали главную и вторую полосы обороны противника. Отличились они и в последующих боях. С середины ноября 1943 г. армия входила в состав 1-го Прибалтийского фронта.

Генерал К.Н. Галицкий прибыл в 11-ю гвардейскую армию за четверо суток до назначенного наступления. Имея уже немалый опыт организации наступления в армейском масштабе, Кузьма Никитович немедленно включился в напряженный режим деятельности полевого управления и штаба. Он прекрасно понимал, что за этот короткий срок (четверо суток!) ему необходимо решить массу проблем, связанных с руководством операцией. Он хорошо видел эти проблемы:

«Это означало, что все те трудности, которые всегда возникают перед новым командующим, возрастали во много раз. Ведь нужно было руководить операцией на основе готового решения, по уже разработанному плану. Следовательно, требовалось изучить их безотлагательно и определить, насколько они соответствуют поставленной задаче. Для этого, естественно, нужно было ознакомиться и с обстановкой в полосе армии, с ее силами и средствами, с обороной противника. Необходимо было и убедиться в полной готовности каждого соединения и частей обеспечения к проведению операции. А установление необходимого контакта и взаимодействия с руководящим составом армии, ее соединений, взаимодействующих войск, авиации и, наконец, фронта?

На все перечисленные, а также многочисленные другие заботы, выпадающие на долю командарма перед наступательной операцией, я имел менее четырех суток...»[209]

Членом Военного совета 11-и гвардейской армии являлся генерал-майор П.Н. Куликов, начальником штаба — генерал-майор Н.П. Иванов. С ними Кузьма Никитович сразу же нашел общий язык. Эти три ключевые фигуры и повели 11-ю гвардейскую к новым победам.

С конца мая 1944 г. армия входила в состав 3-го Белорусского фронта, которым командовал генерал армии И.Д. Черняховский. В Минской и Вильнюсской операциях 1944 г. войска под руководством К.Н. Галицкого во взаимодействии с другими армиями освободили города: Оршу (27 июня), Борисов (1 июля), Молодечно (5 июля), Алитус (15 июля) и другие населенные пункты Белоруссии и Литвы, успешно форсировали р. Неман. В октябре 1944 г. войска армии прорвали оборонительные рубежи противника на подступах к Восточной Пруссии, вышли к ее границе. Взломав мощную приграничную полосу обороны и расширив прорыв до 75 км, они продвинулись на 70 км.

Тогда же командование 3-го Белорусского фронта представило К.Н. Галицкого к званию Героя Советского Союза. В представлении говорилось:

«Войска 11 гв. армии под командованием генерал-полковника Галицкого К.Н., прорвав сильно укрепленную, глубоко эшелонированную оборону противника в полосе Минской автострады, во взаимодействии с войсками 5 армии, разгромили Богушевско-Оршанскую группировку противника.

В последующем стремительно развивая наступление, проходя с боями в среднем по 25 км в сутки, умело и решительно маневрируя на поле боя и тесно взаимодействуя с подвижными войсками фронта, войска 11 гв. армии с боями прошли до 600 км, выйдя на ближние подступы к границе с Восточной Пруссией, преодолев при этом первую приграничную полосу заранее подготовленной и хорошо развитой обороны противника.

На своем боевом пути 11 гв. армия форсировала крупные речные преграды Бобр, Березина, Неман. Форсирование этих преград и в особенности р. Неман было проведено организованно и смело.

За умелое руководство проведенными 11 гв. армией операциями, отличавшимися размахом, решительностью действий, смелостью маневра на поле боя и своими результатами генерал-полковник Галицкий К.Н. достоин присвоения звания “Герой Советского Союза”.

Командующий войсками Третьего Белорусского фронта генерал армии (Черняховский) Член Военного совета Третьего Белорусского фронта генерал-лейтенант (Макаров) 29 октября 1944 г.[210].

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1945 г. К.Н. Галицкому было присвоено звание Героя Советского Союза. К моменту представления к этому званию Кузьма Никитович уже имел следующие государственные награды: два ордена Красного Знамени, ордена Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого (все первой степени).

Во время Восточно-Прусской стратегической операции (январь—апрель 1945 г.) армия генерал-полковника К.Н. Галицкого вводилась в сражение из второго эшелона фронта. В ходе наступления она разгромила инстербургскую группировку противника, вышла к заливу Фришес-Хафф на Балтийском море, блокировав город и крепость Кенигсберг с юга. С февраля 1945 г. она входила в Земландскую группу войск.

Вначале апреля 1945г. войска 11-й гвардейской армии приняли участие в штурме Кенигсберга. В ходе Земландской операции (13—25 апреля) ее части овладели важной военно-морской базой немецкого флота Пиллау и завершили разгром группировки противника на косе Фрише-Нерунг (Балтийская коса). За эти последние бои К.Н. Галицкий был награжден орденом Ленина. Из аттестации на командарма 11-й гвардейской Галицкого, подписанной командующим фронтом генералом армии И.Х. Баграмяном: «Энергичный, волевой генерал. Хорошо оперативно подготовлен, твердо и разумно руководит войсками. Удар 11-й гвардейской армии на Кенигсберг с юга решил успех штурма»[211].

По свидетельству знавших его, Кузьма Никитович Галицкий был строгим, требовательным командармом. Одним из таких людей был Федор Давыдович Свердлов, бывший сотрудник оперативного отдела штаба 11-й гвардейской армии. Впоследствии Ф.Д. Свердлов — профессор кафедры оперативного искусства Военной академии имени М.В. Фрунзе, доктор исторических наук. В книге о советских военачальниках Ф.Д. Свердлов так характеризует своего командарма: «У меня в памяти навсегда сохранился этот исключительно волевой и энергичный человек, твердо, уверенно и хладнокровно управлявший на фронте более чем 100-тысячной армией, не знавшей поражений, умевший всегда предвидеть ход противника и сорвать его, не просто требовательный к себе и к подчиненным, а в ответственные моменты сражения безжалостный к каждому, кто во имя выполнения боевых задач не отдает себя этому целиком...»[212]

«При всей своей жесткости Кузьма Никитович был справедливым военачальником. Он мог, при необходимости, защитить незаслуженно обиженного человека, помочь ему обрести веру в себя. Характерен пример с начальником оперативного отдела штаба армии И.И. Ледневым. Незадолго до Великой Отечественной войны Иван Иванович Леднев окончил Академию Генерального штаба. В 1942 г. он был начальником оперативного отдела штаба 4-й ударной армии на Северо-Западном фронте. В один из дней гитлеровцы внезапно атаковали левофланговую дивизию на стыке с соседней армией. Оттуда доложили об этом начальнику штаба фронта генералу Н.Ф. Ватутину. Он позвонил в штаб 4-й ударной, чтобы уточнить обстановку. Командующий армией генерал А.И. Еременко был в это время в войсках, начальника штаба генерала В.В. Ку-расова быстро не нашли и к телефону подошел И.И. Леднев, который до этого отдыхал. Донесения от командира атакованной дивизии он еще не получил и об атаке противника не знал. За это Н.Ф. Ватутин приказал отдать его под суд военного трибунала, который приговорил И. И. Леднева за потерю управления войсками к расстрелу. Две недели сидел он в блиндаже, ожидая исполнения приговора. Весь поседел. Спас его В.В. Ку-расов, который позвонил в Москву и добился отмены приговора. Расстрел был заменен разжалованием в рядовые. И вот в папахе и касторовой шинели прибыл в один из полков 16-й гвардейской дивизии рядовой И.И. Леднев. Воевал он хорошо. Скоро его взяли писарем в штаб полка, потом назначили начальником штаба полка. Командир дивизии полковник П.Г. Шафранов ходатайствовал о восстановлении И.И. Лед-неву звания, но Ивану Ивановичу присвоили только звание майора. Тогда он дал в управление кадров Наркомата обороны телеграмму: “От майора отказываюсь”. Спустя несколько месяцев он вновь стал полковником»[213].