Читать онлайн «Красная Армия против войск СС». Страница 90

Гитлер был куда проницательнее Дитриха и понимал, что к началу марта Советы уже наверняка узнают о присутствии 6-й танковой армии СС в Венгрии, хотя бы потому, что две ее дивизии участвовали в ликвидации гронского плацдарма. Фюрер также подчеркнул, что Венгрия — это единственный оставшийся у Рейха источник получения бензина. С потерей Западной Венгрии и прилегающих районов Австрии сопротивление сможет длиться лишь несколько недель, пока не иссякнут запасы горючего. В случае же утраты последних НПЗ нельзя будет долго оборонять ни Берлин, ни «Альпийскую крепость».

6 марта, вдень начала наступления в Венгрии, Геббельс записал в дневнике: «Было бы настоятельно необходимо добиться снова успеха хотя бы в одном месте. Я надеюсь, что в ближайшие дни это произойдет в Венгрии». Но тут же оговорился: «Мы сейчас готовим наш крупный контрудар в Померании. Я надеюсь, что его вскоре можно будет нанести. Во вторник ожидается наше наступление в Венгрии. Если бы обе операции удались, то это было бы, конечно, великолепно. Но надежды на то, что они обе могут осуществиться, были бы, пожалуй, слишком уж велики». В действительности ни один из двух контрударов не привел к существенным результатам. Но даже если бы все дивизии, предназначавшиеся для обоих контрударов, были бы использованы только для одного из них, например, в Венгрии, это все равно не привело бы к перелому.

Хауссер вспоминал: «Наступление из района между озерами Веленце и Балатон началось рано утром 6 марта без артиллерийской подготовки и без какой-либо поддержки с воздуха.

Территория была разделена на две части широким каналом и болотами западнее шоссе Штульвайсенбург (Секешфехервар) — Цеце. Основное направление удара приходилось на правую сторону. Особенности местности позволяли использовать здесь только пехоту. Танки и артиллерия могли действовать лишь вдоль дорог и в населенных пунктах.

Несмотря на это, наступавшие западнее канала продвинулись до канала Шио и Шимонториниа, в то время как восточнее русские ожесточенно удерживали каждую пядь земли. Здесь I и 11 танковые корпуса СС сумели лишь незначительно продвинуться вперед. Командир дивизии «Дас Райх» группенфюрер Вернер Остендорф был тяжело ранен (это произошло 9 марта. — Б. С.) и впоследствии скончался.

Это наступление было запланировано как концентрическое: части группы армий «Балканы» должны были ударить от Дравы в северном направлении, 2-я танковая армия южнее озера Балатон — в восточном направлении; здесь была задействована и 16-я танково-гренадерская дивизия.

Севернее озера Веленце на правом фланге армии Балька в тяжелых оборонительных боях участвовал корпус СС Гилле с 3-й и 5-й дивизиями СС. Все случилось так, как и должно было случиться: в сражении наступил перелом, через два дня после начала наступления по участку фронта армии Балька от озера Веленце до Дуная были нанесены сильные удары, основная их мощь при этом приходилась на район севернее Штульвайсенбурга (Секешфехервара). Соседние слева от армии Балька войска находились под угрозой. 6-я армия СС тотчас прекратила наступление и начала вынужденное отступление.

Корпус Гилле смог в мужественном оборонительном бою предотвратить прорыв противника, что, к сожалению, не удалось к северу от него, где венгры обороняли Вертеши. Таким образом, сильные передовые танковые отряды русских оказались на дороге Штульвайсенбург — Мор, левый фланг корпуса Гилле был окружен.

К этому времени дивизия «Райх» под командованием штандартенфюрера Рудольфа Лемана уже двигалась через Веспрем, чтобы перехватить противника западнее Кишбера и освободить тыл 6-й танковой армии СС.

Штаб армии планировал бросить войска на арьергардные позиции, примерно от Веспрема до Дуная. В то время как он руководил отводом войск и проходом их через территорию между озерами, группа армий приказала армиям Дитриха и Балька сменить зону ответственности. Первый должен был принять на себя командование на участке фронта от района севернее Веспрема до Дуная над венгерскими соединениями. На юге командовал Бал к, который одну за другим отдавал освобождающиеся здесь части Дитриху на север. Эти маневры при сегодняшнем рассмотрении кажутся необъяснимыми. Их можно рассматривать лишь как знак недоверия. Освободившиеся части по отдельности были брошены против русских. Лишь дивизия СС «Дас Райх» действовала как единое целое и выполнила свою задачу.

Но таким образом невозможно было защитить ни арьергардные позиции восточнее Папы, ни канал Шавриз, ни Рааб. Советские войска уже везде стояли западнее этих позиций. Теперь уже нельзя было останавливаться: без связи с другими войсками I и II танковые корпуса СС с боями отошли до границы. Дальнейшее отступление — как когда-то в Нормандии — было запрещено сверху. Ради исторической правды здесь стоит упомянуть, что Адольф Гитлер, полностью не разобравшись в фактах, приказал отобрать у дивизий СС манжетные ленты. Однако этот приказ не был передан по инстанции».

В ночь на 6 марта внезапно, без проведения артиллерийской подготовки, немецкие войска форсировали Драву и нанесли удар по частям 3-й югославской и 1-й болгарской армий. Первый удар силами трех дивизий армейской группы «Ф» был нанесен с рубежа реки Драва в направлении на Мохач. Немецкие войска форсировали Драву в районе Дольни-Михоляц и Валпово. Части болгарской и югославской армий были оттеснены от реки. Немцы захватили небольшой плацдарм на северном берегу Дравы. В случае продолжения наступления противник мог выйти к переправам на Дунае и в тыл 57-й армии. Поэтому Толбухин приказал ускорить переброску 133-гострелкового корпуса в состав 57-й армии и, организовав его контрудар во взаимодействии с болгарскими и югославскими войсками, восстановить оборону по Драве. Контрудар успеха не имел, но дальнейшее продвижение немцев на этом участке было остановлено. Впрочем, они и не собирались вводить здесь большие силы. Удар на Драве носил вспомогательный характер и призван был отвлечь внимание и силы советского командования от основного наступления в межозерье. Своей цели этот удар достиг, поскольку в состав 57-й армии был переброшен 133-й стрелковый корпус.

Второй отвлекающий удар немцы нанесли в 7 часов 6 марта, после 55-минутной артиллерийской подготовки, силами 2-й танковой армии в направлении Капошвара. Они вклинились на узком участке фронта в оборону 57-й армии на глубину до 5 км. Дальнейшее продвижение противника на этом направлении было остановлено контратаками вторых эшелонов дивизий и мощным артогнем.

В 8 часов 45 минут началась атака на главном направлении между озерами Веленце и Балатон. Если советские источники утверждают, что ей предшествовала мощная получасовая артподготовка, то Хауссер и другие немецкие источники настаивают, что ни артиллерийской, ни авиационной подготовки перед наступлением не было. Атаку повели 1-я танковая дивизия СС «Адольф Гитлер», 12-я танковая дивизия СС «Гитлерюгенд» и венгерская 25-я пехотная дивизия. В наступлении участвовали свыше 300 танков и штурмовых орудий. Часть из них вместе с пехотой пробились на стыке 4-й гвардейской и 26-й армий и к исходу дня вклинились в позиции 30-го стрелкового корпуса на глубину 3–4 километра. Создалась угроза прорыва главной полосы советской обороны.

Неудивительно, что наибольшего успеха немецкое наступление достигло к западу от канала Шарвиз. Там, между озером Балатон и каналом, где оборонялись левофланговые соединения 26-й армии, плотность советской обороны была самой слабой. На дивизию приходился участок обороны в 4,7 км, а на 1 километр фронта приходилось только 9,7 орудия. В тылу обороняющихся здесь располагался 5-й гвардейский кавкорпус. Командование 3-го Украинского фронта считало эту местность не подходящей для действий больших групп танков.

По донесениям советских войск, в межозерье их атаковали до 600 немецких танков, что значительно превышало их истинное число. 1-я и 12-я танковые дивизии СС быстро двигались по западному берегу канала Шарвиз в направлении Цеце. 356-я пехотная и 23-я танковая дивизии вермахта с гораздо большим трудом продвигались по восточному берегу канала к Шаркерестуру и к Шарашду. Здесь они продвинулись лишь на 2–3 км и были остановлены концентрированным огнем артиллерии. А вот на западном берегу канала немецкие танковые подразделения, умело находя проходы между непроходимыми участками местности, быстро продвигались вперед. Особенно ожесточенные бои шли за крупные населенные пункты и шоссейные дороги. Советская пехота опять, как и в январе, частенько отступала под натиском танков, бросая артиллеристов на произвол судьбы.

К концу дня 6 марта части 6-й танковой армии СС захватили местечко Шерегельеш, находящееся на стыке 4-й гвардейской и 26-й армий. Это объяснялось тем, что противник застал врасплох части 1-го гвардейского укрепленного района, а также плохим обеспечением его стыка с 30-м стрелковым корпусом. Две армии так и не смогли наладить здесь взаимодействие. Сперва немцы потеснили 1-й гвардейский укрепрайон, который отступил и открыл правый фланг 155-й стрелковой дивизии. Ударив в него, немецкая мотопехота ворвалась в Шерегельеш. Советские контратаки, предпринятые силой одного из стрелковых полков 155-й дивизии и 110-й танковой бригады, окончились неудачей.