Читать онлайн «Герои подполья. О борьбе советских патриотов в тылу немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны. Выпуск первый». Страница 67

Через несколько дней после резни в Пузне командир партизанского отряда М. Мисюра настиг в селе Людынь атамана банды, свирепствовавшей в Пузне, Антона Соловья. Тут же, в Людыне, на глазах у крестьян Мисюра от имени украинского народа расстрелял бандита.

Наша подпольная печать, наши агитаторы, бойцы вели большую разъяснительную работу среди населения. На конкретных фактах они показывали людям, что украинские буржуазные националисты всегда были наёмниками империалистов. Бандеровцы, мельниковцы, боровцы, как и их «идеолог» — гитлеровский холоп Е. Коновалец, разъясняли подпольщики и партизаны, никогда не имели поддрргкки в народе, всегда опирались в своей грязной работе на чужеземные штыки. В зависимости от времени и обстоятельств, эти предатели интересов украинского народа готовы служить то одному, то другому — какому угодно хозяину. Сознание своего бессилия, безнадёжности своих потуг совместно со своими хозяевами — гитлеровцами снова натянуть ярмо гнёта и эксплуатации на трудовой народ порождает у них ненависть и злобу к трудящимся, которая на этот раз вылилась в пузенскую расправу.

Разоблачительная агитация подпольщиков и партизан давала хорошие результаты. Все чаще стали приходить к партизанам из националистических банд люди, обманом втянутые в преступные действия против своего народа.

Вот один из многих случаев. Наши разведчики привели в штаб группу вооружённых «секирников», как партизаны называли участников банды Боровца. У одного из «секирников» на узеньких погонах блестели вырезанные из алюминия трезубцы.

— Сопротивления не оказывали, — доложил наш автоматчик.

— Откуда? — спросил я «секирника».

— Из «Полесской сечи».

— Фамилия?

— Терещенко.

Отвечая на мой вопрос, он то и дело поглядывал в сторону, где партизаны с большими усилиями разряжали бомбу. В то время наши бойцы выплавляли тротил из неразорвавшихся снарядов и бомб, чтобы делать мины. Терещенко, заметив, что партизаны с трудом справляются с этим делом, сказал:

— Я могу разрядить бомбу. Только не убивайте меня.

— А мы и не расстреливаем всех, кто был в банде.

— Вот это справедливо. Среди нас там много тёмного люда.

Терещенко со своим напарником вычистил «кендюх», как он назвал бомбу. Потом они снова подошли ко мне.

— Как же вы попали в банду?

— А мы не в банду шли. Нам сказали, что будем в «партизанке». А «партизанка» якобы против немцев. Так и Бандера и Боровец говорят. Еще мы видели, что ваши партизаны из отрядов Медведева и дяди Пети на переговоры к «сечевикам» ходили. Вот мы и думали, будем вместе гитлеровцев бить. А вышло, что нас посылают против красных партизан.

— Сволочь эта немчура! — вмешался в разговор второй пленный. — Надевают шинели с трезубом и идут в села, сжигают. Так было в Гуте–Сепанской, где поляки живут. Переодетых немцев было человек двести пятьдесят. Детей бросали в огонь. Забрали скот. Потом сказали, что мы это сделали.

— Ну и ваши бульбовские дела знаем, — сказал я, —Что же вам обещал Боровец после победы? Сам‑то ведь в первые министры метит.

— Министром я не собирался стать, —ответил Терещенко, — а полицейским служил бы.

Eго признание вызвало взрыв хохота среди партизан.

— Если ты уж такой любитель порядка, мог бы при Советской власти милиционером, быть, — сказал кто‑то из бойцов. — Вот как твой земляк, наш командир Максим Мисюра.

— Я слыхал о нём. Неуловимый, вездесущий!

— Верно, — сказал я. — Он бьёт гитлеровцев, бьёт и запроданцев народа. А неуловимый он потому, что люди его поддерживают, народ с ним. А народ с ним потому, что Мисюра за правду стоит, за Советскую власть!

— Вы примете меня и моих товарищей в настоящие партизаны? — спросил Терещенко.

— Примем. А тебе должность дадим. Будешь инструктором по обезвреживанию неразорвавшихся немецких бомб. Научишь этому делу нескольких бойцов.

— Спасибо, что поверили. Всё сделаю, чтобы как можно скорее фашистов в могилу загнать!

Терещенко стал партизаном, хорошим специалистом по обезвреживанию неразорвавшихся бомб и снарядов. Вступили в отряд и те, кто с ним пришёл.

Все мы, подпольщики и партизаны Украины, ощущали большую помощь ЦК КП(б)У. Лично мне много раз приходилось говорить по вопросам подпольной и партизанской борьбы с секретарями ЦК. Они разъясняли обстановку, учили нас подбирать людей для работы во вражеском тылу. ЦК систематически посылал уполномоченных для организации борьбы на временно оккупированной фашистами украинской земле.

Помню, как в начале войны секретарь ЦК КП(б) Украины М. А. Бурмистенко созвал совещание секретарей обкомов партии и ответственных партийных работников. Он ознакомил нас с методами и тактикой партизанской войны. Кабинет М. А. Бурмистенко напоминал своеобразную лабораторию. Чего только там не было! Ящики со взрывчатыми веществами, гранаты разных систем, чертежи железнодорожных мостов, стеклянные банки с какими‑то составами, бутылки с сероватой жидкостью.

Для нас, людей, совсем недавно поглощённых заботами об урожае на полях, о строительстве дорог и благоустройстве городов, все это было ново и, чего греха таить, неожиданно и немного странно. Только позже, когда многие из нас оказались на оккупированной врагом территории и столкнулись лицом к лицу с коварным врагом, мы по–настоящему оценили преподанный нам урок в ЦК КП(б) Украины.

Центральный Комитет партии был тем боевым штабом, который обеспечивал жизнедеятельность подпольных организаций, партизанских отрядов и соединений, возникавших как по разработанному плану, так и стихийно.

Для оказания практической помощи отрядам, действовавшим на Правобережье Украины, в тыл врага прилетали секретарь ЦК КП(б)У Д. С. Коротченко и начальник Украинского штаба партизанского движения Т. А. Строкач с группой партийных и оперативных работников, а также лекторов. Важнейшую роль во всей дальнейшей работе партизанских отрядов и подпольных организаций сыграло проведённое Д. С. Коротченко весной 1943 года совещание командиров и комиссаров (они же секретари подпольных обкомов партии) партизанских соединений Черниговской, Житомирской и Ровенской областей. Совещание состоялось в расположении штаба соединения А. Н. Сабурова. Оно обобщило опыт боевой и политической работы, вскрыло её недостатки, разработало мероприятия для осуществления плана боевых действий в течение весенне–летнего периода. Дважды Д. С. Коротченко и Т. А. Строкач побывали в партизанских соединениях Ровенской области. Здесь, на месте, были конкретизированы боевые задачи соединений и отрядов, был дан обстоятельный инструктаж партийным и комсомольским работникам, разработаны меры по координации деятельности подполья и партизанских отрядов. Большой политический подъем среди бойцов вызвали выступления Д. С. Коротченко в отрядах с докладами о международном положении, о состоянии дел на фронтах, о жизни родной страны.

Выводы, сделанные Д. С. Коротченко в результате изучения жизни и деятельности соединений и отрядов, состояния подполья и политической работы среди населения, легли в основу решения ЦК КП(б)У от 15 июля 1943 года «О состоянии и дальнейшем развитии партизанского движения на Украине».

Отмечая достижения Ровенского подпольного обкома партии и областного штаба партизанского движения в работе по росту партизанских отрядов, созданию подпольных организаций, подготовке скрытых резервов, развитию политической работы среди населения, разложению войск противника, ЦК КП(б)У в этом решении вскрыл и серьёзные недостатки в нашей работе. Было отмечено, что некоторые партизанские отряды проявляют слабую активность, подпольным обкомом и подпольными райкомами партии не всегда в должной мере оценивается значение подпольных форм борьбы. Решение потребовало значительного усиления политической работы в массах;

Реализуя это решение, подпольный обком и подпольные райкомы партии добились заметных сдвигов в росте и активизации боевых действий партизанских отрядов, в укреплении и расширении подполья, его политического влияния на население, подъёма всей борьбы за дезорганизацию вражеского тыла.

ЦК КП(б) Украины внёс ясность в отношении тактики партизан и подпольщиков к украинским буржуазным националистам. Это было крайне необходимо, так как некоторые командиры партизанских отрядов допускали ошибки; кое‑кто из них вместо решительного разоблачения украинских националистических банд становился на путь переговоров с их главарями и даже заключали с ними договоры о нейтралитете. Другие же командиры партизанских отрядов, наоборот, сосредоточивали силы партизан на боях с украинскими националистическими бандами, отвлекая от основной задачи — борьбы против немецко–фашистских захватчиков.