Читать онлайн «Украинский легион». Страница 61

Окончание военных действий в Европе не погасило очаг напряженности в Западной Украине. Как и всякая партизанская армия, УПА не могла существовать без помощи извне. Украинскими повстанцами быстро заинтересовались спецслужбы Великобритании, США и Германии. Контакт с новыми хозяевами Европы был установлен в 1945 году, и уже они взяли на себя снабжение УПА необходимым. Фактически ОУН и УПА как инструменты воздействия на «Советы» перешли в «наследство» к другим силам, кровно заинтересованным в наличии антисоветского сопротивления в Восточной Европе.

Истоки формирования украинского соединения войск СС обнаруживаются 29 июня 1941 года, когда представители украинских ветеранских организаций учредили в Кракове административно-организационное ядро для последующего создания национальных воинских частей в рядах Германской армии. Бывший офицер Украинской Галицийской армии полковник Альфред Бизанц, возглавлявший Управление по делам населения в дистрикте «Галичина», уведомил свое берлинское руководство об интересе к созданию украинских формирований со стороны генералов Михаила Омельяновича-Павленко, Михайло Капустянского, полковников Романа Сушко, Гната Стефанова, Петро Дьяченко, капитана Михайло Хроновята. Все эти украинские офицеры ранее также служили в рядах Австро-Венгерской, Украинской Галицийской и Армии Украинской Народной Республики, сражались против Советов.

В это же время подполковник Армии УНР Михайло Шуляев предложил свои услуги нацистам в создании самостоятельного украинского формирования в составе Германской армии. Немецкое руководство навело справки об этой личности и выяснило, что самозванец не является фигурой, поддерживаемой значительным союзом украинских деятелей. Ответа от Гитлера Шуляев так и не дождался. 14 марта 1943 и 29 сентября 1944 года Шуляев еще дважды повторял свои предложения немцам, однако и на этот раз ничего не вышло. У немецкого военно-политического руководства были свои планы в отношении украинской «пятой колонны» и пользующихся полным доверием общественных и военных деятелей из среды националов.

Еще одну попытку воздействия на немецкие власти предпринял 28 апреля 1942 года генерал Андрий Вовк, лидер УНАКОР, предложив немцам детально разработанный план немецко-украинских действий. Кроме предложений по созданию союзных Германии украинских вооруженных формирований, Вовк предложил создание Украинской державы в Европе. В своем втором меморандуме от 3 февраля 1943 года Вовк вторично довел до немецкого руководства свои идеи.

Вышеупомянутые личности не имели весомого влияния в украинских массах в отличие от предводителя ОУН полковника Андрея Мельника.

В своем письме к Адольфу Гитлеру от 7 июля 1940 года Андрей Мельник писал:

«Украинский народ, который, как другие народы, в продолжение столетий боролся за свою волю, принимает близко к сердцу идею создания Новой Европы. Задачей целого украинского народа остается реализация этого идеала в действительности.

Мы, старые борцы за свободу в 1918–1921 гг., просим чести для нас и нашей молодежи принять участие в крестовом походе против большевистского варварства. Мы желали бы вместе с легионами Европы идти плечо к плечу с нашим освободителем немецким вермахтом и иметь возможность создать с этой целью украинское вооруженное формирование».

Просьба полковника осталась без ответа.

В июле 1941 года полковник Мельник вновь обратился к Гитлеру с просьбой о создании украинских войсковых формирований в составе Германской армии.

7 июля 1941 года профессор В. Кубийович, председатель Украинского Центрального комитета, обратился к немецкому руководству с письмом, в котором просил создать украинское воинское формирование. По Галичине начали быстро распространяться слухи о скором создании немцами Украинской армии. Не исключено, что такие слухи запускали в массы сами немцы. На волне этих слухов молодежь быстро откликнулась на призыв немецких властей. Первый набор рекрутов (2 тысячи человек) был проведен успешно, но впоследствии все они были распределены малыми группами по немецким частям.

Осенью 1941 года в журнале «Бережанские вести» Украинский Краевой комитет (прообраз будущего УЦК) объявил о наборе украинских добровольцев в отдельную часть в составе Германской армии.

До 1942 года немцы так и не решились начать создание крупных украинских воинских частей. Так продолжалось вплоть до катастрофы вермахта под Сталинградом. В январе 1942 года Гитлер отверг предложенный ему фельдмаршалом фон Рейхенау план формирования украинской и белорусской дивизий вермахта. После поражения ввиду нехватки личного состава командование 1-й танковой армии издало приказ от 19 февраля 1942 года о наборе украинских рекрутов в состав немецких подразделений. Впоследствии украинские группы по 50–60 человек участвовали в боевых операциях в составе немецких частей и были объединены под командованием «группы Ферстера».

По информации лейтенанта вермахта Иоахима Урбана, на Восточном фронте служило на положении «хиви» не менее 600 тысяч восточных добровольцев. Еще 200 тысяч служили в отдельных частях. По информации генерала Э. Кестринга, на это время в рядах Вооруженных сил Германии пребывал миллион добровольцев. Услышав это из уст генерала, рейхсфюрер Гиммлер был сражен наповал. Придя в себя, он не поверил в слова Кестринга и сообщил, что ему, Гиммлеру, ничего об этом не известно.

После поражения под Сталинградом бригадефюрер СС, губернатор дистрикта «Лемберг» (Львов) доктор Отто Вехтер прибыл в Берлин к рейхсфюреру СС с ходатайством о формировании украинской дивизии. В своих воспоминаниях бывший начальник штаба дивизий «Галичина» Вольф Дитрих Гайке упоминает о том, что Вехтер имел план создания одной украинской добровольческой дивизии как ядра, вокруг которого можно было бы позднее сформировать другие дивизии[31]. Не исключено, что сам Вехтер видел себя командиром этого украинского формирования. Губернатор верил, что его начинание поддержат украинские общественные круги и, главное, население выделит десятки тысяч добровольцев. По его мнению, размер формирования зависел бы лишь от количества немецкого персонала, который должен был бы занять место недостающих украинских офицеров и унтер-офицеров.

Гиммлер согласился с предложением, определив статус украинского добровольца СС равным статусу немецкого военнослужащего СС, отличие было только в одном — было разрешено иметь своих священников, чего в других формированиях войск СС не допускалось. Гиммлером был наложен запрет на любое упоминание слова «украинская» в контексте мероприятий, связанных с формированием дивизии. Имела право на существование лишь «галицкая» терминология.

В Берлине же была достигнута договоренность о выделении для нужд формирующейся дивизии 600 немецких унтер-офицеров войск СС. При этом 300 человек должны были прибыть в Галицию из Голландии и 300 — из Ораниенбурга (Восточная Пруссия).

Для организации рекрутской работы и взаимодействия с украинской общественностью было решено создать особый военно-политический орган — Военную управу.

Вместе с тем в высших кругах СС имелось убеждение в политической неблагонадежности украинских союзников. Так, заместитель начальника РСХА оберстгруппенфюрер СС Карл Вольф уже в послевоенных своих воспоминаниях писал:

«Мы в РСХА были против создания дивизии, не веря в украинскую верность относительно сотрудничества с немцами. Для нас было очевидным, что мы обучаем своих врагов, которые рано или поздно присоединятся к УПА…»

18 апреля 1943 года в Львове на конференции представителей организаций — участников 1-й мировой войны, глав украинских окружных комитетов выступил профессор Кубийович и озвучил идею создания украинского войскового формирования. В своем выступлении он привел следующие доводы в пользу создания украинского формирования:

1. Украинцы таким образом включаются в борьбу с большевизмом.

2. Происходит выход на политическую арену украинских политиков.

3. Создается зародыш Украинской армии.

4. Лишь таким способом украинцы смогут получить армейскую школу для подготовки военных кадров.

Помимо таких масштабных задач, при сотворении украинского формирования сама Галичина получала бы некие послабления, в которых была заинтересована ее администрация.

«Проводя переговоры о создании дивизии, я имел в виду получение различных выгод, которые мы могли бы получить и про которые я часто говорил на различных собраниях. При создании дивизии автоматически сменился бы политический режим в Генерал-губернаторстве, и тем самым поддерживались бы украинские устремления. Одновременно мелкими шагами — а не путем подписания договоров — можно было бы укрепить украинские позиции, занять новые посты в администрации края, получить новые достижения на хозяйственном и политическом поприщах», — писал после войны В. Кубийович.