Читать онлайн «Книга будущих адмиралов». Страница 64

Гитлер, его окружение, его генералы прекрасно понимали, что момент перевооружения Красной Армии – самое подходящее время для нападения на СССР. И они, конечно же, воспользовались им, считая, что высокое качество немецких танков и самолётов обеспечит молниеносный захват всей европейской части страны. Они считали, что наша новая боевая техника просто не поспеет к битве.

Однако молниеносной войны у фашистов не получилось, мы поставили врага перед необходимостью вести войну длительную. И мы смогли в ужасно тяжёлых условиях делать столько оружия, что через год-полтора после начала войны наша армия не уступала по качеству и количеству танков, орудий, самолётов немецкой армии.

Сталинградская битва, круто повернувшая ход войны, была выиграна нами именно в те месяцы, в которые, по расчётам мирного времени, мы должны были достичь необходимой промышленной силы. В выпуске оружия в конце 1942 года мы достигли нужной силы, даже потеряв множество предприятий на оккупированной территории. В Сталинградском контрнаступлении против 675 немецких танков и штурмовых орудий было 894 советских танка и самоходных орудия новой постройки. После этой битвы до самой Победы советская промышленность всё увеличивала выпуск вооружения, обогнав и оставив далеко позади промышленность Германии.

Что греха таить, мы – и я, и ты, и кто вокруг нас – не даём себе труда представить с полной ясностью, как работали люди во время войны в тылу. Знаем в деталях, что и как делали разведчики, танкисты, лётчики, моряки. Но не знаем с такой же подробностью, что и как делали токарь, шахтёр, машинист паровоза, колхозница в поле… А сделали они невероятно, невообразимо много. Ты попробуй представить только один из моментов той героической работы – с июля по ноябрь 1941 года с запада страны на восток было эвакуировано более 1,5 тысячи крупных, в основном оборонных, предприятий. Проходило несколько месяцев, и заводы, переселённые на новое место, уже давали фронту танки, самолёты, снаряды, патроны…

В январе 1943 года Геббельс скажет: «Кажется каким-то чудом, что из обширных степей России появлялись всё новые массы людей и техники, как будто какой-то великий волшебник лепил из уральской глины большевистских людей и технику в любом количестве».

Не было никакого «волшебника» у нас. Было ядро опытных рабочих – знатоков своей профессии, и были ещё женщины и подростки, заменившие у станков мужей и отцов, ушедших на фронт. Они-то и сотворили чудо.

За годы войны, несмотря на оккупацию огромной территории, несмотря на гибель множества людей, несмотря на то, что сердца живых были переполнены горем, тыл дал фронту:

12 миллионов винтовок и карабинов;

более 6 миллионов автоматов;

почти 1,5 миллиона ручных и станковых пулемётов;

более 482 тысяч орудий всех видов и калибров;

свыше 102 тысяч танков и самоходных орудий;

свыше 112 тысяч боевых самолётов.

Флот во время войны получил 2 лёгких крейсера, 19 эсминцев, 38 тральщиков, 54 подводные лодки, около 900 боевых катеров.

За войну советские бойцы израсходовали 427 миллионов снарядов и мин, 17 миллиардов патронов.

Войска получили 40 миллионов тонн продовольствия, 38 миллионов шинелей, по 70 миллионов гимнастёрок и брюк, 64 миллиона пар кожаной обуви.

Не было никакого «волшебника» у нас, тем более «великого». Чудо сотворили советские рабочие и колхозники. Но почему они смогли его сотворить? Почему и бойцы на фронте тоже сотворили чудо – разгромили гитлеровскую армию, которой в Европе никто не мог даже сколько-нибудь серьёзно противодействовать? Вооружённые тылом, накормленные, обутые, одетые им, советские воины за годы войны уничтожили у врага на фронте:

77 тысяч самолётов;

167 тысяч орудий;

48 тысяч танков;

1300 боевых кораблей и судов.

Чтобы ответить на вопрос о чуде, чтобы назвать источник силы и мужества советского народа, мы должны обратиться к Коммунистической партии, к единству партии и народа.

Мы часто говорим: «Народ и партия едины». Что это значило в годы войны? Возьмём Польшу, возьмём Францию. Немцы захватили эти большие страны в «один присест». А разве поляки или французы были трусами? Разве хотелось им попасть под иго фашистов? Разве польский рабочий, французский рабочий не согласились бы не отходить от станков, чтобы дать своим солдатам оружие? И поляки и французы были храбрые люди, они ненавидели фашистов. Но не были эти народы едины со своими правительствами и правящими партиями. Простые французы, увидев на экране кинотеатра нацистов, закипали гневом, а правительство в это время искало союза с Гитлером. И как результат – национальная трагедия… У нас же и народ и партия одинаково любят Родину, одинаково берегут её от врагов. Враг нашей партии – он и враг нашего народа. Партия и народ одинаково не жалели себя, чтобы остановить захватчиков, изгнать их с нашей земли, уничтожить. У партии и народа были единые желания, единые цели. Это и есть единство партии и народа.

Кажется, партия и народ совсем одинаковы. Нет. Партия смотрит зорче, чем народ. Она – капитан, который ведёт корабль в открытом море. Она – учёный, который сквозь завесу времени провидит будущее. Она – впереди идущий; если народу грозит беда, партия встречает её первой – так, только в начале войны ушло на фронт больше миллиона коммунистов… У нашей партии есть ещё свойство – сплачивать вокруг себя народ: как собираются люди вокруг сильного и доброго человека, так народ собирается вокруг Коммунистической партии. Партия не просто собирает вокруг себя народ. Кусочки железа, сгрудившиеся у магнита, сами притягивают к себе новые частицы. Так народ, сплочённый вокруг партии коммунистов, перенимает её качества – становится зорче, мудрее, мужественнее, жизнеспособнее. И это тоже есть единство партии и народа. Единство, которое всё побеждает.

На рассвете 22 июня 1941 года фашистская Германия внезапно, вероломно нарушив договор о ненападении, обрушила на Советский Союз удар огромной силы, начав наступление от Балтики до Чёрного моря. Наши Вооружённые Силы, не успев закончить всех оборонительных мероприятий, оказались в крайне невыгодном положении. Несмотря на героическое сопротивление советских войск, противник уже в первый день повсюду продвинулся вперёд. На некоторых направлениях немецко-фашистские войска углубились на нашу территорию до полусотни километров. Большой урон причинила нам вражеская авиация. Она бомбила железнодорожные узлы, артиллерийские и танковые парки, штабы, а также крупные города и военно-морские базы: Мурманск, Каунас, Минск, Киев, Севастополь… Бомбами были разрушены 66 аэродромов, в воздушных боях и на земле мы потеряли больше тысячи самолётов. Так тяжело для нас началась война.

Наши воины сражались с мужеством изумительным. Взять хотя бы воздушные тараны лётчиков. За всю войну, за 1418 дней, было совершено более 600 таранов – в среднем по одному в 2-3 дня. А в первый день войны их было 14! В 4 часа 25 минут утра лётчик старший лейтенант Иван Иванович Иванов таранил фашистский бомбардировщик в районе Грановка-Велицк, а в те же минуты сбил тараном самолёт врага в районе Замбрув младший лейтенант Дмитрий Васильевич Кокорев. Первый и сам погиб, второй благополучно посадил свою машину. 22 июня наши лётчики сбили две сотни вражеских самолётов.

Не страшась смерти, сражались до последней возможности взводы, погранзаставы, батальоны, полки, дивизии. 23 июня фашисты были выбиты из города Перемышля, и город несколько суток оставался нашим. Пять дней 41-я стрелковая дивизия отражала натиск пяти немецких дивизий у Равы-Русской. В тех боях 1-я артиллерийская противотанковая бригада уничтожила 42 немецких танка. А Брестская крепость? Её гарнизон, оставшись за сотни километров в тылу у немцев, сражался до последнего патрона и бойца; приковал к себе на несколько недель 20 тысяч немецких солдат с тяжёлыми орудиями и бомбардировщиками… Так проявился на деле ещё один фактор, не учтённый фашистами при подготовке войны против СССР, фактор, который в отличие от фактора внезапного нападения действовал не временно, а постоянно на протяжении всей войны, – массовый героизм советских солдат и командиров.

Участники первых боёв с фашистами к ноябрю 1941 года вывели из строя 750 тысяч захватчиков. Но суть их тяжелейшего ратного труда не только в этой впечатляющей цифре – они дали возможность подготовить к новым сражениям резервы и оборону на новых рубежах.

Люди гибли на войне до последнего её дня. И всё же те, кто воевал в 41-м, вынесли гораздо большую тяжесть, чем воевавшие позже. Прерви на минуту чтение, дорогой товарищ. Подумай о сильных, красивых людях, погибших в первые дни войны. Вечная им слава! Вечная память!..

Всё дальше на восток продвигались вражеские армии. Фашистские генералы ликовали – сбываются их планы. Но они не могли не отметить уже в первые дни, что война на востоке отличается от войн на западе, что молниеносной победы не получится.