Читать онлайн «Лезвие бритвы». Страница 180

– Как, вы против устремления в космос? – выскочила Рита и укрылась за плечом Ирины.

– Какой же интеллигентный человек может быть против великолепной мечты человечества? – спокойно возразил Гирин. – Но совершенно необходимо, чтобы эта мечта не вырождалась в стремление убежать с Земли, где человек якобы оказался не в силах устроить жизнь. Уйти на поиски лучших миров, высоких цивилизаций или же на грабеж их, чтобы разбогатевшим пиратом вернуться на Землю, как это слишком часто изображается в американской фантастической литературе. Есть только один настоящий путь в космос – от избытка сил, с устроенной планеты на поиски братьев по разуму и культуре. А для этого человек должен обеими ногами крепко стоять на Земле, переделывая ее радостным трудом и становясь все богаче и крепче духовно. Чтобы быть способным к титаническим усилиям, какие потребуются для реального покорения межзвездных пространств. Все это возможно лишь при высших формах общества – социализме и коммунизме. Но ведь высшие формы общества могут быть созданы лишь воспитанными и дисциплинированными, высокосознательными людьми – такова неизбежная диалектическая взаимозависимость, неустанно подчеркивавшаяся Лениным.

Время идет, и качество человека как интегральной единицы общества становится настолько важным для коммунистического завтра, что уже теперь следует считать воспитание, образованность, психологическую подготовку людей не чем-то надстроечным, как раньше, а базисным элементом производительных сил. В самом деле, взаимосвязанность совместных действий людей в обществе все увеличивается и усложняется, делается все ответственнее. Получается длиннейшая цепь, и если отдельные звенья в ней будут слабыми, негодными, то частые разрывы цепи сведут на нет усилия более стойких элементов. Строжайшая внимательность и ответственность при управлении сложными и опасными машинами, изготовлении чудесных лекарств и химических соединений, ведение тончайших операций с очень точным режимом и допусками, наконец, обращение с убийственными видами вооружения – везде требуется величайшая внимательность и ответственность, основывающаяся на здоровой психике и телесной крепости. Но в отличие от тела человека психика, не воспитанная или не развитая с детства, легко поддается невзгодам существования или вообще вредным влияниям, потому что наше сознание формируется условиями жизни не в меньшей степени, чем наследственностью, и поэтому-то психика и более хрупка.

Неумелое воспитание жестоко травмирует психику. Жестокие и деспотичные родители, скверное окружение порождают людей с параноидальным уклоном – подозрительных, агрессивных и жестоких. Такие же люди в массе появляются в деспотических условиях государственного управления, с террором и несправедливостью.

Очень тонкая это вещь – психика! Можно десять лет знать человека и не подозревать, что вы имеете дело с шизофреником или параноиком, как вдруг какое-нибудь потрясение, легко переносимое абсолютно здоровым человеком, превратит старого знакомого в маньяка или убийцу, тем более опасного, что ему вполне может быть доверена важная деятельность. Вот почему развитие психологии и психиатрии, наблюдение и изучение психофизиологии человека – важнейшее дело для будущего, я не устану до своего конца твердить об этом. Пора взяться по-серьезному за это дело. Пора, например, куда более тщательно отделять в школах детей с дефектами психики или с испорченной негодным воспитанием психикой от совершенно здоровых, нормальных детей. В ряде профессий… Впрочем, не буду перечислять, слишком много накопилось давно необходимых мероприятий. – Гирин прошелся несколько раз вдоль стола. – Не позволяйте себе вообразить, что мир катится в пропасть безумия. Все эти проповеди врожденного зла и усиливающейся ненормальности, извращений и садизма, якобы свойственных человеку и без конца пережевываемых западным искусством нового времени, основаны на глубоком непонимании биологических законов, на невежестве, недалеко ушедшем от средневековых религиозных изуверов. На самом деле, если вы сталкиваетесь с необъяснимой злобой, садистическим желанием мучить, унизить, навредить – знайте, что перед вами почти наверняка психический дефект и что этого человека надо срочно и непреклонно переместить в такую сферу деятельности, где он не мог бы развивать свои вредные наклонности.

Будьте совершенно спокойны – доброе, гуманистическое в человеке непобедимо и неизбежно, потому что оно покоится на фундаменте родительской заботы о потомстве. Только крепчайшими потребностями в доброте, жалости, помощи можно было изменить психику темного зверя, чтобы заставить его охранять и воспитывать своего детеныша в течение многих лет, полных трудов и опасностей, какие требует дитя человеческое прежде, чем станет полноценным членом стада, не то что общества. И также очень древни социальные инстинкты: альтруизм, взаимопомощь, дружба и забота. Естественный отбор действовал так, что выживали наиболее дружные семьи, потом роды, потом племена.

Известный популяризатор биологии Жан Ростан в своей книге «Сущность человека» таким образом выразил взгляд генетика на моральную структуру человеческой психики: «зло доминантно, а добро рецессивно». Иными словами, в наследственности человека прежде всего будут возникать злые чувства, а добрые – на втором плане, со склонностью к исчезновению вообще. Нетрудно видеть, что это не генетика, а перенесение тех же фрейдистских представлений в придуманную схему генов. Действительно, основные мотивы самосохранения с их эгоизмом, жестокостью и жадностью доминировали бы в человеке и, вероятно, уже уничтожили бы человечество полностью, если бы не сотни тысячелетий, когда полулюди уже жили дружным коллективом: все за одного, один за всех. За это время в психическую наследственность глубоко внедрились элементы взаимопомощи, родительской любви, жалости и самопожертвования.

Так же миллионы веков вырабатывались наследственные механизмы человека, общий фонд которых содержит океан здоровья и силы. Вот почему, едва лишь улучшаются общие условия жизни, так сразу же люди становятся рослыми и красивыми силачами, а доброта, любовь к прекрасному и справедливость проламываются через тысячелетия угнетения, жестокости и лжи.

– Ну и молодец! – неожиданно прогудел Андреев.

– При чем тут я? Я рассказываю вам о простых вещах, но они были забыты – намеренно или случайно, – пусть разбираются в этом будущие исследователи. Боюсь злоупотребить вашим вниманием, но мне надо еще кое-что сказать вам. Еще несколько минут.

Сомнение в хороших качествах человека породило неверие в его способности и силы, а неверие это привело к тягостному пессимизму, опасению, что человек не выдержит бешеного темпа цивилизации и сорвется в пропасть. И опять в основе – незнание биологии и психофизиологии, невежество в истории развития животных и становления мыслящего существа. Чем больше мы познаем всю величайшую сложность нашего организма, тем яснее громаднейшие резервы и самые неожиданные возможности, в нем заложенные. Даже если бы мы не достигли современных высот биологии, можно было почерпнуть эту уверенность просто из истории и наблюдений в современном мире. Надо было только отрешиться от нелепого предрассудка, худшего, чем суеверия, мнимо принимаемого за научный скепсис, а на деле являющегося тем же невежеством.