Читать онлайн «Танковые засады. «Бронебойным, огонь!»». Страница 36

Один из легких танков Т-26 немецкие пехотинцы забросали гранатами. Советская машина «расстелила» гусеницу, механик-водитель и заряжающий успели спастись, а командир так и сгорел, до самого конца ведя огонь из 45-миллиметровой пушки и пулемета…

Наконец-то подтянулась наша пехота. Прячась за броней, они атаковали гитлеровцев в их окопах. Завязалась жестокая и кровопролитная рукопашная схватка.

Стальные монстры скрежетали и лязгали, грохотали их орудия, а у их гусеничных стальных «лап» люди крошили друг друга в кровавый фарш.

Николай Горелов стрелял не переставая, уже несколько «панцеров» горели на изрытом воронками поле боя. Из-за грохота танковой пушки ничего не было слышно, пороховой дым разъедал легкие, а весь мир для отважного командира «тридцатьчетверки» сузился до пятнадцати градусов поля зрения орудийного телескопического прицела ТОД-7. От черных крестов с белой окантовкой и паучьих свастик на башнях и бортах «панцеров» рябило в глазах. А ведь нужно было не только отыскивать цели, наводить орудие и стрелять, но и отдавать приказы механику-водителю и заряжающему, командовать боевыми машинами роты… Тяжело приходилось танковому командиру в бою! Война для русских — не забава, а тяжелая работа!..

Гвардии старшина Стеценко мастерски управлял командирской «тридцатьчетверкой». Степан Никифорович воевал еще с белофиннами в 1939 году. Говорить об этом он не любил, но по всему было видно, что Зимняя компания 1939–1940 годов была не такой удачной, как об этом писали в газетах или передавали по радио. С тех пор в своих натруженных широких ладонях гвардии старшина держал рычаги управления пятибашенного «сухопутного крейсера» Т-35, бронированного исполина КВ-1. Ну а теперь он воюет на самом лучшем в мире танке — Т-34! И если пушечный и пулеметный огонь зависел от командира, то маневр боевой машины — всецело только от гвардии старшины Стеценко.

Время от времени «тридцатьчетверка» содрогалась от попаданий вражеских снарядов. Но это были либо осколочно-фугасные, либо «болванки» прилетали по касательной к наклонным бронелистам Т-34 и рикошетировали от них.

Защита советского механизированного витязя была практически совершенной.

Сварной бронекорпус «тридцатьчетверки» собирался из катаных плит и листов гомогенной стали марки МЗ-2. После сборки он подвергался поверхностной закалке. Лобовая часть состояла из сходящихся клином броневых плит толщиной 45 миллиметров. Верхняя располагалась под углом в шестьдесят градусов к вертикали, а нижняя — под углом пятьдесят три градуса. Между собой верхняя и нижняя лобовые бронеплиты соединялись при помощи балки.

Борта корпуса в нижней части располагались вертикально и имели толщину в 45 миллиметров. Верхняя часть бортов, в районе надгусеничных полок, сваривалась из 40-миллиметровых броневых плит, расположенных под углом сорок градусов к вертикали. Кормовая часть собиралась из двух сходившихся клином броневых плит тоже толщиной в 40 миллиметров. Верхняя кормовая бронеплита располагалась под углом в сорок семь градусов, а нижняя — под углом в сорок пять градусов. Крыша танка в районе подбашенной коробки имела толщину двадцать миллиметров, а в районе моторно-трансмиссионного отделения — шестнадцать миллиметров. Днище танка имело толщину от тринадцати и до шестнадцати миллиметров. Небольшой участок кормовой оконечности днища состоял из 40-миллиметровой бронеплиты.

Конечно же, это не такая толстая броня, как на «Климе Ворошилове», но за счет рациональных углов наклона и высокой маневренности танка стойкость к попаданиям снарядов противника у «тридцатьчетверки» была феноменально высокой для среднего танка. Ни «Панцер-IV», ни «арт-штурм» не могли пробить «тридцатьчетверку» дальше чем за триста метров из своих 75-миллиметровых орудий.

Но все же нашелся и для Т-34 опасный противник.

Ревя двигателем и лязгая стальными траками, на поле боя выползло еще одно бронированное чудовище. Его облик и боевая компоновка стали позднее классическими для немецкого, а впоследствии — и для мирового танкостроения. Массивная бронированная рубка была смещена к корме гусеничного шасси, взятого от танка «Панцер-IV». Длинный ствол орудия, увенчанный массивным дульным тормозом, раскачивался, словно хобот доисторического мастодонта, когда машина с черными крестами на бортах переваливалась по сугробам. Это была самая мощная самоходка 1941 года, и называлась она — «10,5-cm К18 Auf Panzer Selbstfahrlafette-IVf».

Во Второй мировой войне воюющие стороны столкнулись с практически одинаковыми сложностями, одной из которых было разрушение долговременных огневых точек и прорыв мощной эшелонированной обороны противника. А также — артиллерийская поддержка пехоты на поле боя мобильными артсистемами.

Первыми с такой проблемой столкнулась во время Зимней войны с Финляндией 1939–1940 годов Красная Армия. В итоге потребовалось размещение мощных гаубиц калибра 122, 152, 203 миллиметра на гусеничном шасси высокой проходимости. Так появились сверхтяжелые самоходки СУ-100-Y, СУ-14-1 и СУ-14-Бр-2, «Объект 212А» и сверхтяжелый танк прорыва КВ-2, вооруженный шестидюймовой гаубицей во вращающейся башне.

В Третьем рейхе фирма «Крупп» тоже получила заказ на артиллерийскую самоходную установку, предназначенную для разрушения ДОТов, сразу после начала Второй мировой — в сентябре 1939 года. На разработку и изготовление прототипов было потрачено полтора года. Прототипы были продемонстрированы фюреру 31 марта 1941 года. На обсуждении с Гитлером 26 мая 1941 года было решено, что эти машины будут выпускаться как тяжелый истребитель танков, поскольку предполагалось, что у «вероятного противника», которым уже считался СССР, появятся сверхтяжелые танки. Кроме того, на том же совещании было инициировано создание еще более тяжелых самоходок с орудиями калибра 105 и 128 миллиметров.

Тяжелая 105-миллиметровая пушка К-18 была разработана совместно фирмами «Krupp» и «Rheinmetall» на базе тяжелого пехотного орудия SK-18. Она имела длину ствола в 52 калибра и оснащалась дульным тормозом. Своим снарядом она могла пробивать сто одиннадцать миллиметров брони под углом 30 градусов или сто тридцать два миллиметра по нормали с дистанции двух километров. Правда, боекомплект был небольшим — относительно легкая и небольшая самоходка брала на борт всего двадцать пять выстрелов к пушке и шестьсот патронов к пулемету MG-34. Пулемет штатного места установки не имел и перевозился в укладке на случай отражения атак пехоты.

Шасси «среднего/тяжелого» танка Pz.Kpfw.IV существенных изменений не претерпело. Оно оснащалось неподвижной, открытой сверху бронированной рубкой. Толщина лобовой брони составила 50 миллиметров, кормовой — 10 миллиметров. Трехсотсильный двигатель «Maybach HL 120 TRM» разгонял двадцатипятитонную машину до скорости сорок километров в час.

Горизонтальное наведение орудия составляло плюс-минус восемь градусов от оси машины.

В дальнейшем две опытные самоходки поступили в 521-й батальон истребителей танков, предназначенный для штурма Гибралтара. Затем они использовались на русском фронте. Фактически это была единственная противотанковая самоходка, способная вступать в открытый бой с новыми советскими танками КВ-1 и Т-34. Огневая мощь ее орудия позволяла стрелять с безопасных дистанций.

Первой жертвой «Selbstfahrlafette-IVf» стал массивный «Клим Ворошилов» из наступавшей рядом роты тяжелых танков 1-й гвардейской бригады. Могучий сталинский исполин не раз принимал на себя самые мощные удары гитлеровских орудий. Его броня, словно стальная шкура невиданного механического хищника, была испещрена кривыми шрамами попаданий, но еще ни одна вражеская «болванка» не пробила его броню.

Стальной хищник Панцерваффе вышел на прямую наводку. Между тяжелой противотанковой самоходкой и «Климом Ворошиловым» было около семисот метров. Два выстрела ударили одновременно. И в этот раз гитлеровским танкистам повезло: 76-миллиметровый цельнолитой бронебойный снаряд ударил в лобовую броню рубки «Selbstfahrlafette-IVf», но не пробил ее. Рикошет! Бронебойный снаряд высек огромный сноп искр и оставил изрядную борозду, однако улетел прочь…

А вот удар немецкой крупнокалиберной противотанковой самоходки был более точен — и смертелен. Тяжелый снаряд 105-миллиметровой пушки сокрушил практически непробиваемую броню массивной угловатой башни «Клима Ворошилова»! Семьдесят пять миллиметров брони борта башни, наклоненной на пятнадцать градусов к вертикали, оказались пронзены безжалостным тевтонским «копьем» из карбида вольфрама. Командир танка, наводчик и заряжающий погибли мгновенно. Раскаленные осколки бронебойного сердечника ударили по боеукладке. В следующий момент чудовищный взрыв сорвал массивную башню «Клима Ворошилова» с башенного погона. От могучего властелина поля битвы остались лишь искореженные обломки…