Читать онлайн «Трагедия и доблесть Афгана». Страница 58

Главная трудность — отсутствие опыта в ведении антипартизанской войны. Попытки вначале (до середины 1980 г.) вести боевые действия традиционными способами, в основном вдоль дорог, по долинам и другим направлениям, позволяющим применять боевую технику, были малоэффективными и не давали результата. К тому же дивизиям и полкам обычно назначались обширные зоны ответственности, которые составляли для дивизии около 200 тыс. кв. км, для полка — до 70-100 тыс. кв. км; естественно, такую территорию в горах они надежно контролировать не могли. Потребовалось изыскивать совершенно иные формы и методы организации и ведения боевых действий, отличающиеся от тех, которые были описаны в боевых уставах. В ходе боевых действий также выяснилось, что существовавшая оргштатная структура мотострелковых соединений не соответствовала условиям театра военных действий. Дивизии оказались слишком громоздкими, перегруженными тяжелой боевой техникой. Потребовалось и здесь вносить соответствующие коррективы. В последующем тактика кардинально пересматривалась, корректировалась и приводилась в соответствие с местными условиями и методами борьбы мятежников.

Перейдя к проведению маневренных операций и действуя, как правило, в составе отдельного усиленного батальона в качестве основной тактической единицы, с широким применением охватов (обходов) и тактических воздушных десантов, а также к боевым действиям дежурными подразделениями по точным разведывательным данным против конкретных отрядов и групп моджахедов, советские войска стали воевать более успешно. В соответствии с приказом командующего 40-й армией во всех воинских частях стали назначаться боевые подразделения (усиленные батальоны и роты) для немедленного реагирования на полученные разведывательные данные. В среднем дежурные подразделения выходили для выполнения боевых задач 20–25 раз в месяц. Однако и эти действия регулярных войск не приводили к полному разгрому отрядов вооруженной оппозиции, так как многие из них, прекрасно зная местность и пользуясь поддержкой населения, находили пути и возможности увести свои основные силы от преследований и разгрома (помните, как у Владимира Высоцкого: «Ведь это наши горы, они помогут нам…»). К тому же подразделения ОКСВ недостаточно эффективно действовали в разведке, при выполнении задач в составе обходящих отрядов, тактических воздушных десантов, при преодолении барьерных рубежей и других задач при самостоятельных действиях. Много недостатков отмечалось при преодолении минных полей и разминировании дорог и маршрутов движения. Сказывалась также хорошая одиночная подготовка мятежников, их выносливость и неприхотливость, приспособленность к местным условиям. Они были у себя дома. Успеху действий моджахедов способствовала также постоянная утечка информации на различных уровнях. Это происходило потому, что операции проводились совместно с правительственными войсками, в связи с чем их планы доводились до афганцев, и они, как правило, сразу же становились достоянием оппозиции. Позже этот фактор советским командованием стал учитываться, и реальные планы сообщались строго ограниченному кругу лиц, а афганцам в последний момент.

Постепенно стала складываться система ведения боевых действий, появился первый боевой опыт. Его обобщали и распространяли, чтобы избегать повторения ошибок, уменьшать потери. Наряду с этим перед отправкой в Афганистан солдат и сержантов с ними проводились соответствующие занятия в учебных центрах на территории СССР, так как направляемый из военных округов «обученный» личный состав необходимо было переучивать применительно к афганским условиям. В 1980 г. были изданы программы по обучению личного состава горных батальонов и курсантов учебных соединений, методическое пособие и инструкция для мотострелковых подразделений по ведению боевых действий в горах и отражению нападения мятежников на марше. Директива Генштаба № Д-0314/3/00655 потребовала создания батальонов для действий в горных условиях и т. д.

Выявились и серьезные недостатки тяжелой современной техники для действий в горах. Используемые артиллерийские орудия имели недостаточные углы возвышения и склонения ствола для стрельбы в горах, а главное — были привязаны к дорогам. Танки и БМП-1 в большинстве случаев «не находили» оперативного простора для своего применения, не могли обстреливать вершины гор, вязли в «зеленке», в бою часто становились бесполезными. Недостаточную эффективность имели некоторые виды советских мин и миноискатели, в связи с этим был взят курс на увеличение огневой мощи мотострелковых и воздушно-десантных подразделений за счет оснащения их гранатометами АГС-17, реактивными огнеметами «Шмель», новыми АКМ-74 с подствольными гранатометами и гранатометами РПГ-16. Широкое применение нашли РСЗО «Град» и «Ураган».

Для стрельбы по горным вершинам приспособили зенитные установки, вместо ПТУРов на БМП стали ставить АГС-17, на автоматы устанавливали оптические прицелы, так как дальность полета пули позволяла поражать противника и вне зоны видимости невооруженным глазом. В мае 1980 г. ведущие конструкторы вооружения побывали в Кабуле, и там им были высказаны все претензии и пожелания по усовершенствованию техники и оружия. Это касалось и маломощности двигателей вертолетов, и непригодности миноискателей и др. Это возымело свое действие, и они в последующем часто прилетали в Афганистан и проводили доводку опытных образцов техники и испытание нового оружия.

Да и сами армейцы постоянно вели поиск путей наиболее эффективного применения боевой техники и вооружения. В выступлении командующего 40-й армией генерал-лейтенанта Б. И. Ткача в июне 1981 г., например, давался анализ использования боевой техники в условиях Афганистана: «Некоторые виды вооружения и техники показали недостаточную эффективность при ведении боевых действий в условиях горной местности. Так, из-за малых углов возвышения не нашли применения 85-мм пушки Д-44, 73-мм пушки «Гром», установленные на БМП-1 и БМД. 120-мм миномет в связи с трудностями перемещения в горах оказался малоэффективным. Крайне затруднено использование в горах 122-мм гаубицы Д-30, так как она требует для огневой позиции большую по размерам площадку. Сошниковое устройство АГС-17 не обеспечивает его прочное крепление на твердом грунте.

Очень хорошо зарекомендовали себя поступившие в зимнем периоде на вооружение армии БМП-2 и 82-мм миномет «Поднос»… Ограниченными оказались и возможности использования современных высокоскоростных самолетов. В последующем они были заменены на штурмовики Су-25, которые многие любовно называли «грачами».

Наиболее грозным и эффективным оружием в борьбе против вооруженных формирований оппозиции были боевые вертолеты. Вначале они безраздельно господствовали в воздухе. Однако с появлением на вооружении отрядов мятежников различных переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК) возросли и их потери. Это заставило искать новые способы в использовании вертолетов. Они стали применяться на сверхмалых высотах или в ночных условиях, что несколько снижало их эффективность, но зато повышало живучесть. И неверно, на мой взгляд, мнение некоторых западных исследователей, в частности высказанное Селигом Харрисоном во время нашей беседы в апреле 1989 г., что основной причиной, побудившей советское руководство вывести свои войска из Афганистана, были массовые потери авиационной техники в связи с появлением на вооружении моджахедов американских «Стингеров». Это не совсем так, о чем можно убедиться из приводимой в конце книги таблицы потерь авиационной техники за все годы войны.

Советское военное командование уделяло много внимания совершенствованию способов применения техники и ее модернизации, а также принимало меры по повышению ее живучести и эффективности. Технику, которая оказалась непригодной в условиях Афганистана, вывели в Советский Союз (в июле 1980 г. ДРА покинули два танковых полка, зенитно-ракетная бригада, ракетные дивизионы дивизий).

С самого начала воины в Афганистане сложилась своеобразная система применения советских и афганских войск, которая строилась на основе ежемесячно разрабатываемых планов. Планирование осуществлялось совместно штабом 40-й армии и аппаратом главного военного советника в Афганистане. Планы привозили в Москву в Главное оперативное управление Генштаба (ГОУ ГШ). В одном из направлений первого управления ГОУ (за период «афганской войны» его возглавляли генералы В. Богданов, Г. Прокопчик, В. Соломатин и В. Шевченко) по ним готовились заключения и вносились поправки. Затем после доклада начальнику ГОУ ГШ (генералы В. Варенников, И. Гашков, Б. Омеличев) и начальнику Генерального штаба (Маршалы Советского Союза Н. Огарков и С. Ахромеев) планы утверждались министром обороны СССР (Маршалы Советского Союза Д. Устинов, С. Соколов и Д. Язов).