Читать онлайн «Трагедия и доблесть Афгана». Страница 125

Для ведения этой работы на различных уровнях было создано около 1500 комиссий по национальному примирению.

Отрабатывались вопросы проведения встречи Наджибуллы с Ахмад Шахом (после соответствующих контактов и переговоров с ним советских представителей). Однако не было твердых гарантий в том, что лидер ИОАП пойдет на развитие контактов на более высоком уровне. Масуд сомневался в искренности намерений афганских властей, которые своими непосредственными действиями уже неоднократно срывали начинавшийся конструктивный диалог.

Наиболее успешно развивались отношения руководства РА с Саид Ахмадом (Герат), Саид Кайяном (Баглан), Самадом (по линии РОТА, Тахар). Вместе с тем эти контакты были не в состоянии привести к полной нормализации обстановки в пользу госвласти и ПНП в районах, где действовали вооруженные формирования этих полевых командиров. Так, например, во время захвата экстремистами провинциального центра Талукан (Тахар) отряды и группы Самада (РОТА) не оказали поддержки правительственным силам.

На основе анализа можно сделать вывод, что это основное направление в программе национального примирения, несмотря на придание ему в официальных заявлениях руководителей страны высокой значимости, не находило должной практической реализации по следующим причинам: отсутствие единства в действиях между руководством НДПА и правительством РА, особенно в понимании необходимости срочно проводить диалог с оппозицией в рамках политики национального примирения. Многие ответственные работники не желали идти на компромиссы и не поддерживали идею раздела власти, что довлело на президента; низкий моральный и боевой дух ВС РА давал основание оппозиции быть уверенной в своем успехе после вывода советских войск из Афганистана; категорический отказ оппозиции от сотрудничества с НДПА при ее амбициозных претензиях в практической жизни на руководящую роль при формировании коалиционной структуры управления страной; продолжающееся обострение межнациональных отношений и рост влияния этого фактора на установление контактов между госвластью и оппозицией. Всплеск в стране самосознания нацменьшинств воспринимался руководством РА (в большинстве пуштунского происхождения) негативно, что выражалось в сознательном затягивании принятия решений по дальнейшему развитию наметившихся контактов с непуштунскими бандформированиями (например, с хазарейцами); активная деятельность спецслужб США, Пакистана и Ирана по недопущению контактов госвласти с представителями оппозиции.

Использовались как физическое устранение отдельных бандглаварей, так и организация массового вооруженного давления с использованием экстремистских сил (главным образом ИПА) на целые группировки, у которых наметилась связь с госвластью.

Правда, надо заметить, что авторитетные полевые командиры не хотели запятнать себя сотрудничеством с умирающим режимом, а если некоторые главари средних отрядов и шли на такой шаг, то только из меркантильных соображений: получение от правительства оружия, боеприпасов, продовольствия и т. д. Но союз этот был крайне непрочным, так как при любом удобном случае они вновь отказывались от сотрудничества и переходили в лагерь мятежников. Таким образом, массового перехода отрядов оппозиции на сторону режима Наджибуллы, на что рассчитывали, начиная проведение политики национального примирения, не произошло.

В самой оппозиции тоже усиливались разногласия, ожесточалась борьба за власть и сферы влияния, нередко принимая форму вооруженных столкновений между отрядами разных партий, но кабульские власти не могли или не хотели воспользоваться этим обстоятельством с целью завоевания на свою сторону союзников.

С начала вывода советских войск из Афганистана мнения лидеров «Союза семи» по тактике действий в ряде случаев разделились.

Об этом, в частности, свидетельствовал опыт вывода советских войск из провинций Нангархар, Газни, Логар, Кунар, Лагман, Пактия, Варак, Заболь, Кандагар, Гильменд, где вооруженные формирования различной партийной принадлежности действовали в зависимости от конкретных условий и от общих планов, выработанных их партийными лидерами. Здесь колонны выводимых советских частей огневому воздействию практически не подвергались.

Непримиримое отношение к процессу вывода советских войск заняли вооруженные формирования ИПА, получившие специальные указания из Пакистана. Примером этому может служить операция «Памир», проводимая в провинции Бадахшан (вывод 860-го отдельного мотострелкового полка), где мятежники из ИПА выдвинулись к району коммуникаций и провели интенсивное минирование отдельных участков, обстреливали советские подразделения, и лишь после нанесения массированных авиаударов и огневых налетов их активность значительно снизилась и мы смогли завершить эту операцию.

Вывод советских войск в соответствии с объявленным графиком усиливал поляризацию в лагере оппозиции. Все острее вставала проблема выбора: или политическое решение, или продолжение войны.

Мы отмечали, что отношение лидеров «Альянса-7», даже наиболее радикально настроенных, к данному вопросу постепенно стало меняться. В частности, это касалось лидера ИПА Г. Хекматияра, который несколько утратил свой авторитет в силу своей резкой непримиримости и нежелания считаться с мнением других участников «семерки». Г. Хекматияр вынужден был дать указания о необходимости гибкого реагирования на изменения обстановки в контролируемых группировкой районах, отказе от ведения широкомасштабных боевых действий против советских войск и госвласти за исключением тех случаев, когда происходило их проникновение в зоны влияния ИПА.

С началом вывода ОКСВ часть полевых командиров заняла выжидательную позицию и практически прекратила боевые действия против советских и правительственных войск. Например, в сентябре таких отрядов и групп насчитывалось около 300, в которые входило 12 тыс. чел. (что составляло соответственно 15 и 17 % от общей активной группировки мятежников).

Важную роль в обеспечении стабильности обстановки в отдельных районах страны сыграли и проведенные советским командованием и органами госвласти переговоры с наиболее влиятельными руководителями вооруженных формирований оппозиции.

Количество мятежников, вступивших в контакт с госвластью, составляло: перешедших на сторону госвласти — 175 отрядов и групп, 10 тыс. чел.; подписавших протоколы о прекращении огня — 206 отрядов и групп, 8840 чел.; вступивших в переговоры — 549 отрядов и групп, 17 240 чел.

Потом этот процесс значительно притормозился.

О количестве банд мятежников, перешедших на сторону государства и вышедших на переговоры

В то же время по мере вывода советских войск из Афганистана все более обострялись разногласия между вооруженными формированиями различных партий оппозиции, действующими на территории РА. Это обусловливалось стремлением полевых командиров оппозиционных формирований, пользуясь благоприятной ситуацией, установить свое господство в тех или иных районах.

Наиболее остро эти противоречия проявлялись между вооруженными отрядами двух наиболее крупных оппозиционных партий — ИОА (лидер Б. Раббани) и ИПА (лидер Г. Хекматияр).

В конце июля с. г. отряды ИОА из провинции Лагман и Панджшера численностью до 900 человек совершили нападение на группы ИПА в районе Пачеган уезда Тагаб (провинция Каписа), вытеснили их и в районе Ашли развернули свой оперативный пункт.

Развернулись боевые действия между отрядами главарей Арьянпура (ИОА) и Мухаммада Бахадура Модафе (ИПА) в районах Вахши, Дашти Ага и Хайбак уезда Кишим провинции Бадахшан. С обеих сторон имеются значительные потери. В конце июля с. г. после продолжительных боестолкновений формирование Мухаммада сдалось Арьянпуру.

В борьбе за расширение сферы влияния отмечается активизация отрядов Ахмад Шаха Масуда (ИОАП) в северных и центральных районах Афганистана. Только за последние два-три месяца отряды А. Ш. Масуда не менее девяти раз предпринимали попытки оттеснить силы ИПА из северных районов провинции Баглан.

В конце июля-начале августа с. г. отмечается резкое обострение противоречий между различными формированиями различных контрреволюционных партий и организаций в провинции Вардак. Так, в конце июля вновь возобновились столкновения между группами ДИРА (лидер М. Наби) и НФСА (лидер Моджаддади) в районе Шамиз (уезд Нерх).

Органы разведки ИПА располагают сведениями о том, что в ближайшее время планируется переброска из Пакистана групп мятежников ИСОА и ДИРА под командованием Мула Ник в провинцию Вардак с целью захвата районов Дадал и Садмарда уезда Нерх, которые в настоящее время контролируются силами ИПА.