Читать онлайн «Венера и воин». Страница 47

Клаудиус и Пила следовали за обеими женщинами. Пила была взволнована и испугана одновременно. После того как Ромелия в открытую пригрозила ей, не оставалось ничего другого, как сопровождать свою госпожу.

К тому времени она поняла, что Атенаис готова на все, лишь бы забеременеть. Однако ее жертвы Исиде и проведенные вместе с Клаудиусом ночи позволили расцвести ее физической красоте, но ребенка под сердцем у нее не было.

Акме при каждой возможности впадала в глубокий сон. Думая, что вино тому причиной, она стала отказываться от предлагаемых напитков, и тогда Атенаис, которой понравился Клаудиус и его искусство соблазнять, вынуждена была сказать своей рабыне.

– Акме, мне кажется, ты страдаешь припадками. Всегда, когда мы покидаем наш дом, Ты где-либо падаешь и после этого ничего не помнишь. Я думаю, мне нужно сообщить об этом господину. Как служанку я, конечно, не могу больше тебя использовать, может быть, он пошлет тебя на полевые работы.

Атенаис с сочувствием посмотрела на Акме.

Акме испугалась. У полевых рабов была ужасная судьба. Они тяжело трудились под плетьми надсмотрщиков. Многие из этих рабов рано умирали, их никто не щадил, потому что рабы так дешевы, что было легче купить себе нового раба, чем ставить на ноги заболевшего.

– Госпожа, я не знаю, как такое могло случиться, до этого у меня никогда не было подобной болезни.

– Видишь ли, некоторые переносят припадки во сне и даже не знают об этом. Я проявлю милость и пока не отошлю тебя. Ромелия дала мне лекарство, ты должна его принимать, как только станет похоже на то, что ты вот-вот снова упадешь.

– Да, госпожа, благодарю тебя.

Акме была слишком растеряна и испугана, чтобы раскусить коварство. Ромелия, Атенаис или Пила вызывали у бедной Акме легкое головокружение курящейся ароматной палочкой, или напитком, или разрезанным плодом дурманящего растения, а когда Акме начинала качаться, Пила протягивала ей кубок с известным напитком и Акме засыпала по меньшей мере на десять часов.

Вначале Пилу мучила совесть, однако она должна была выполнять указания Ромелии, к тому же у нее появилась возможность видеть Клаудиуса. У Пилы болело сердце оттого, что она знала: Клаудиус проводит ночь с Ромелией или Атенаис, но он использовал каждую возможность хотя бы накоротке увидеться с Пилой. Для Пилы это были самые прекрасные мгновения. Клаудиус выказывал себя веселым, счастливым и ужасно влюбленным, когда Пила была в его объятиях. Однако Пила все еще сомневалась в серьезности его чувств. Между ними стояли Ромелия и Атенаис.

Пока они проходили через ворота храмового комплекса, Клаудиус украдкой схватил руку Пилы и пожал ее. Ее сердце забилось сильнее от его прикосновения, однако она быстро убрала свою руку, так что обе женщины, шагавшие впереди, ничего не заметили.

Храмовый комплекс состоял из двух сооружений. Налево высился храм, посвященный Вакху, и множество женщин уже собралось на лестнице, ведущей к святилищу. На другой стороне маленького сада находился храм Приапа. Он был значительно меньше, и три его стены окружали изготовленное из кипарисового дерева изображение похотливого божества с огромным возбужденным фаллосом. Ему поклонялись преимущественно мужчины, которые надеялись обладать такой же жизненной силой в своих чреслах и одновременно хотели отвести от себя всякую беду.

Ромелия направилась к Приапу. Она взяла у Пилы корзину с фруктами, которую та до этого несла.

– Мы принесем сначала жертву Приапу, чтобы он защитил наши леса и поля, наши сады и виноградники. И пусть он испугает воров своим могучим членом. А свою неутомимую жажду любви он должен передать нашему другу Клаудиусу, чтобы тот наполнял радостью наши ночи.

Ромелия и Атенаис преклонили колени. Они положили гранаты на блюдо с жертвами, стоявшее перед изображением. Когда обе женщины отошли, перед изображением склонился Клаудиус. Тихим голосом он пробормотал слова преклонения перед богом:

– У всех богов есть особый признак: у Аполлона золотистые локоны, у Геркулеса сильные мускулы, у Вакха вместо волос на голове виноградные гроздья, у Венеры соблазнительное тело, вестник богов Меркурий всегда в легких сандалиях, знаменитый кузнец Вулкан хром, у Марса широкая грудь, а самый большой пенис принадлежит тебе, Приап.

Произнеся эти слова, Клаудиус вылил жидкость из флакона на фаллос деревянного божества.

Широко раскрыв глаза, Пила следила за тем, как обращаются с мольбой к странному богу, и еще больше, чем в храме Исиды, ей хотелось рассмеяться при виде безобразного бога с глупым похотливым лицом и чрезмерно большим членом, но она прикусила себе губу, чтобы не разгневать стоявших рядом. Многие мужчины, обращавшиеся к Приапу со своими недугами, и женщины, молившие о плодородии, и проститутки, защитником которых также считался этот бог, глубоко, неизбывно верили в него.

Все четверо не задержались у Приапа, потому что Ромелия торопила их отправиться в другой храм. Оттуда уже доносились музыка и пение. Храм Вакху был значительно больше, стены у него были покрыты фресками, которые изображали сцены рождения, детства, жизни, смерти и возрождения божества. На высоком мраморном столе лежал молодой мужчина, прикрытый лишь шкурой пантеры. На голове его был венок из листьев плюща, в руках он держал жезл Тирса, украшенный веточками пинии. Казалось, он был уже опьянен вином и наслаждался танцами легко одетых женщин с венками из плюща на голове. К вошедшим приблизилась жрица и движением руки пригласила Ромелию и остальных следовать за ней. Она подвела их поближе к живому Вакху, который улыбнулся им. Затем она протянула женщинам миску, и сначала из нее отпила Атенаис, потом Ромелия.

Та протянула миску Пиле и потребовала, чтобы она также выпила.

– Не пей! – прошептал Клаудиус ей на ухо.

Пила осторожно приложила миску к губам и сделала вид, будто пьет из нее. Затем жрица наполнила миску снова и отправила ее по второму кругу. Атенаис уже начала извиваться в такт захватывающей музыке. Щеки Ромелии также покраснели. Чтобы ее не заподозрили, Пила тоже начала танцевать. Она быстро передала миску Атенаис, которая теперь жадно стала пить. Напиток оказался сильно опьяняющим, и взгляд Атенаис теперь стал мягким и полным ожидания. Жрица протянула Атенаис корзину, прикрытую платком. Что-то длинное и острое приподнималось под платком, а также можно было видеть некоторые коренья. Атенаис взяла корзину и присоединилась к рядам танцующих вакханок. Ромелия и Пила также были захвачены чувственной суетой. Внезапно в танец вступили странные мужчины с острыми лошадиными ушами, а позади к их кожаным фартукам были прикреплены лошадиные хвосты. Музыка стала громче, танец более возбуждающим. Мужчины схватили без выбора несколько впавших в исступление женщин. Живой Вакх привлек себе Атенаис, которая поставила перед ним корзину.