Читать онлайн «Собаки и мы. Записки дрессировщика». Страница 52

Метод «бридж-сигнала» в те «докликерные» годы мы еще широко не использовали – для этого пришлось бы заниматься с собакой самому, поскольку неопытные люди эту методику почему-то воспринимают очень плохо, если вообще воспринимают.

В общем, нам оставались те же рывки, с подкреплением нахождения правильной позиции собаки лакомством и добрым словом. Техника, в общем, известная. Кроме того, я решил, что в темпе легче получится научить Рэмбо садиться во время остановки – времени «думать», хочет ли он этого или нет, у него не оставалось.

В принципе Рэмбо имел представление о том, как должна сидеть собака, но все же техника исполнения этого приема «на механике» немного сложнее, чем в ситуации с зажатым в руке лакомством, которым удобно манипулировать у носа собаки. То есть с помощью кусочка заставить собаку двигаться в правильном направлении.

При использовании «механики» главное для хозяина – скоординировать на ходу: 1) подачу сигнала (команды); 2) свою остановку; 3) одновременный рывок поводком с резким давлением свободной рукой на круп собаки. Ну, и лакомство надо давать своевременно, сразу же после посадки, и поначалу – каждый раз.

Так или иначе, но непосредственно около дома Рэмбо уже уверенно шел рядом и садился при остановке хозяина у его ноги. Можно сказать, что первое знакомство собаки с новыми правилами его жизни состоялось. Виктор отвез меня домой, получил строгий наказ в виде домашнего задания – упражняться с собакой на каждой прогулке. Забегая вперед, скажу, что если он и сачковал, то не беспредельно.

На втором занятии мы ввели обучение Рэмбо подходу по команде «Ко мне», по схеме, которую я описал в главе о побегах. Разве что отвлекающих факторов не было – Виктор по моему сигналу подзывал Рэмбо тогда, когда тот чересчур увлекался исследованием окрестных кустов. А еще – отработку (причем с середины занятия с выдержкой) навыков садиться и ложится по команде – после подзыва, естественно. Команды общего курса, особенно с выдержкой, очень дисциплинируют собаку, а хозяина, вынужденного постоянно концентрировать внимание на собаке, чтобы предотвратить ее попытку встать или изменить позу, учат понимать ее намерения.

Понятно, что выполнение команды отменить собаке может только сигнал со стороны проводника. Команду «Рядом» мы отрабатывали на ходу – подзывая собаку, не прекращая движения в положении рядом к ноге Виктора. Таким образом, если Виктор не был в статичном положении, а брел куда-либо, он подавал команду «Рядом».

Та же программа была «записана» мной в «домашнее задание» Виктора.

Ну, а начиная с третьего занятия мы постепенно стали усложнять обстановку – вышли в места, где можно встретить другую собаку или кошку.

Особо отмечу, что у тренеров есть два подхода к приучению агрессивной собаки к присутствию других собак, причем оба известны с незапамятных времен. Первый сводится к тому, что тренер внимательно следит за поведением собаки, сближается с другими собаками постепенно. Собаке разрешается заниматься своими делами, но не разрешается концентрировать внимание на других собаках.

Дело в том, что у любой собаки есть дистанция, с которой она нападает (если нападает) на другую. Эту дистанцию можно постепенно, в течение нескольких занятий, сокращать, отвлекая внимание собаки игрой, а в случае резко выраженного намерения напасть – командой «Ко мне».

Таким образом, собака постепенно привыкает не обращать внимания на посторонних псов, «понимает», что лучше заниматься своим делом или играть с хозяином, а не искать приключений. Когда на дистанции «х» собака перестает обращать внимание на других собак, ее (дистанцию) можно сократить. Этот метод отлично ориентирует собаку на владельца, позволяя со временем подходить к другим собакам чуть ли не вплотную. Но он хорош с собаками определенного, игрового, типа, которые любят играть, особенно с предметами. А вот с собаками жесткими (я даже не беру тех, которые склонны к доминированию над владельцем и не очень-то любят играть) он не столь эффективен.

Дело в том, что переключать внимание собаки в этом случае можно только лишь дрессировкой, которая сама по себе утомительный процесс, ею нельзя заниматься непрерывно, значит, в перерывах остается только свободное перемещение. Такие собаки, как правило, очень хорошо чувствуют дистанцию, с которой могут напасть. Причем зачастую они исключительно артистично маскируют свои намерения, всем своим видом демонстрируя, что очень заняты исследованием кого-то кустика, а потом внезапно нападают на противника, да так быстро, что проводник и дернуться не успевает.

С жесткими собаками, как ни парадоксально, лучше работает метод провокаций, причем ставить собаку в провоцирующие ситуации следует (вы уже знаете почему!) в не очень знакомом, но оживленном месте. Замечено, что даже самые уверенные в себе собаки, впервые попадая на дрессировочную площадку или (особенно) в атмосферу собачьей выставки, не то чтобы теряются, хотя и это тоже бывает, но резко сокращают дистанцию, с которой атакуют других собак и бросаются в бой только в случае непосредственного контакта с врагом. В чем дело? Тут сказывается и изобилие вероятных противников, от которых буквально глаза разбегаются, и общее давление среды – изобилие запахов, звуков, от которых у собак буквально голова идет кругом. Конечно, ответственный тренер или проводник на всякий случай наденет на агрессивную собаку намордник.

Но поблизости от Виктора дрессировочной площадки не было, а выставки тогда случались не столь часто. Поэтому нам не оставалось иного выхода, как самим двинуться навстречу приключениям, которые мы надеялись найти у ближайшей помойки. Это монументальное творение человеческих рук делили между собой во времени крысы, кошки и бездомные собаки. Кого-то из этих спутников человечества мы и надеялись там застать.

Но и тут мы действовали осмотрительно. Дистанцию с объектом мы сокращали постепенно. Рэмбо, естественно, был на поводке, в «строгаче», да и вообще, амуниция не менялась с начала наших занятий. Как только Рэмбо раздул ноздри и, поймав чарующие запахи, потянулся к помойке, он был немедленно отозван в положение «рядом». К нашему удовольствию, помойка располагалась на отлете от построек, но вблизи железнодорожной станции, поэтому мы могли, гуляя как бы по кругу, постепенно, но неуклонно приближаться к ней. При малейших признаках заинтересованности в объекте Виктор подзывал Рэмбо. Наконец, мы приблизились на расстояние, которое показалось критическим увлеченно питавшейся чем-то на помойке кошке. Она стремглав рванула прочь, Рэмбо кинулся за ней, Виктор скомандовал «Ко мне», рванул поводок, я одновременно выстрелил из рогатки… и Рэмбо выполнил приказ.

После этого мы, гордые и уверенные в себе, пошли вдоль дачных заборов, из-за которых на нас то бросались собаки, то «выпархивали» кошки.

Двигаясь постепенно домой, мы «играли» дистанцией между нами и забором, чередовали команды «Ко мне» (Виктор метрах в 10 – Рэмбо у забора), «Рядом» (Виктор и Рэмбо идут метрах в четырех-пяти от забора), с выдержкой по команде «Лежать» и «Сидеть». В конце занятия Рэмбо, если дистанция была «разумной», уже не обращал внимания на провокаторов, а спокойно шел у ноги Виктора и сам старался не подходить к забору, если шел на длинном свободном поводке. Зачем нарываться, а потом плестись «рядом», когда можно цивилизованно брести, вынюхивая что-то на земле? В общем, все примерно как в случае с собаками-бегунами.

Вот так, двигаясь постепенно, мы приучили Рэмбо спокойно гулять с хозяином на поводке.

Тут следует еще раз сказать, что выбор подобной методики был обусловлен двумя главными факторами: индивидуальными особенностями Рэмбо и обстоятельствами его жизни.

Большую часть своей жизни Рэмбо был предоставлен сам себе, предварительное обучение практически не проходил, был силен физически и не особо расположен к играм с предметами и с собаками. Более того, «вписать» его в какой-бы то ни было собачий социум в наши задачи не входило.

Поэтому я выбрал самый простой и эффективный способ, который привел к искомому результату, а именно – комбинированный метод провокаций – и у проводника Рэмбо появилась возможность спокойно с ним гулять. Я дал Виктору в руки несколько инструментов в виде нормативных, разученных до автоматизма навыков. Да, мы не научили Рэмбо обнюхиваться со встречными собаками, но научили не обращать на них внимания. Что и требовалось доказать.

Как известно, все россияне отлично разбираются в фигурном катании, воспитании чужих детей, футболе и медицине. Я бы добавил к этому списку дрессировку. В любом дворе найдется пара знатоков, которые с уверенным видом будут рассказывать вам, как, каким образом и где следует дрессировать собаку. Надеюсь, после прочтения этой книги – целиком или частично – вы будете в состоянии отличить безответственных балаболов от настоящих профессионалов и нелепые советы от правильных.