Читать онлайн «Психотехника рукопашной схватки». Страница 48

Принцип упреждения позволяет бойцу предвосхищать действия противника на уровне подсознательных, инстинктивных реакций. Любое защитное действие приобретает характер осознанной реализации подсознательного. Следование принципу упреждения дает возможность бойцу обезопасить себя от непродуманных действий в ответ на ложную атаку противника.

Принцип недеяния связан с расслаблением, избеганием напряженности и преждевременных усилий. Благодаря этому принципу, сокрушительный удар наносится только после атаки противника, ослабляющей его оборону. Сама же атака хладнокровно ожидается, что провоцирует противника на преждевременное, не всегда подготовленное действие. Таким образом, под недеянием понимается действие в скрытой форме, заманивающее противника в ловушку.

Дзэнский принцип чистого сознания реализуется в практике ката, тренирующей переход к беспонятийному, интуитивному мышлению. Ката -- это своеобразная форма динамической медитации, заключающаяся в многократном повторении связок элементов базовой техники. Все ката основаны на принципе чередования противоположных начал инь и ян, реализующимся через межмышечную координацию с дыхательными циклами и движениями, означающими фазы защиты и нападения. Практика ката позволяет отработать и психологические, и энергетические нюансы техники, проявляющиеся в реальном бою спонтанно и непредсказуемо для противника.

Функционированием по принципу взаимодействия инь и ян является практика медленного тренировочного спарринга, когда партнеры образуют единую психологическую систему. По сути, происходит парная медитация, развивающая интуитивное предвосхищение логики развития поединка.

Современные мастера каратэ считают, что "каратэ -- это дзэн, а дзэн -это каратэ", то есть их мастерство заключается в том, что физические и тактико-технические элементы наполнены духовным смыслом -- без этого мастерство исчезает.

Очевидно, что наиболее прогрессивным из мастеров боевых искусств Японии был Дзигоро Кано -- создатель дзюдо, на путь которого постепенно встают многие направления боевых искусств Востока. Этот выдающийся педагог доказал, что спортивная ориентация единоборства отнюдь не противоречит его духовной сущности, а напротив усиливает ее. К сожалению многие адепты не только дзюдо, но и других восточных единоборств, не осознают этого, противопоставляя спорт боевым искусствам и мотивируя это тем, что спорт ориентирован на результат. Но ведь и боевые искусства Японии были нацелены на результат, то есть это было искусство ради искусства. И именно Дзигоро Кано один из первых применил к единоборству понятие "до" (путь, кардинальный принцип) в отличии от "дзюцу" (искусство).

Следует понимать, что целеполагание зависит не от типа деятельности, а от того -- как эта деятельность производится. Если спортсмен, специализирующийся в любом виде спорта, осознает, что его деятельность является не целью, а средством духовного совершенствования, то тогда он поймет и то, что результат в соревнованиях является тестом на пути этого совершенствования. И тогда становится очевидным, что спорт -- это наилучшее, что придумало человечество в качестве средства трансформации сознания. Как справедливо заметил известнейший практик медитации Ошо, что легко медитировать в монастыре или пещере и гораздо труднее на базаре, то есть в реальной жизни. Поэтому накал спортивной борьбы трудно заменить совершенствованием в замкнутом пространстве традиционной школы восточных боевых искусств, хотя уединение обязательно должно присутствовать в практике спорта.

2.1. Принципы самурайской идеологии и ее влияние на воинские искусства

Свод правил поведения идеального воина феодальной Японии получил название "бусидо", то есть "путь воина". В его основу были положены концепции буддизма и конфуцианства, переплетенные с даосским понятием пути как морально-этической категории и с положениями синтоизма -- национальной религии Японцев. В бусидо нашли отражение вопросы бытия и человеческой психики, решались проблемы роли человека в окружающем мире, смысла жизни, добра и зла, определялись критерии нравственных ценностей и нравственного идеала. Воспитание воина в духе бусидо означало, что он должен был сознавать личный моральный долг по отношению к своему сюзерену, самостоятельно оценивать собственные действия и морально осуждать себя за нарушение обязанностей и долга.

Синтоизм представляет собой древнюю политеистическую религию японцев, в которой сочетались культ природы, примитивный анимизм и вера в магию, эволюционировавшие в выраженную любовь к природе и ее духам, к предкам и их духам, к собственной стране и императору, являющемуся прямым потомком богини солнца Аматэрасу. Из синто в бусидо перешли два основополагающих понятия: патриотизм и верноподданичество, приобретшие гипертрофированные черты.

Философской основой самурайской этики стали принципы дзэн. Дзэнские идеи строгого самоконтроля и самообладания были возведены в ранг добродетели. Эти качества считались наиболее ценными в характере самурая. Медитация вырабатывала уверенность и хладнокровие перед лицом смерти, которая понималась не как распад, уничтожение, а в качестве перегруппировки и воплощения в другом обличии некой совокупности дхарм, являющейся единственной подлинной природой человека. Поэтому индивидуальное "Я" понималось бессмертным, как сама природа, а страх перед смертью виделся в качестве одной из иллюзий сознания, от которой необходимо избавляться.

На формирование самурайской идеологии повлияли и конфуцианские требования о верности долгу, послушании господину и совершенствовании личности. Мораль воина строилась на реализации идеи верности, под которой понималась не верность императору, правящему классу или государству в целом, а верность сюзерену, с которым воин находился в отношениях покровительства и служения. Синтоистский принцип верности усиливался буддийским положением о неизбежном преходящем характере всего земного и бренности бытия, что стимулировало дух саможертвования самурая и его пренебрежение к смерти. Верность по отношению к господину -- первейшая конфуцианская добродетель -требовала полного отрешения самурая от своих личных интересов, за исключением случаев отказа от собственных убеждений, если князь настаивал на нарушении принятых морально-этических канонов.

Конфуцианский принцип "заглаживать обиду справедливостью" трансформировался в принцип "катакиути" -- кровной мести, который принимался в бусидо в качестве способа нравственного удовлетворения за обиду, реализацию чувства справедливости. Понятие справедливости порождало понятие благородства, которое отождествлялось с конфуцианским критерием чувства долга как возвышенного начала морального порядка, прямоты души и поступков. Благородство позволяло умереть, если это было необходимо и убить, если это требовалось. Чувство долга -- "гири" должно было перевешивать привязанности и эмоции человека -- родители без колебаний жертвовали детьми, а самураи -своей жизнью ради феодала.

Такое качество, как мужество, включало в себя понятия храбрости, отваги и смелости. При этом признавалась разумная храбрость, а например напрасный риск и неразумная смерть влекли на самурая позор. Один из главнейших принципов конфуцианской традиции -- почитание старших реализовывался в бусидо через принцип скромности, когда для рядовых самураев было немыслимо поднимать голову в присутствии своего господина. Но, одновременно, с детства воспитывалось чувство собственного достоинства, а честь и слава ценились дороже жизни, поэтому для их защиты в ход без раздумий пускалось оружие. Ложь самурая приравнивалась к трусости, поэтому слово было гарантией правдивости, а на необходимость клятвы смотрели как на унижение.

Любовь к оружию, развивавшаяся в самурайской среде, внушала не только чувство самоуважения, но и ответственности, так как меч следовало применять только в случае реальной необходимости, а его беспричинное или неоправданное использование приравнивалось к бесчестью, что, впрочем, не распространялось на взаимоотношения самурая с низшими сословиями -- крестьянами или горожанами.

До совершенствования было доведено самураями умение владеть собой и управлять своими чувствами. Этому способствовало превращение дзэн-буддизма в духовную основу для воинского сословия. Нередкими были случаи обращения военноначальников за советами к буддийским монахам. Не дрогнуть перед неожиданной опасностью и сохранить при этом ясность ума, отдавать себе отчет в собственных поступках и действиях и способность трезво мыслить -- вот достоинства самураев, вырабатывавшиеся благодаря дзэнской практике.

Легкость расставания с жизнью в сочетании с абсолютным спокойствием и душевной ясностью была обусловлена дзэнским учением об иллюзорности бытия, но одновременно кратковременность жизни порождала ее особое эстетическое восприятие -- чем она короче, тем прекраснее. Смерть физического тела не означала конца существования индивидуума, так как его перерождение в будущих жизнях не подлежало сомнению. Был выработан своеобразный этикет смерти, с которым был связан обряд самоубийства путем вспарывания живота -- "харакири" или "сэппуку".