Читать онлайн «Бесков против Лобановского. Москва – Киев. Бескровные войны». Страница 60

Народ действительно успокоили: в тот день «Шахтер» сыграл товарищеский матч со своим дублем. Однако Сальков на этом не успокоился и потребовал от Спорткомитета СССР засчитать Киеву поражение. Но Москва побоялась связываться с Щербицким и эту просьбу проигнорировала.

А история с бунтом произошла спустя несколько дней после донецкого скандала. Дело в том, что после того как Лобановский и Базилевич, будучи также наставниками национальной сборной, за прошедший сезон проиграли все возможные турниры, игроки «Динамо», которые устали от экспериментов своих тренеров, поняли, что лучшего времени для смены руководства у них не будет (и это при том, что всего лишь год назад именно Лобановский привел киевлян к победе в Суперкубке!). Причем нельзя сказать, что вся команда была едина в мнении по поводу тренеров – несколько игроков были за них. Вообще в команде тогда начался раздрай – она разделилась на группировки. Вот как об этом вспоминает игрок «Динамо» В. Звягинцев:

«Во время товарищеского матча с «Нанси», в котором тогда играл Платини, Базилевич подскочил к бровке – что-то хотел Блохину подсказать. А Блохин через плечо его послал подальше. Как только в Киев вернулись, сразу собрание, партком: «Блохин оскорбил тренера!». Слово дали футболистам. Мунтян, Рудаков по одному поднимаются: «В армию Блохина!», «В воинскую часть!». Я слушаю и ничего не понимаю.

Пришлось и мне что-то говорить, ну я и предложил: «Давайте накажем его материально и забудем об этом инциденте».

В общем, на этом собрание и закончилось, а Блохина оштрафовали. Мне потом объяснили, что в команде ему, самому молодому тогда, не могли простить «Золотой мяч». Многие считали, что они больше заслуживают этого приза…»

Но вернемся к бунту.

Его затеяли несколько человек, которые заручились поддержкой самого именитого игрока команды, который был 6-кратным чемпионом СССР и членом парткома (в него входило 7 человек вместе с Лобановским и Базилевичем) – Владимира Мунтяна (как мы помним, любимого игрока самого Владимира Щербицкого). У Мунтяна был зуб на Лобановского – тот не взял его на Олимпиаду, хотя игрок был в форме, готовился. Эта обида и стала поводом к тому, чтобы Мунтян, когда к нему пришли заговорщики, дал свое согласие (его потом за это чуть из партии не исключат – за недоносительство).

В итоге на свет родилось совместное заявление в Спорткомитет Украины, где игроки требовали отправить в отставку Лобановского и Базилевича. Этот документ подписали все игроки. Однако Стефан Решко затем решил переиграть свое решение, из-за чего у него возник конфликт с Владимиром Онищенко – тот ударил его по лицу. Но заявление было составлено. Далее снова послушаем В. Звягинцева:

«Наконец собралась команда. Пошли в Комитет. Пригласили Фоминых (руководитель украинского футбола. – Ф.Р.). Первым написал заявление Колотов, капитан команды, затем по кругу – остальные. Писали, что не хотим с этим составом работать. Потом поехали на базу в Конче-Заспе. Но тренировки не было. Лобановского вызвали в ЦК. А через несколько дней состоялось общее собрание. Команда, тренеры, заместитель председателя Совмина Украины Семичастный. Бывший председатель КГБ, «историческая личность».

Начали разбираться, разговаривать. Затем – голосование. В итоге было принято решение – отстранить от работы Лобановского, Базилевича и Петрашевского. Причем Базилевича и Петрашевского – единогласно. Лобановский собрал несколько голосов в свою пользу, но большинство высказалось за его отстранение…».

А теперь послушаем одного из виновников случившегося – Олега Базилевича:

«Яков Петрович Погребняк, в то время второй секретарь ЦК Компартии Украины, лично курировал футбол и киевское «Динамо». Он занимался организационными вопросами, помогал нам в решении проблем обеспечения и материального стимулирования игроков. В годы, когда все вопросы решались партийным руководством, роль Якова Петровича была очень важна, а его поддержка просто неоценима. В своих воспоминаниях и интервью он несколько раз упоминает так называемый «бунт игроков» 1976 года и разговоры, которые велись в ЦК КПУ по этому поводу с отдельными футболистами.

Ни меня, ни Лобановского на эти беседы не приглашали. Были и другие разговоры с игроками за нашей спиной – в Федерации футбола и Спорткомитете УССР. Некоторые чиновники этих организаций до сих пор по непонятным для меня причинам распространяли слухи о том, что Лобановский и Базилевич хотят отчислить из «Динамо» Трошкина, Матвиенко и Мунтяна. Вообще, это, конечно же, непорядок. Теперь «Динамо – полноценный футбольный клуб, который сам в состоянии решить свои внутренние вопросы. А тогда это была просто команда, у которой вдруг нашлось много руководителей, желающих вести разного рода собеседования с футболистами.

Никаких планов о немедленном отчислении группы ведущих игроков основного состава у нас не было. Это противоречило бы самим основам нашего подхода к селекции. Да и вообще ни один тренер не станет желать отчисления из команды высококвалифицированных футболистов в расцвете сил, которые реализуют его видение игры. Другое дело – приглашать в команду новых, перспективных исполнителей с учетом неизбежной смены поколений и создания здоровой конкуренции за место в основном составе. Именно так мы строили наши селекционные планы.

До сих пор не понимаю, зачем некоторые деятели Федерации футбола и Спорткомитета УССР убеждали наших игроков в том, что Лобановский и Базилевич затевают большую и немедленную кадровую чистку. Но факт остается фактом – игроки поверили. С подачи чиновных «доброжелателей» любые наши слова и действия по кадровым вопросам в тот период воспринимались под этим углом зрения. И почти всей командой футболисты пришли в Спорткомитет требовать нашей с Лобановским отставки…

Надо сказать, ребята действительно устали и оказались готовы бунтовать. Устали скорее даже психологически, чем физически. Единственный момент, когда тренировочные нагрузки вступили в противоречие с физиологией, – это неудачный и тяжелый подготовительный сбор в Бельмекене, программу которого я, кстати, оспаривал, но из уважения к мнению коллег, к сожалению, не оспорил. А вот постоянно выигрывать, настраиваться на победу, отдавать все силы борьбе – это действительно непросто. Именно этот психологический надлом наших футболистов и стал, скорее всего, причиной, по которой они оказались столь восприимчивы к козням чиновных интриганов.

Яков Погребняк видит еще одну причину «бунта» 1976 года – «сухость и жесткость» Лобановского в общении с игроками. По его словам, в результате множества бесед с футболистами в ЦК КПУ был найден жесткий компромисс, ударивший по многим хорошим людям. Имея в виду, судя по всему, Базилевича и Петрашевского. Хотя, в таком случае компромисс выглядит довольно странно – недовольны были сухостью и жесткостью Лобановского, непомерностью нагрузок Зеленцова, а работы лишили меня. О себе, о том, что пережил тогда, рассказывать не буду. Человек более слабый духом мог не пережить либо лишиться рассудка, столкнувшись со столь откровенной несправедливостью.

Когда мы вместе принимали «Динамо», наш уговор с Валерием Васильевичем был такой, что раз уж вместе приходим, то вместе и уйдем, что бы ни случилось. Должен ли был Лобановский уйти вместе со мной? Или, если иначе – будь я на месте Лобановского, покинул ли бы «Динамо» в 1976-м вместе с Базилевичем? Думаю, что да. Существовавшие между нами устные договоренности для меня были важнее любого документа, скрепленного семью печатями. И я нисколько ни тогда, ни сейчас не предъявляю ему этой претензии – дескать, меня ушли, а ты, несмотря на уговор, остался. Наша дружба пережила и этот непростой этап и оказалась сильнее всех несправедливостей жизни…»

Итак, несмотря на результаты голосования Лобановский сумел остаться на своем посту, поскольку имел крепкий тыл в лице самого 1-го секретаря ЦК КП Украины Владимира Щербицкого. А тут еще и сама команда ему подмогла: 18 августа в очередной игре чемпионата страны – против «Днепра» – безвольно продула 1:3. Правда, по одной из версий, этот матч ряд футболистов специально «слили» по просьбе Лобановского – чтобы все поняли, как они нуждаются именно в прежних тренерах, а не в новом, Пузаче, которого временно назначили руководить командой. В итоге Лобановский был возвращен к руководству и киевские динамовцы неплохо выступили в осеннем чемпионате СССР 1976 года, заняв 2-е место, отстав от лидера – московского «Торпедо» – всего на 2 очка (18 против 20). А бронзовые медали достались тбилисским динамовцам, которые отстали от торпедовцев всего лишь на одно очко.

Кстати, на «бронзу» претендовала украинская команда «Карпаты» (Львов), которая набрала столько же очков, что и тбилисцы – 17. Но им не повезло. Каким образом? Вот что по этому поводу рассказывает футбольный арбитр М. Ступар: