Читать онлайн «Энциклопедия безопасности». Страница 235

*6. Контактный микрофон*. В качестве подобного устройства превосходно работает заурядный медицинский стетоскоп, спаренный, чтобы повысить восприимчивость, с подходящим микрофонным капсюлем, который подсоединен к чувствительному усилителю (в простых случаях, конечно, можно обойтись и одним стетоскопом без какой-либо электроники).

Очень качественные контактные датчики получаются из пьезокерамических головок от проигрывателей либо из стандартных пьезоизлучателей электрических часов, звуковых игрушек, сувениров и телефонов. Так как данные устройства засекают микроколебания контактных перегородок, требуется весьма тщательно выбирать место их приложения, зависящее от конструктивных особенностей (сплошная, пустотелая…) конкретной стены. В некоторых случаях имеет смысл накрепко приклеить пьезоэлемент к доступной стороне стены или к наружному стеклу (у его края…) пусть даже парной рамы. Превосходный акустический сигнал иной раз удается снимать с труб водоснабжения и батареи отопления.

*7. Импровизированные резонаторы*. Перехватывать переговоры в смежном помещении часто удается и без спецаппаратуры, прибегая к помощи случайно оказавшегося под рукой питейного бокала (или рюмки), ободок которого плотно прижимается к стене, а донышко (торец ножки) вплотную к уху. Возникаемый при этом звук сильно зависит как от состояния и структуры стены, так и от конфигурации прибора да и материала (лучшее — хрусталь), из которого он изготовлен.

*8. Телефоны при наружной активации*. В отличие от телефонных жучков встраиваемых в аппарат, к контролируемому телефону здесь даже не прикасаются руками. Информация снимается с телефонной линии при покоящейся на рычаге трубке путем внешней активации высокочастотными колебаниями ее микрофона, а порой и через перехват микротоков появляющихся в электромагнитном звонке при легчайших сотрясениях его подвижных частей. Следует сказать, что сходным образом можно перехватывать полезные микроэлектротоки не только с телефонного, но и с квартирного звонка.

Наряду с вышеуказанными существуют и другие варианты подслушивания, применяющие, к примеру, посылаемые дальним выстрелом «радиопули», модуляцию лазерного луча микровибрациями оконного стекла, перехват побочных электромагнитных излучений бытовой радиоаппаратуры, бесконтактную активацию пассивных микроволновых излучателей… Все эти методики, впрочем, профессионально сложны и не рекомендуются для импровизированного применения.

Слухи можно определить как официально неподтверждаемые сообщения, циркулирующие по межличностным горизонтальным каналам. Многие из них как правило, правдоподобны, а нередко и достоверны, причем передают и распространяют их даже те, кто этому ни капельки не верит.

Относиться к любым слухам следует предельно осторожно, никогда не забывая о стремлении людей выдавать предполагаемое за действительное и о вероятности забрасывания кем-то целевой дезинформации.

*При ведении активной игры тщательно подобранные слухи часто запускаются для*:

— оптимального распространения правды;

— создания определенного мнения о событии, ситуации или человеке;

— подготовки окружающих (путем притупления их реакции) к намечаемому деянию;

— обхождения официальной цензуры;

— выяснения отношения людей к сообщаемому;

— разжигания смуты, страха и неуверенности.

Заурядный компрометирующий слух «растворяется» за две недели, хотя действие его обычно продолжается и дальше.

Человек передает подхваченные слухи из-за свойственного всем желания похвастаться, а поэтому перехватить их можно где угодно и от кого угодно. Очень активны в этом отношении все коммуникабельные люди, всегда имеющие самые обширные социальные и деловые контакты.

Чтобы выйти на имеющиеся слухи в сущности не требуется прилагать особенных усилий; надо попросту вращаться в подходящем обществе, чутко слушать окружающих и вести непринужденные беседы, походя касаясь разрабатываемой тематики и время от времени высказывая легкое сомнение сообщаемому.

Полученные разнообразными путями данные станут полезными лишь после того, как все они подвергнутся необходимому анализу и предельно точному истолкованию. Подоплека многих деловых неудач заключается не в игнорировании информации, а в ее ошибочном анализе.

Сведения, как правило, оценивают по достоверности, значимости, согласованности, полноте, возможности использования.

Любая поступающая извне информация характеризуется определенной степенью достоверности, в частности зависящей от степени надежности источника и того, откуда он ее получил.

Чтобы высветить такие показатели, каждый регистрируемый факт полезно дополнять специальной букво-цифровой отметкой, причем буквами обозначают уровень надежности источника, а цифрами — откуда тот взял сведения.

*Уровень надежности источника принято кодировать так*:

А — абсолютно надежный и компетентный;

Б — обычно надежный;

В — не слишком надежный;

Г — ненадежный;

Д — неопределенный.

*То, как сей источник получил представляемые данные, отмечают следующим образом*:

1 — сам видел;

2 — слышал от того, кому можно верить;

3 — слухи.

Никогда не стоит забывать, что не вызывающий сомнений источник (А) иной раз способен передать явную дезинформацию, а совершенно ненадежный тип (Г) — сообщить ценнейшие данные. Памятуя об этом, двухзначковый индекс иногда дополняют римской цифрой, указующей на предполагаемую достоверность факта:

I — подтверждается другими фактами;

II — вероятно правдив (3 к 1);

III — возможно правдив (1 к 1);

IV — сомнителен (3 против 1);

V — неправдоподобен;

VI — неопределяем.

Маркировка III-Б2, к примеру, означает, что фактура предоставлена довольно надежным информатором (Б) со слов знающего человека (2) и возможно — "50 на 50" — правдива (III).

При наличии каких-либо сомнений в достоверности дошедших до вас данных, их полезно отложить про запас в ожидании других подтверждающих или опровергающих фактов.

Следует учитывать, что поступающая к вам фактура может быть:

— подсунута источнику как дезинформация;

— искажена им преднамеренно;

— изменена — произвольно или непроизвольно — в ходе ее передачи.

Устные сообщения циркулирующие по горизонтальным и неформальным каналам, менее подвержены искажениям, а вот информация поставляемая наверх чаще приукрашивается (ввиду явного желания угодить, получить вознаграждение, избежать наказания…), чем наоборот.

При намеренной дезинформации применяют как заведомую ложь, так и утонченную полуправду, исподволь подталкивающую воспринимающих к ложным суждениям. Наиболее распространенными приемами здесь являются:

— прямое сокрытие фактов;

— тенденциозный подбор данных;

— нарушение логических и временных связей между событиями;

— подавание правды в таком контексте (добавлением ложного факта или намека…), чтобы она воспринималась как ложь;

— изложение важнейших данных на ярком фоне отвлекающих внимание сведений;

— смешивание разнородных мнений и фактов;

— сообщение информации такими словами, которые можно истолковывать по-разному;

— неупоминание ключевых деталей факта.

*Искажения, возникающие в процессе ретрансляции исходных данных, чаще всего происходят из-за*:

— передачи только части сообщения;

— пересказа услышанного своими словами ("испорченный телефон");

— пропуска фактуры через призму субъективно-личностных отношений.

*Для успешности борьбы с вероятной дезинформацией следует*:

— различать факты и мнения;

— понимать, способен ли информатор по своему положению иметь доступ к сообщаемым фактам;

— учитывать субъективные (самомнение, фантазийность…) характеристики источника и его предполагаемое отношение к выдаваемому сообщению;

— применять дублирующие каналы информации;

— исключать все лишние промежуточные звенья;

— помнить, что особенно легко воспринимается та дезинформация, которую вы предполагаете, или желаете услышать.

Польза от наличествующих материалов резко возрастает, если прояснены их значения; истина обычно раскрывается не в исходных данных, а в их точном истолковании, ибо конкретный факт можно уяснить лишь в сочетании с другими фактами.