Читать онлайн «Совершенное тело за 4 часа». Страница 107

В пародийной религии под названием «пастафарианство» умышленно смешиваются корреляция и обусловленность:

Наряду с сокращением численности пиратов наблюдался рост глобального потепления за тот же период.

Следовательно, глобальное потепление вызвано дефицитом пиратов.

И еще более наглядный пример:

В Сомали самая высокая численность пиратов И наиболее низкие выбросы углекислого газа среди всех стран мира. Совпадение?

Делая ничем не оправданные выводы о причинно-следственной связи из результатов наблюдательных исследований, изо дня в день зарабатывают хлеб насущный не только представители СМИ, но и причиннои финансово-мотивированные ученые, закрывающие глаза на собственный дефицит этики.

Не попадайтесь на удочку научного пастафарианства.

Очень важно не слушать советы, основанные исключительно на данных наблюдательных исследований. В 2004 году комментарий, опубликованный журналом International Journal of Epidemiology под заголовком «Парадокс гормонозаместительной терапии и коронарной сердечной недостаточности – конец наблюдательной эпидемиологии?» объяснил, почему к ним опасно прислушиваться. Наблюдения за одной группой женщин, получающих гормонозаместительную терапию (ГЗТ), показали снижение уровня сердечной недостаточности, и СМИ вместе со сторонниками ГЗТ поспешили раструбить об этом эффектном выводе: ГЗТ снижает вероятность сердечной недостаточности! Увы, рандомизированные и контролируемые испытания позднее показали отсутствие защитного эффекта и даже небольшое увеличение риска сердечной недостаточности у тех, кто получал ГЗТ.

Как такое возможно?

Выяснилось, что в наблюдательных исследованиях не учли разницу в социально-экономическом положении людей в группах, а также роль врачей, выбирающих для ГЗТ женщин, с самого начала в наименьшей степени предрасположенных к сердечной недостаточности. Последнее – пример тому, что отсутствие рандомизированного распределения участников по группам приводит к влиянию предвзятости экспериментаторов на результаты наблюдательного исследования.

В комментарии 2004 года постфактум справедливо отмечалось:

Различие результатов наблюдательных исследований и рандомизированных контролируемых испытаний, направленных на выявление связи между ГЗТ и коронарной сердечной недостаточностью, поставило эту идею [согласно которой добросовестно проведенные наблюдательные исследования могут дать оценку эффективности лечения, сопоставимую с оценкой рандомизированных контролируемых испытаний] под сомнение и, возможно, означает смерть наблюдательной эпидемиологии.

Наблюдательные исследования полезны для формирования гипотез (основанных на информации предположений, которые затем можно проверить в контролируемых условиях), но они не могут и не должны применяться для выявления причинно-следственных связей. Попытки выявить их таким способом безответственны и потенциально опасны.

В 1980 году ученые на оторванной от мира исследовательской станции в Антарктиде вели записи обо всей пище, которую потребляли, и взвешивали ее. Раз в неделю участникам задавали вопрос о том, что они ели накануне (напомним: еду взвешивали, ее вес и состав записывали). Несмотря на внимательное ведение дневников питания, участники все-таки недооценивали свое потребление пищи на 20–30 %.

Да, их вполне могли ослепить снежные бури. Обстоятельства, в которых проводилось это исследование, нормальными не назовешь. А теперь посмотрим, как поступают в этом случае настоящие профессионалы.

WHI («Инициатива женского здоровья») – грандиозный проект стоимостью 415 миллионов долларов, осуществленный под эгидой Национального института здравоохранения. В нем участвовало почти 49 тысяч женщин. Проект был разработан с целью изучения ряда проблем со здоровьем, в том числе влияния рациона со сниженным содержанием жира на вероятность рака за восьмилетний период. Это широкомасштабное интервенционное исследование СМИ часто называли «золотым стандартом» в изучении питания. Доктор Майкл Тун из Американской онкологической ассоциации даже объявил WHI «роллс-ройсом среди исследований».

В 2006 году New York Times объявила о результатах под недвусмысленным заголовком:

Исследования показывают: рацион с низким содержанием жира не снижает риск для здоровья

Хотя я согласен с этим выводом, сделанным на основании других данных, исследование WHI просто не могло прийти к подобному заключению. Обратимся за помощью к Майклу Поллану, чтобы увидеть одно из самых распространенных слабых мест национальных исследований: самоотчеты.

При недавней попытке заполнить опросный лист по частоте потребления продуктов, применявшийся в исследовании WHI, я вдруг понял, как неопределенны данные, на основании которых строятся выводы подобных исследований… Меня просили вспомнить, что случилось за последние три месяца, и указать, ел ли я за это время бамию, кабачки или ямс, были ли они жареными, и если да, то на чем – на маргарине, продающемся в фольге, на маргарине, купленном в пластиковой емкости, на сливочном масле, на «шортенинге» (в этой категории необъяснимым образом слиплись гидрогенезированное растительное масло и топленое свиное сало), на оливковом или каноловом масле, или на масле в виде спрея, предназначенном для посуды с антипригарным покрытием? Честное слово, я не помню, а если бамию я ел в ресторане, даже под гипнозом из меня не удалось бы вытянуть сведения о том, на каком жире ее поджарили…

Вот каковы данные, на основании которых в современной Америке решаются важные вопросы питания и здоровья.

В опросник WHI также входили вопросы:

Когда вы едите курятину или индейку, как часто вы съедаете кожу?

Какое мясо вы обычно выбираете – белое, темное или и то, и другое?

Сколько раз за последние три месяца вы съели порцию брокколи размером с полстакана?[190]

Как бы справились с этой задачей вы? Думаете, смогли бы с 20-процентной вероятностью найти в памяти верные ответы?

Проверим на примере последних 24 часов.

Пожалуйста, оцените количество калорий в пище и напитках, которые вы употребили вчера, при этом не обращайтесь ни к каким справочникам, а также укажите количество потребленных калорий, полученных из жира. Затем съешьте точно такую же еду (вместе с перекусами), но взвешивайте всю ее в граммах на портативных кухонных весах. Количество напитков оценивайте с помощью мерной кружки. На сайте www.nutritiondata.com найдите информацию о количестве калорий в 100 г каждого продукта и произведите подсчеты[191].

Если вы не профессиональный спортсмен и не умеете на глаз отличать 150-граммовую порцию стейка от 200-граммовой, разница между самоотчетом и результатами взвешивания вызовет у вас шок. Перемножьте эти отклонения на 49 тысяч человек, и вы наверняка сможете представить себе получившуюся картину в стиле Пикассо.

Да, сведения, сообщенные самими участниками эксперимента, могут быть полезными, особенно если записываются в реальном времени (то есть в процессе событий). Эту задачу облегчают достижения техники, исключающие из уравнения фактор памяти: например, приложение для iPhone, которое называется DailyBurn’s FoodScanner и wifi-весы Withing[192]. Всеми силами избегайте исследований, опирающихся на сведения самоотчетов, сделанных постфактум. Доверяйте собственным данным. А для этого фиксируйте их в процессе.

Как бы настоятельно это ни требовалось, в исследовании питания почти невозможно изменить только одну макроэлементную переменную (белки, углеводы, жиры). А значит, почти невозможно создать и контрольную группу.

Если исследователи утверждают, что контрольная группа была, и возлагают вину на единственный макроэлемент, ваш скептический разум должен немедленно насторожиться.

Допустим, некто утверждает, что исследование влияния рациона с низким содержанием жиров подтвердило: он полезнее для здоровья, чем рацион с высоким содержанием жиров. Вот контрольная группа.

Начнем по порядку: чтобы снизить содержание жира и холестерина в рационе, в который входят цельные продукты, понадобится исключить из него жиры и белки, а это означает, что придется съедать гораздо больше углеводов, чтобы восполнить недостаток калорий. В противном случае еще одной переменной станет изменившееся количество калорий. Но если скорректировать калорийность, добавив углеводов, возникнет парадокс: оказывается, мы сравниваем не только рационы с высоким и с низким содержанием жиров, но и рационы с высоким и низким содержанием белков, а также высоким и низким содержанием углеводов.