Читать онлайн «Русская народно-бытовая медицина». Страница 23

Вот почему нам кажется, что знахарство не ость выдохшаяся, мертвая формула, а оно глубже, чем это кажется с первого взгляда, проникает в жизнь народа и коренится в народном мировоззрении и вот почему, с нашей стороны, едва ли будет ошибкой допустить, что и топографическая область распространения знахарства в той или иной его форме не уже, а шире той, которая определяется нашими сообщениями и выводами.

Как совмещается в народе приверженность его к знахарству с потребностью в научной медицине и каковы отношения народа к представителям этой, последней, к земским врачам, вопрос этот составляет предмета рассмотрения следующей главы.

Старая и новая Русь. – Земские врачи и отношение к ним народа. – Скептики в медицине. – Отношение к больницам и операциям. – Частная медицинская помощь в деревне Старая и новая Русь

До cих пор была пред нами старая Русь или остатки той отдаленной Руси, когда на ней существовали еще кудесники и волхвы, колдуны и вещие люди.

Распространение христианства не разрушило вполне языческого мировоззрения народа, а во многом сохранило его, сообщив ему только христианскую сущность и удержав многие языческие черты. Отчего бы не зависело подобное явление, перед нами тот несомненный факт, что мировоззрение народа, поскольку оно выразилось в представлении его о сущности болезней и тех способах врачевания их, которые мы только что рассмотрели и которые нам еще предстоит рассмотреть, во многих своих чертах является языческо-христианским.

Это определение «языческий», с нашей точки зрения, обнимает собою не только прямые следы язычества, так, как они обнаружились пред нами в предшествовавших главах, но заключают в себе, также и многочисленный класс суеверий: несомненно, что эта вера в порчу, напуск, глаз и пр. и многочисленные суеверные приемы знахарей, при лечении различных болезней, сложились на Руси еще в дохристианскую эпоху, подобно тому, как вера в домовых и леших создалась задолго до того, как наш народ узнал о дьяволе из христианского вероучения. Но большинство деталей и сущность рассматриваемого мировоззрения являются бесспорно христианскими, и этот последний элемент является доминирующим не только над элементом языческим, но он почти всецело подавляет собою и факты опыта, и наблюдения, всегда примитивного и по своему происхождению восходящего также к самым отдаленным временам.

В той реальной области, к которой относится это мировоззрение, в области болезней и здоровья, подобное явление, бесспорно, должно казаться удивительным, но оно в значительной мере объясняется тем высоким нравственным влиянием и могущественным авторитетом, который приобрели и которым пользовались первоначальные просветители Русской земли в самых разнообразных сторонах и проявлениях государственной и народной жизни, а также тем обстоятельством, что они, будучи учителями народа, были в то же время и его врачами, и целителями. Христианские миссионеры-подвижники, по необходимости, из религиозных побуждений или ради привлечения к новой религии народа, берут в свои руки дело врачевания и имена многих из них сохраняются историй и народной памятью, как необыкновенно искусных и славных народных врачевателей: преп. Антония, свв. Дамиана, Олимпия, Агапита печерских, Пимена Постника и др. Таким образом, древние русские монастыри являются не только центрами религиозной жизни и очагами просвещения, но получают и врачебное значение. Переяславский архиепископ Ефрем приказывает, в 1091 г… строить при монастырях больницы для приходящих больных, и в «Кормчей книге», помимо встречающегося названия– «монастыреве-больницы», прямо упоминается в числе церковных людей «лечец».

Черпая свои познания но преимуществу из греческой медицины, врачи-монахи являются авторами многочисленных рукописных травников, лечебников, зелейников, которые потом во множестве списков распространяются в народе и, кроме народных русских, содержат описание средств, имеющих большое сходство с древней греческой, арабской и римской медициной[88].

В некоторых из этих лечебников, помимо буквального перевода, сохраняются даже греческие названия многих врачебных средств и заключаются предисловия духовного или богословского содержания, что делает несомненным византийский источник происхождения этих медицинских сочинений и принадлежность их авторов к лицам духовного сословия[89].

В XIII–XV вв. под влиянием усобиц князей, татарского разорения и совершившегося падения Византии, гаснет и заглушается начавшаяся образованность, почти прерываются сношения с иностранным миром и медицинские познания, заимствованные от греков, вытесняются суевериями и предрассудками. Начало новой образованности кладется только Петром Великим, но эта образованность не проникает в народ и появляющиеся вскоре врачи служат или только интересам высших сословий или удовлетворяют целям чисто государственным. Такой-то Русь оставалась почти до самого последнего времени.

Теперь перед нами новая Русь, начало которой положили реформы Императора Александра II.

Через институт земских врачей, вызванный к жизни этими реформами, должны были начать вливаться в народную жизнь совершенно новые начала науки, выработанные чуждой этой жизни культурой и не имеющие ничего общего с существовавшим доселе мировоззрением. Земские врачи выступили на исполнение этой миссии при полной неподготовленности народа, к восприятию этих новых начал и при таких условиях должны были не только лечить народ, приохотить его к медицине, но и насаждать рациональные понятия о самом происхождении болезней.

Земская медицина когда-нибудь дождется своего историка, который развернет любопытные страницы внутренней борьбы этих двух во многом совершенно несходных и противоположных миров – мира воззрений, на которых до сих пор покоилась народная медицина, и начала, на которых зиждется медицина научная.

При всем их несходств, между ними было только одно небольшое общее и только одна точка соприкосновения – это существование и в медицине народной ряда некоторых рациональных средств, в виде, главным образом, трав. Но и самые травы народ употреблял не в силу тех или других их физиологических свойств, напр., потогонного, мочегонного или слабительного действия, а потому, что наделял их специфическими чудесными свойствами против данной болезни и верил в дававшего эти травы знахаря.

В нашу задачу не входит изображение хода этой борьбы и того духовного процесса, которым совершился и совершается переход отвлеченного мировоззрения народа к реальному признанию значения современной научной медицины: мы имеем в виду только рассмотреть вопрос– как относится народ к земской медицине в настоящий момент и какую степень влияния она оказала на него?

Перед земскими врачами, когда они выступали на поприще новой и неизвестной до сих пор на Руси деятельности, было два пути: или, не задаваясь никакими побочными целями, просто начать лечить народ, или, и то же время, стараться изменять мировоззрение народа, приближать его к усвоению начал научной медицины. Неизвестно, как поступили бы земские врачи и какое направление приняла земская медицина, если бы сама жизнь не указала, как поступить в данном случае. Редкость врачебных пунктов на первых порах, громадность расстояний и масса больных, с которыми, с самого же начала, пришлось иметь дело земским врачам и которая явилась результатом полной беспомощности народа в медицинском отношении, сразу определили направление их деятельности, лишив ее предвзятых стремлений и значения педагогической миссии. Избрав этот второй путь и оставив в стороне исполнение непосильной, для них задачи– изменение мировоззрения народа, земские врачи избрали путь вполне научный, своей деятельностью как бы сказав народу: «нам нет дела до того, как ты думаешь и веришь, но, вот, перед тобою факты», и предъявили ему такое количество этих фактов, что не признать и не считаться с ними народ был не в состоянии.

А факты были для него иногда поразительные. Врачи давали больному хинин, который в несколько дней излечивал его от лихорадки, салициловый натр, который оказывал разительное действие при ревматизме, иодистый калий и ртуть, которые так магически действовали при сифилисе, narcotica, которые быстро и верно унимали разного рода боли и пр. Не менее, если не более, поразительной для народа была деятельность врачей в области хирургии, начиная с простых разрезов при гнойных воспалениях, удаления камней из мочевого пузыря, вырезывания больших опухолей из полости живота и кончая глазными операциями, возвращавшими слепым зрение.

Земские врачи и отношение к ним народа

Все эти и подобные им факты впервые предстали пред сознанием народа со времени введения земской медицины, так как до нее они могли существовать и быть известными народу лишь в виде крайне редких исключений. И хотя с первых же пор существования земской медицины жизнь выдвинула целый ряд неблагоприятных условий, тормозивших ее развитие и содействовавших скептическому отношению к ней, последняя мало-помалу входит в сознание народа и уже приобрела среди него значительное число безусловно верных и стойких адептов. С внешней стороны успех и признание земской медицины рельефно выразились ежегодно увеличивающимся количеством врачебных пунктов и цифрой обращающихся к земским врачам больных[90].