Читать онлайн «Опасная медицина. Кризис традиционных методов лечения». Страница 58

• растущего воздействия бизнес-фактора во всех областях медицинской индустрии: науке, диагностических технологиях, хирургии и лекарственной терапии —

уже заранее можно предсказать исход тех решений, которые сегодня кажутся почти спасением и даже революцией, а именно: доказательная медицина и рациональная фармакология обречены на провал, ибо «Какая польза в напрасных законах там, где нет нравов» (Гораций) и «Любая реформа, кроме моральной, бесполезна» (Томас Карлейл). А до моральной реформы, как я понимаю, еще долог путь человека, называющего себя Homo sapiens – человек разумный. Не он, a Homo purum (человек чистый) или Homo Harmonicus (человек гармоничный) спасет и себя, и планету.

Доказательная медицина

Определяя необходимость внедрения доказательной медицины (ДМ) – evidence based medicine, авторы статей и обзоров приводят такие основные доводы, как объем информации, недостаточная достоверность и добросовестность ее получения, бизнес-фактор и т. д. Фактически метод ДМ является своего рода «ситом», скринингом, просеиванием этой информации или надстройкой высококачественной экспертизы первичной медицинской научной информации с целью помощи врачу в отборе наиболее эффективных средств, медицинских технологий.

Мысль о необходимости обобщений, экспертизы первичной информации зародилась у британского гинеколога-эпидемиолога Арчи Кокрейна в 1972 году и через 20 лет превратилась в общественно значимое явление, затем и организацию – Cochrane collaboration, которая сегодня имеет центры по всему миру и, по сути, является методологическим центром ДМ: совершенствование метаанализа, составление систематизированных обзоров и их распространение.

Вроде с точки зрения логики это и неплохо для того, чтобы «перепахать» массу достоверной и не очень достоверной информации и предложить врачу клинические рекомендации – «золотой стандарт». Однако считать это «панацеей» для нашей больной медицины, революцией в медицине, как это преподносят апологеты метода, конечно же, совершенно неоправданно.

Посмотрите, однако, как об этом пишет в приветственном слове академик: «Внедрение такой стратегии, конечно, приведет к необходимости коренной перестройки во всех областях медицины, начиная с учебного процесса, кончая управлением здравоохранения. Однако, как бы ни были велики затраты, их, безусловно, можно считать доказательно оправданной необходимостью». А затраты на самом деле очень велики. Отметим, что стоимость этого высококвалифицированного экспертного труда составляет: 100 страниц таких рекомендаций – 500 000–750 000 долларов. А посмотрите национальные формуляры и ежегодные сборники по доказательной медицине: многие состоят из 500–700 страниц, затем международные издания дублируются в национальные варианты и т. д. Все это обходится человечеству в миллиарды долларов.

Думаю, делать надстройку на кривые сваи медицины не стоит. На те же средства можно было бы капитально перестроить здравоохранение: проект нашей панацеи, нашей революции в медицине будет приведен далее.

На встречах и семинарах по доказательной медицине ее представляют как нечто особенно важное, новое, от чего ожидают огромные полезные последствия. Так чем же она отличается от простого «творческого подхода к медицине»?

Давайте рассмотрим известные основополагающие, базисные шаги ДМ.

Шаг 1 : сформулируйте правильный клинический вопрос.

Шаг 2: найдите самые актуальные и надежные исследования.

Шаг 3: оцените достоверность и полезность найденной информации.

Шаг 4: примените результаты в клинической практике.

Если бы не знать, что речь идет об «информации» вне врача, в научной литературе и сети Интернет, то можно было бы подумать, что эти 4 шага относятся к фазам клинического мышления врача в каждом конкретном случае. Что еще делает врач, если не формулирует задачу, находит необходимые, самые надежные исследования для ее уточнения, проводит их, затем оценивает достоверность и полезность найденной информации и, наконец, применяет эти результаты в клинической практике? Разница только в том, что он проделывает эту работу внутри себя, в собственном биокомпьютере, где слились в единый сплав знание, опыт и интуиция, что, вероятно, и есть клиническое мышление. И если у врача его нет, он и в мире информации не сумеет отыскать достоверных данных и мыслить «рационально фармакологично». И если все это делается для того, чтобы облегчить доступ врача к достоверной международной информации, то, мне кажется, что этот труд весьма малоэффективен. Врач, который умеет ею пользоваться через книги, сумеет и через кокрейновскую библиотеку [14] , а тот, кто не привык читать и мыслить, а лекарства и диагностические методы применяет сообразно рекламе или выгоде заключенной сделки, вряд ли станет штудировать стоящие миллионы долларов справочники по доказательной медицине и формуляры по рациональному использованию лекарственных средств. Итак, метод доказательной медицины является паллиативным способом скрининга – просеивания – первичной научной медицинской информации, может хорошо применяться грамотным в любом смысле врачом, но ни в коей мере не является «рецептом» излечения, революцией в медицине. А ввиду ее крайней дороговизны к тому же может оказаться малоэффективной международной акцией, лишь еще более отвлекающей творческий научно-клинический и финансовый потенциал человечества от поисков и реализации истинно целительных методов в современной медицине.

Рациональная фармакотерапия

Сегодня уже во многих статьях, руководствах, формулярах четко прослеживается мысль о том, что лекарственная терапия во всем мире осуществляется нерационально, то есть, попросту говоря, неправильно. Так, в российском издании формуляра лекарственных средств можно прочесть: «Отмечается нерациональный подход к лечению: по данным ВОЗ, более 50 % всех лекарственных средств назначаются или распространяются нерационально, 50 % пациентов неправильно принимают их, треть населения земного шара не имеет доступа к жизненно важным средствам, а 10 % всех госпитализаций связано с побочными реакциями».

Можно было бы предположить, что, работает или нет идея «рациональной фармакотерапии», покажет время. Но, оказывается, время уже как будто показало. Ибо идея возникла в 1975 году, а первый «Примерный список основных лекарств ВОЗ» был опубликован в 1977 году! Знаменательный для меня год – вступление на поприще медицины. Этой идее столько же лет, сколько моей врачебной деятельности! Выходит, я работала уже во времена рациональной фармакологии, и все, что мы сегодня описываем как преступление ли, болезнь ли, заблуждение ли, но что-то глубоко неверное – современную фармакотерапию со всеми ее проблемами, уже 30 лет происходит на фоне «рациональной» направленности международных усилий и документов.

Более того, за эти 30 лет проблемы разрослись и дополнились новыми, связанными, в частности, с экономическими факторами: глобализацией ценностей, мировым рынком, расширением частного сектора в сфере медицинского образования, здравоохранения и фармации. На фоне нерационального применения лекарственных средств и неправильной направленности научного поиска сегодня имеется еще одна сложнейшая задача, которая заключается в коренном изменении клинических проявлений заболеваний и появлении множества новых.

Благодаря «мудрости» собственных решений проблем заболеваемости в XX веке сегодня человечество имеет их вдвое-втрое больше. Острых заболеваний, которые являются естественной реакцией организма и по которым мы научились различать отдельные нозологические формы, становится все меньше. Зато все больше становится «глухих, недоброжелательных, хронических, мрачных» ответов наших бедных организмов на ту жизнь, те условия, которые мы для них создали. Наверное, самое время перейти от дискретного подхода в медицине с дроблением самого человека и его болезней на части, части частей – к синтетическому, целостному видению человека и его общей патологии: эндоэкологического заболевания как универсального диагноза.

В вышеуказанном формуляре впервые четко приведено важное заключение: «Следует помнить, что пациент не всегда нуждается в лекарственной терапии. Очень часто улучшения состояния можно достичь изменением образа жизни и/или диеты, путем использования физиотерапии или упражнений, другими нефармакологическими методами лечения. При их назначении пациент должен получать четкие письменные инструкции». Наконец в справочнике по лекарственным средствам появилась мудрая рекомендация. Еще Фрэнсис Бэкон говорил: «Есть лекарства хуже болезни». И вот теперь это признано и мировым сообществом фармакотерапевтов!

Однако долго, боюсь, очень долго надо будет очищать человеческие мозги от приоритета, от лекарственной доминанты. Сегодня время альтернативы: язвенную болезнь можно вылечить коррекцией питания, прополисом, зверобойным маслом, а можно омепразолом, метронидазолом, мезимом и т. д. У каждого есть выбор (вполне в духе времени) – а там уж кто что выберет.