Читать онлайн «История Древнего мира, том 1. Ранняя древность». Страница 131

Наряду с обычными рабами в пилосских надписях упоминаются и так называемые «божьи рабы или рабыни». Обычно они арендуют(Что наделы этих людей находились у них именно на условиях аренды, не может считаться доказанным. — Примеч. ред.) землю небольшими участками у общины (дамос) или у частных лиц, из чего можно заключить, что своей земли у них не было и, следовательно, они не считались полноправными членами общины, хотя не были, по-видимому, и рабами в собственном значении этого слова. Сам термин «божий раб» указывает, по всей вероятности, на то, что представители этой социальной прослойки состояли в услужении при храмах главных богов Пилосского царства и пользовались покровительством храмовой администоадии.

Значительная часть документов как пилосского, так и кносского архивов посвящена учету труда ремесленников. Среди них мы видим представителей самых различных профессий: кузнецов, каменщиков, портных, плотников, горшечников, оружейников, золотых дел мастеров и даже парфюмеров. За свою работу ремесленники получают из дворцовой казны паек, состоящий из ячменя и других продуктов. Неявка на работу отмечалась в особых документах. «Прогульщиков», очевидно, наказывали, хотя мы не знаем, как именно. Некоторые из ремесленников, вероятно, считались «людьми дворца» и, подобно многочисленным чиновникам, упоминающимся в тех же надписях, состояли на государственной службе. Их положение было, по всей видимости, ненамного лучше, чем положение женщин-рабынь. Другую категорию ремесленников составляли свободные общинники, для которых работа на дворец была лишь временной повинностью. Трудовыми повинностями такого рода как в Пилосе, так и в Кноссе облагалось, как это видно из документов, население небольших поселков, расположенных по периферии вокруг главного дворца и экономически от него зависевших. Ремесленники, привлекавшиеся на государственную повинность, не лишались личной свободы. Они могли владеть землёй и даже рабами, как и все другие члены общины.

Особое положение среди ремесленников, работающих на дворец, занимали кузнецы. Так, в Пилосе они были освобождены от поставок льна, считавшихся обязательными для всего остального населения Пилосского царства. Все кузнецы, проживавшие на территории государства, находились под надзором дворцовой администрации. Необходимый им для работы металл они получали из казны дворца вместе с заданием или уроком. Кузнецам, имевшим урок, помогали в их работе рабы, которых им, видимо, тоже присылали из дворцового хозяйства.

В документах кносского и пилосского архивов дворцовое хозяйство микенской эпохи предстает перед нами как мощная, разветвленная экономическая система, охватывающая практически все общество. Частное хозяйство, хотя, по-видимому, оно уже существовало в микенских государствах, находилось в податной зависимости от «государственного сектора» и играло при нем лишь подчинённую второстепенную роль. Государство монополизировало важнейшие отрасли, ремесленного производства и установило строжайший контроль над распределением и потреблением сырья, прежде всего металла. Ни один килограмм бронзы, ни один наконечник копья или стрелы не мог ускользнуть от бдительного взора дворцовой бюрократии. Весь металл, находившийся как в распоряжении государства так и в частных хозяйствах, тщательно взвешивался, учитывался и (фиксировался писцами дворцового архива на глиняных табличках. Все данные говорят о том, что в государствах ахейской Греции сложился тип экономики, аналогичный ближневосточному.

Основанное на принципах строжайшего учета и контроля, дворцовое хозяйство нуждалось для своего функционирования в бюрократическом аппарате. Документы пилосского и кносского архивов показывают его в действии, хотя многие организационные детали остаются пока неясными. Помимо штата писцов, служивших непосредственно в дворцовой канцелярии и архиве, в табличках упоминаются многочисленные чиновники, ведавшие работами и наблюдавшие за выполнением повинностей. Так, из документов пилосского архива мы узнаем, что вся территория Пилосского царства была разбита на 16 податных округов, во главе которых стояли наместники-коретеры. Каждый из них отвечал за исправное поступление в дворцовую казну поборов с вверенного ему округа прежде всего в виде металла, золота и бронзы, а также различных видов сельскохозяйственных продуктов. В подчинении у коретера находились должностные лица низшего ранга, управлявшие отдельными поселениями, входившими в состав округа. В табличках они именуются басилеями (Точнее, в микенском произношении, по-видимому, гвасилеями.). Басилеи осуществляли надзор за производством, например за работой кузнецов, состоявших на государственной службе. Сами коретеры и басилеи находились под неусыпным контролем центральной власти. Дворец постоянно рассылал во все стороны вестников и курьеров, инспекторов и ревизоров.

Во главе дворцового государства стоял человек, именуемый ванака, что соответствует позднейшему греческому ванакт, т.е. «господин», «повелитель», «царь». К сожалению, из документов ничего не известно о политических функциях и правах ванаки, но среди правящей знати он занимал особое, привилегированное положение. Принадлежащий царю земельный надел (теменос) в три раза превосходил земельные наделы других высших должностных лиц. В распоряжении его находилась многочисленная челядь. В табличках упоминаются «царский горшечник», «царский сукновал», «царский оружейник». Среди подчиненных царю Пилоса чиновников высшего ранга одно из наиболее видных мест занимал лавагвт, т.е. «воевода», «военачальник». Как показывает его титул, в его обязанности входило командование вооруженными силами Пилосского царства. Кроме ванаки и лавагета в надписях упоминаются и другие должностные лица. В круг высшей знати, тесно связанной с дворцом и составлявшей ближайшее окружение пилосского ванаки, входили, во-первых, жрецы главных храмов государства, во-вторых, высшие военные чины, прежде всего предводители отрядов боевых колесниц. Земледельцы и ремесленники были, судя по всему, политически бесправны и не принимали никакого участия в управлении государством (Существует мнение, согласно которому встречающийся в табличках пилосского архива термин дамос («народ») обозначает народное собрание, представляющее все свободное население Пилосского царства. Автору представляется более вероятным, что дамос — одна из территориальных общин (округов), входящих в состав государства (ср. позднейшие афинские демы)). Ниже, чем они, стояли только рабы, занятые на работах в дворцовом хозяйстве.

Дешифровка линейного письма Б не смогла решить все проблемы социально-экономической и политической истории микенской эпохи. Мы не знаем, например, какие отношения существовали между отдельными мелкими государствами: составляли ли они, как думают некоторые ученые, единую ахейскую державу под эгидой царя Микен, самого могущественного из всех правителей тогдашней Греции, или же вели совершенно обособленное и независимое существование. Последнее кажется более вероятным. Едва ли случайно, что почти каждый из микенских дворцов был окружен мощными оборонительными сооружениями, которые должны были надежно защитить его обитателей от враждебного внешнего мира, и прежде всего от ближайших соседей. Циклопические стены Микен и Тиринфа свидетельствуют о почти непрерывной вражде этих двух государств, деливших между собой плодородную Аргосскую равнину. Греческие предания рассказывают о кровавых усобицах ахейских владык. Повествуется, например, о том, как семь царей Артоса вмешались в борьбу между сыновьями фиванского царя Эдипа, пошли походом на Фивы, богатейший из городов Центральной Греции (Беотии), и после ряда неудачных попыток взяли и разрушили его. Раскопки показали, что дворец микенского времени в Фивах действительно был сожжен и разрушен в XIV в. до н.э., задолго до того, как погибли другие дворцы и цитадели.