Читать онлайн «Люфтваффельники». Страница 157

Сергей старательно писал замечательные протоколы липовых комсомольских собраний с грамотными и своевременными решениями и сногсшибательными идейными инициативами и головокружительными предложениями. Чего, например, стоит предложение, выйти с инициативой в правительство СССР о приглашение в нашу страну всех безработных жителей капиталистических стран, для предоставления им советского гражданства и последующего трудоустройства. Ведь по Конституции СССР, у нас в стране было гарантировано право на труд всем гражданам страны. К тому же, рабочих рук постоянно не хватало, а в загнивающих капиталистических странах свирепствует безработица, и прозябают от вынужденного безделья миллионы людей. Вот, их бы сейчас на БАМ (строительство Байкало-Амурской магистрали), или на целину?! Эх, глядишь и коммунизм не за горами! Как вы считаете? Коммунизм — это о-го-го! Ура, товарищи!

А если вывезти из вечно голодающей Африки всех бедствующих негров и организовать из них новые колхозы и совхозы на неосвоенных землях бескрайнего СССР. Да с такой массой благодарных рабочих рук, любая «Продовольственная программа» по плечу. Превратим все необработанные степи страны в цветущие поля! Обгоним Америку и Канаду по производству пшеницы! Ура, ура, ура!!! Ну, как масштабы? Размах и смелость мышления?! Дух захватывает?! То-то! Серега был еще тот генератор идей.

Его грандиозные доклады в вышестоящие комсомольские организации были наполнены политически зрелыми предложениями с далеко идущими перспективами и глубокомысленными анализами непростой ситуации в стране и во всем мире. Весь комсомольский актив батальона, буквально плакал от умиления и восторга, зачитываясь толстенными приложениями к протоколам и решениям комсомольских собраний, которые, «между нами девочками», вообще, ни разу не проводились. Спасибо тебе друг, за сэкономленное время и сохраненный в здравом уме рассудок.

Наша первичная комсомольская организация считалась образцовой и лучшей в батальоне, поэтому на отчетно-перевыборное собрание, всегда приходил важный и толстомордый полковник из политотдела. Худенький такой, килограмм на 140 или чуть-чуть побольше. Его огромный китель еле сходился на выпуклом шарообразном животике. Политрабочий важно садился на, жалобно скулящий под его внушительной задницей, стул и отчетно-перевыборная показуха начиналась.

Сергей Филин степенно выходил к трибуне, и не торопясь, с чувством, с толком и расстановкой, вещал часа три, а то и три с половиной. В зависимости от вдохновения. До знатного оратора Фиделя Кастро ему, конечно же, было далековато, но Сергей работал над собой. Он постоянно эволюционировал и прогрессировал. Его доклад был наполнен красивыми и непонятными словами и густо приправлен многочисленными цитатами основоположников марксизма и ленинизма. Не доклад, а песня! Под него очень неплохо дремалось.

Лишь один раз комсорг Филин увлекся и допустил досадную оговорку, типа: «Да здравствует великий теоретик и основоположник эпохальных идей прогрессивного социализма и неизбежного коммунизма незабвенный гений — Карл Маркс, а также его верный соратник и жена — Фридрих Энгельс!» Наше дружное классное отделение вовремя сориентировалось и вместо заслуженного хохота, переходящего в неудержимое ржание, мы встретили этот лозунг бурными аплодисментами, гармонично переросшими в продолжительные овации. Проверяющий полковник ничего не понял, его мозги прочно заплыли жиром, а оговорившийся Филин вовремя сдержал непроизвольную улыбку, степенно прокашлялся и с непревзойденным солидным достоинством продолжил грузить контролирующий партийный орган многочисленными ссылками на очередной доклад Генерального секретаря коммунистической партии СССР М.С.Горбачева.

По завершении грандиозного доклада, «политический» полковник долго плакал от умиления, временами даже рыдал. Он крепко жал руку курсанту Филину, многократно обнимал его, красноречиво благодарил за титаническую проделанную работу и лез слюняво целоваться. Затем, растроганный коммунист-политрабочий взгромождался на трибуну и, срываясь на эмоциональные всхлипывания и продолжительные рыдания, настойчиво рекомендовал переизбрать этого замечательного комсорга Филина на второй срок, причем, на безальтернативной основе.

Естественно, все были единогласно «за» и наша активная комсомольская жизнь продолжала бурно протекать только в липовых отчетах и фиктивных протоколах. Очковтирательство и показуха процветала! Не судите строго, а поймите правильно, мы были детьми своего времени. В то время, так жила вся наша страна.

И все было бы замечательно и гармонично, если бы не сработала система, обеспечивающая гарантированный карьерный рост всевозможных выскочек и комсомольских холуев-активистов.

Наши комсомольские вожаки, желая получить очередные блага и достойные распределения на дальнейшее место службы, дружно потянулись в ряды коммунистической партии Советского Союза, как стая алчных шакалов на запах свежего мяса.

Процедура приема в КПСС, несколько отличалась от массового и скоропалительного приема в ВЛКСМ. А именно — необходимо было выклянчить пару рекомендаций от старых и опытных партийцев, получить рекомендацию от первичной комсомольской организации, выдвигающей самого достойного из достойных. А еще, обязательно законспектировать полтонны работ плодовитого на разные бредовые идеи В.И.Ленина, и пару кубометров постановлений и решений всевозможных очередных и внеочередных съездов, а так же многочисленных пленумов и прочих запланированных и незапланированных бесконечных коммунистических сборищ, всяких банно-прачечных заседаний и полуночных партийных бюро, советов и вечеринок.

Затем, следовала обязательная продолжительная занудная беседа в политотделе училища, которая напоминала страшное судилище, и допрос с пристрастием, на котором выдавалось объемное задание на более глубокое изучение всех фундаментальных идей К.Маркса и Ф.Энгельса.

И в результате, тебя принимали кандидатом в члены КПСС. Далее, давался целый год, чтобы за это время, ты вырос над собой, проявил себя преданным идейным борцом за светлые идеи коммунизма.

У кандидата появлялось почетное и обязательное право присутствовать на многочисленных партийных собраниях и даже иметь совещательное слово. Тоесть, кандидат мог выходить на трибуну, откуда гневно вскрывать недостатки товарищей по партии и критиковать других членов КПСС, вплоть до Володи Нахрена или даже, самого великого и ужасного Пиночета. Но, это в теории! На практике, такими делами заниматься не стоит, поверьте на слово. Искренне не советую — сгноят в нарядах, сошлют в ТуркВО (Туркестанский Военный Округ) и похоронят в Кызыл-Арвате или в Каршах. Замечательные местечки, одни названия уже ласкают слух.

Испытание на партийную профессиональную пригодность длилось целый год. А там опять куча собраний, политотдел училища и прочее. В случае, успешного прохождения всех вышеуказанных процедур, тебя принимали в монолитную семью коммунистов. Своего рода — типа мафии, но на государственном уровне. Очень похоже! С каждой зарплаты отчислялась доля в «общаг», для обеспечения достойного содержания вышестоящего аппарата. А это, уже другие деньги! Не те детские 2 копеечки в копилку ВЛКСМ, а много больше! Но, и членство в партии давало тебе возможность претендовать на престижную работу за границей, на внеочередное право поступления в академию, на более успешный и быстрый карьерный рост и т. д. и т. п.

А можно было вообще забросить тяжелую службу и монотонную работу, и посвятить себя полностью, и всего без остатка партийной работе. Двигаясь по прямым коридорам и уютным кабинетам горкомов, райкомов, обкомов и прочих «-комов», можно было получать за этот непыльный труд, зарплату, превышающую денежное содержание обычного инженера, военнослужащего, учителя, врача и остального расходного материала. В разы!

К тому же, в эпоху тотального дефицита — от промышленных товаров до продуктов питания, комсомольско-партийные трудяги отоваривались в закрытых магазинах, получали весомые продуктовые наборы и возможность внеочередного приобретения автомобилей, телевизоров, дубленок и много еще чего, о чем обычные граждане нашей страны могли только мечтать. Именно, за такими колоссальными возможностями и скрытыми привилегиями, дружной и организованной толпой наши комсомольские вожаки, ломанулись в члены коммунистической партии на перегонки, расталкивая друг друга локтями, сбивая с ног конкурентов и вознося восхваления своим скудным достоинствам до заоблачных небес.

Их, естественно, быстренько и дружно рекомендовали куда следует. На комсомольских собраниях единогласно выдвинули куда надо, политотдел всех утвердил. Всем этим счастливчикам выдали серые книжки кандидатов в члены КПСС и все. Наступила тишина! Больше заявлений в партию не было! Месяц, два, три, полгода, ни одного! Политотдел напрягся.