Читать онлайн «Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура XX века.». Страница 84

1) Мысль и речь не успевают за переживанием вдохновенного, поэтому художник волен выражаться не только общим языком (понятия), но и личным (творец индивидуален), и языком, не имеющим определенного значения (не застывшим), заумным. Общий язык связывает, свободный позволяет выразиться полнее (пример: го оснег кайд и т. д.).

2) Заумь — первоначальная (исторически и индивидуально) форма поэзии. Сперва — ритмически-музыкальное волнение, пра-звук (поэту надо бы записывать его, потому что при дальнейшей работе может позабыться).

3) Заумная речь рождает заумный пра-образ (и обратно) — неопределимый точно, например: бесформенные бука, Горго, Мормо; Туманная красавица Илайяли; Авоська да Небоська и т. д.

4) К заумному языку прибегают:

а) когда художник дает образы еще не вполне определившиеся (в нем или во вне),

b) когда не хотят назвать предмет, а только намекнуть — заумная характеристика: он какой-то эдакий, у него четыреугольная душа, — здесь обычное слов в заумном значении. Сюда же относятся выдуманные имена и фамилии героев, название народов, местностей, городов и проч., напр.: Ойле, Блеяна, Вудрас и Барыбы, Свидригайлов, Карамазов, Чичиков и др. (но не аллегорические, как-то: Правдин, Глупышкин, — здесь ясна и определена их значимость).

c) Когда теряют рассудок (ненависть, ревность, буйство…).

d) Когда не нуждаются в нем — религиозный экстаз, любовь. (Глосса восклицания, междометия, мурлыканья, припевы, детский лепет, ласкательные имена, прозвища, — подобная заумь имеется в изобилии у писателей всех направлений).

5) Заумь пробуждает и дает свободу творческой фантазии, не оскорбляя ее ничем конкретным. От смысла слово сокращается, корчится, каменеет, заумь же — дикая, пламенная, взрывная (дикий рай, огненные языки, пылающий уголь).

6) Таким образом, надо различать три основные формы словотворчества:

I. Заумное

а) песенная, заговорная и наговорная магия.

b) «Обличение (название и изображение) вещей невидимых» — мистика.

c) Музыкально-фонетическое словотворчество — инструментовка, фактура.

II. Разумное (противоположность его безумное, клиническое, имеющее свои законы, определяемые наукой, а что сверх научного познания — входит в область эстетики наобумного).

III. Наобумное (алогичное, случайное, творческий прорыв, механическое соединение слов: оговорки, опечатки, ляпсусы; сюда же, отчасти, относятся звуковые и смысловые сдвиги, национальный акцент, заикание, сюсюканье и пр.).

7) Заумь — самое краткое искусство, как по длительности пути от восприятия к воспроизведению, так и по всей форме, например: Кубоа [Гамсун], Хо-бо-ро и др.

8) Заумь — самое всеобщее искусство, хотя происхождение и первоначальный характер его могут быть национальными, например: Ура, Эван — эвое! и др.

Заумные творения могут дать всемирный поэтический язык, рожденный органически, а не искусственно, как эсперанто.

А. Крученых. 1921 года.

(цит. по: Крученых А. Апокалипсис в русской литературе. Книга 122-я. Москва, 1923. С. 45–46).

Соч.:

Крученых А., Петников Г., Хлебников В. Заумники. М., 1921;

Крученых А. Заумный язык у Сейфуллиной, Вс. Иванова, Леонова, Бабеля, А. Веселого и др. М., 1925;

Крученых А. 15 лет русского футуризма. М., 1928;

Крученых А. Кукиш прошлякам. М. -Таллин, 1992;

Хлебников В. Наша основа // Собр. произв. Т. 5. Л., 1933;

Туфанов А. К зауми: Фоническая музыка и функции согласных фонем. Пб, 1924;

Туфанов А. Ушкуйники. Л., 1927.

Лит:

Современному состоянию изучения 3. посвящен спец. выпуск журнала «Il verri», № 29/30, 1983. Там же и библиографические сноски;

Русский футуризм: Теория. Практика. Критика. Воспоминания. М., 1999.

В. Б.

Своего рода «театр без актера», реализующий вместе с тем синтетические, «мистериальные» чаяния композитора А. Н. Скрябина, мечтавшего о новом Gesamtkunstwerk (см.: Гезамткунстверк) — единении сценического действа, слова, музыки, света, архитектуры, включаемых в естественную природную среду. Представления «3. и С.» — это современный вид зрелищного искусства, стереофонический радиотеатр, объединенный со световой архитектурой. В ночное время на естественной площадке исторического памятника с помощью электроакустических средств воспроизводятся события давних лет, осуществляя таким образом своеобразную радиотрансляцию из прошлого, создавая иллюзию путешествия во времени, иллюзию «коллективного спиритического сеанса» под открытым небом. Вместо традиционных действующих лиц сценическое действие разыгрывается между движущимися голосами в стереофонической атмосфере реальных шумов. Голос отделяется от актера и персонифицируется; шум отделяется от предмета и выступает как его «полномочный представитель» (в опоре на синестетические — см.: Синестезия — способности и воображение зрителя). Причем, звуки как бы исходят от тех камней, которые слышали и впитали их в себя когда-то. А динамический свет, освещающий естественные декорации (здания, деревья и т. д.), постоянно управляет вниманием зрителя, в кульминационные моменты объединяясь с музыкой.

Если мыслить кинематографическими категориями, то звук в этом новом искусстве монтируется с «пустым местом», точнее, с тем местом, где стоял (должен стоять) звучащий предмет, повторяя таким образом в своем стереозвучании траекторию данного предмета. Этим и создается удивительное ощущение, когда участник представления как бы присутствует в театре невидимок.

Каждое из новых искусств имеет в своей первично-психологической основе реализацию чуда: фотография и кинематограф фиксируют неповторимый миг, удовлетворяя, по А. Базену, «комплекс мумии»; радио и телевидение переносят событие в пространстве; светомузыка реализует чудо светящегося звука, удовлетворяя «комплекс Василисы Прекрасной». В представлениях «3. и С.» эксплуатируется чудо оживления, размораживания звуков и возвращения их из небытия, что осуществляется сегодня реально с помощью электроники.

«3. и С.» имеют свое собственное место в системе искусств, опирающихся на художественное воспроизведение факта. Документальное кино (и фотография) переносит события и во времени, и в пространстве. При всех достоинствах кинематографа это сопряжено с потерей магического воздействия эффекта присутствия. Телевидение воспроизводит сейчас происходящее событие, перенося его в пространстве (соприсутствие во времени). Представления «3. и С.» переносят происходящее здесь событие во времени (соприсутствие в пространстве).

Первый в мире спектакль «3. и С.» состоялся во Франции (1952 г., Шамбор, реж. П. Робер-Уден). При содействии французских специалистов такие стационарные представления были организованы в Бельгии (1955). В Англии «3. и С.» начали освоение архитектурных памятников с 1957 г., в Америке — с 1962; в Индии — с 1965 г. В 1960 г. прошла премьера «3. и С.» в Австрии, в 1967 г. — в Финляндии, в 1975 г. — в Польше. В СССР первые светозвуковые представления были проведены в Казани (1979), Самарканде (1975), Новороссийске (1979).

Сценическими площадками для звуко-световых представлений могут служить замки и дворцы (Шамбор и Версаль во Франции, Парфенон в Греции, Тауэр в Лондоне, Колизей в Риме, Регистан в Самарканде и т. д.); мемориальные комплексы и памятники (пирамиды в Египте и Мексике, скульптурная аллея поэтов в Бухаресте, памятник павшим в Казани); ландшафтные зоны (лес в Домреми — начало похода Жанны Д'Арк, побережье Нормандии — высадка десанта в 1944 г.); производственные здания (административный комплекс фирмы «Дженерал электрик», США); правительственные учреждения (парламент в Оттаве, Капитолий в Вашингтоне, Красный форт в Дели, ратуша в Познани); знаменитые корабли на вечной стоянке («Виктория» в Англии, «Северная Каролина» в США); целые города (древняя столица Ирана Персополис, Прага в проекте чехословацкого сценографического института); интерьеры крупных залов (театр «Форд» в Вашингтоне — сцена убийства Линкольна и т. д.).

В основу сценария кладутся и реальные события, и легенды, связанные с данным местом; текст может быть прозаическим, документальным и поэтическим. Анализ социально-эстетических функций представлений «3. и С.» показывает, что кроме художественной их самоценности как новой и эффектной формы зрелища они представляют собой: эмоционально-активное средство пропаганды (обычно премьеры этих спектаклей оформляются как акт государственной значимости); наглядную и захватывающую школу истории (и для взрослых, и для детей, причем во Франции посещение таких спектаклей включено в обязательную школьную программу); возможность охраны исторических памятников (за счет прибылей со спектаклей производятся реставрационные работы и необходимые научные исследования); активную форму развития туризма, включая и международный.