Читать онлайн «Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура XX века.». Страница 240

Л. Б.

Понятие, обозначающее переживания и фантазии, связанные с сексуально-чувственной областью жизни человека. Мировое эротическое искусство образует весьма значительный сектор мировой культуры, игнорирование которого неизмеримо бы оскопило и упростило наши представления о человеке. Исторический опыт претворения эротической темы в искусстве проливает свет на относительность «дозволенного» и «недозволенного» в поведении человека, на подвижность критериев в разведении его потребностей на «истинные» и «неистинные». Присутствующее во всех культурах и цивилизациях, Э. искусство демонстрирует чувственную пластичность человека в истории, способно раскрывать сложную психологическую мотивацию его поведения.

По мере развития европейской культуры эротическое переживание постепенно обособляется как самостоятельная область, не сводящаяся целиком ни к любовному чувству, ни к физиологической стороне сексуального общения. Возникновение самостоятельного эротического воображения отличает психику относительно независимой индивидуальности; этот процесс заявляет о себе в период раннего Возрождения. До этой поры характер воплощения эротических тем в европейском искусстве почти целиком был обусловлен не столько внутренне психологическими потребностями, сколько внешними факторами: особенностями языческой мифологии, господствующими христианскими догматами, устойчивыми формами бытового уклада и социальной жизни.

Синкретический характер античного эроса делал восприятие Э. скорее ритуализированным, чем индивидуально-неповторимым: в его корнях еще очень мало психологического фермента. Сегодня, с большой исторической дистанции гораздо легче выявить сакральные, этические, познавательные функции античного эроса, нежели уловить невидимые связи между его эстетическим профилем и внутренними потребностями личности. Исключение, пожалуй, составляет античная лирика, по самой своей природе ориентированная на интимно-личностное, сокровенное.

Эволюция Э. переживаний испытала на себе воздействие глобальных тенденций, присущих античной культуре в целом. Так, если, например, в изобразительном и прикладном искусстве классической Греции эротические сюжеты отмечены особой эмоциональностью и нежностью, то в эпоху эллинизма эмоционально-духовное качество эротической темы заметно нисходит; интимный акт воспроизводится среди других как своеобразный каталог сексуальных позиций, в которых абсолютизируется физиологический элемент.

Так, уже на рубеже новой эры заявляет о себе серьезная проблема, надолго укрепившая сомнения относительно возможностей художественного воспроизведения Э. — проблема соотношения эротики и порнографии. Как отмечается в британской Энциклопедии мирового искусства, «проблема критерия, отделяющего физиологические проявления сексуальности от их художественно-эротических форм, долгое время оставалась краеугольным камнем бесчисленных споров в мировой культуре». В научной литературе и по сей день существует разноголосица мнений на этот счет. Так, в частности, американский исследователь Кен Байнес, обобщив большой фактический материал, предложил несколько критериев различения художественной эротики и порнографии. В первой, по его мнению, всегда присутствует индивидуальность, придающая произведению гуманистический пафос, в тo время как деградация художественного начала в порнографии проявляется в том, что она безлична. Во-вторых, восприятие художественно-эротического вполне может быть публичным, в то время как порнография всегда рассчитана на сугубо приватный характер.

И тем не менее раз и навсегда установленных критериев здесь быть не может, ведь участие искусства в развитии и обогащении человеческой чувственности всегда было многоплановым: на разных этапах культуры имелось достаточно обильное число произведений, представляющих Э. формы человеческого поведения как особый дар, воспевающих красоту очеловеченной сексуальности самой по себе, ее волнующую эмоциональность и притягательную силу. Художественные произведения, таким образом, всегда играли заметную роль в формировании эталонов сексуального поведения, с другой стороны, выступали важным компонентом в создании особой эмоциональной среды, которая дарила человеку ощущение полной реализации жизненных сил, чувственно компенсировала заземленность повседневного существования.

Сегодняшние исследователи сходятся в том, что эротика — это специфическое качество, присущее только человеческой сексуальности, у животных эротика отсутствует. Для наслаждения именно эротикой, а не механическим сексом, необходимо развитое эстетическое чутье, умение осуществлять в сексуальном общении не просто репродуктивную, но и рекреативную функцию, то есть привносить в него игру, фантазию, разнообразие, непредсказуемость. Да и в самом человеческом обществе эротика как творческий, игровой уровень сексуального поведения, не сводящийся только к функциональности, возникает не сразу, есть результат развитой индивидуальной психики и самосознания.

По мере обогащения и усложнения психики человека отношения полов осознанно и неосознанно переносились на все стороны окружающего его мира; многие продукты человеческой деятельности оказывались пропитаны Э. ферментом. Последний явно или неявно проявлял себя в костюме, в интерьере жилища, в формах общения, этикете и т. п. Все эти повседневные проявления несли в себе общепонятную символику, выраженный эротический код, ритуал ухаживания, сексуальную технику, регулирующую отношения полов, формирующих особый стиль жизни.

Наблюдения над претворением художественно-эротического в разных эпохах и культурах позволяют прийти к идее о том, что живая, полнокровная чувственность поддерживает тонус культуры. Именно по этой причине, исходя из своих потребностей и ожиданий многие общества отводят определенное место поискам возбуждения и уделяют этому специальное время. Одни фазы исторического развития вызывают к жизни гладиаторские бои, другие — смертельные схватки тореадоров, третьи — грандиозные эстрадные шоу, мюзик-холлы, ночные клубы, соревнования танцоров, позирование атлетов.

Особо важным является следующее обстоятельство: чем большую биографию набирало Э. искусство, чем теснее становились взаимодействия между разными цивилизациями, тем меньшее влияние на Э. переживание оказывал официальный «культурный код», закрепленный в безличных социальных нормах и правилах. В XIX и особенно XX в. разные модусы чувственности не столько сменяют друг друга, сколько наслаиваются и сосуществуют. Искусство, в свою очередь, также не стремится к канонизированной трактовке Э. тем, а демонстрирует в различных художественных течениях всю противоречивую мозаику действия Э. переживания.

Новая эмоционально-культурная среда, в которую оказался помещен человек, также повлияла на изменение форм его чувственности и сексуального поведения. Об этом красноречиво свидетельствует всеохватный анализ поисков жизненного смысла, который мы находим в произведениях таких классиков XX в. как М. Пруст, Т. Манн, Г. Гессе, Гарсиа Маркес, X. Кортасар, Ж. Амаду, Л. Висконти, П. Пазолини и мн. др. Об этом же говорит специальное внимание, проявляемое к эротической проблематике крупнейшими мыслителями нашего столетия — Г. Маркузе («Эрос и цивилизация», 1956), П. Сорокиным («Разумный сексуальный порядок», 1961), М. Фуко («История сексуальности», 1976) и др.

Художественно-эротическое, таким образом, никогда не выполняло в истории культуры одной, раз установленной функции, а всегда являлось разными гранями. От простого любования человеческим телом художник переходил к анализу интимной сферы как важнейшей психологической составляющей поведения, затем шел дальше, раскрывая значение инстинктивного и бессознательного в сложных зигзагах человеческой судьбы. С усложнением задач одна художественная оптика сменялась другой, не оставляя после себя никакой вечной нормы. Многочисленные современные исследования отличает взгляд на Э. искусство как органичный и захватывающий способ избежать автоматизма существования, противостоять рационализму «здравого смысла», погружаясь в очищающее пространство влечения.

Лит.:

Кон И. С. Вкус запретного плода. М, 1991;

Кривцун О. А. Психологические корни эротического искусства // Психологический журнал, 1992, № 1;

его же. Эволюция художественных форм. М, 1992;

Лосев А. Ф. Эрос у Платона // Вопросы философии, 1988, № 3;

Новополин Г. С. Порнографический элемент в русской литературе. СПб, 1908;