Читать онлайн «Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура XX века.». Страница 220

В сферу эстетически значимых попадают элементы, формирующие облик производственной Среды на промышленных предприятиях, которые до этого в ограниченной степени являлись объектами художественно-проектной деятельности: трубы, градирни, эстакады, водонапорные башни, силосы, воздухозаборные шахты, трубопроводы, установки кондиционирования и другое, что до недавнего времени предпочитали скрывать от зрителя.

Преображенные эстетическим видением художника, архитектора, дизайнера и вынесенные из подвалов и чердаков на фасады и в интерьеры зданий инженерные коммуникации и технологическое оборудование оказывают сильное эмоциональное воздействие благодаря необычности форм, скульптурности объемов, интенсивности цветовой окраски противопожарного покрытия, блеску отшлифованной поверхности стального каркаса.

Выйдя за пределы промышленной архитектуры, Х. -Т. распространился на широкий спектр архитектурных построек: Центр искусств имени Ж. Помпиду в Париже, арх. Роджерс и Пиано; Сейнсбери-центр, Англия и банк в Гонконге, арх. Фостер; здание страховой компании «Ллойд», Лондон, арх. Роджерс; здание ссудного банка в Мюнхене ФРГ, арх. В. и Б. Бетц; всемирные выставки, павильоны.

При использовании разных языковых средств и композиционных приемов Х. -Т., с одной стороны, тяготеет к крайним проявлениям техницизма с его апологетикой формы, вырастающей из голой технологии, с другой, — в своем внефункциональном декоративном использовании элементов технологии и конструкций, в откровенно театрализованном технологическом «шоу» стиль Х. -Т. выступает одной из ветвей постмодернизма.

Соединение в одном произведении противостоящих ориентации в конкретной реальности принимает форму синтеза техницизма и функционализма с экспрессионизмом: нагромождение форм, массивные извивающиеся трубопроводы, гипертрофированные конструкции, где преобладает обыденное, выведенное в ранг сверхграндиозного. Существование и жизненность Х. -Т. показывает невозможность изменения и создания языка нашего времени без обратной связи с техникой, современными методами производства и эстетикой активного художественного переживания острого своеобразия современной технологии.

Самостоятельное художественное развитие формы технологических и конструктивных элементов здания, отделенное от функционального, становится причиной изменения основополагающих принципов; технологические элементы приобретают символическое значение, становятся знаками, наличие которых является критерием для оценки новизны, прогрессивности архитектуры.

А. Ермолаев, В. Савинкин

Нидерландский историк и культуролог. Проф. кафедры всеобщей истории в Гронингенском университете (с 1905 г.), возглавлял кафедру истории в Лейденском университете (с 1915 г.) Ректор Лейденского университета, президент Академии наук в Амстердаме (с 1933 г.), почетный доктор ряда университетов. Председатель комитета по культурному сотрудничеству Лиги Наций (с 1938 г.). В деятельности X. Прослеживают три этапа: исследование древнегерманских языков, древнеиндийской литературы, религии и медицины; изучение европейской и прежде всего нидерландской истории позднего Средневековья и Нового времени; критика современной культуры.

Отрицая объективные законы общественного развития, придерживался эстетического подхода к истории, метода «вживания» исследователя в духовно-психологическую суть событий. X. стремился описать «дух» эпохи, ее ментальность; через анализ искусства, общественной и индивидуальной психологии, образа жизни и общественных идеалов реконструировать господствующую картину мира. Произведения X. соединяют в себе глубину и многосторонность исторического анализа с яркой художественной формой изложения; способствовали расширению общественного интереса к истории, оказали воздействие на становление историографического жанра портретирования эпохи.

X. — страстный и последовательный антифашист. Причины кризиса европейской и прежде всего немецкой культуры, а также питательную среду для тоталитарных профашистских режимов видел в господстве иррационализма в философии, этике, искусстве; в позитивизме и прагматизме в науке; в целенаправленной дерационализации общественного сознания, его мифологизации. Работы X. содержат критику массовой культуры и господствующего типа личности, названного им «полуобразованным» или «пуэрилистическим» (от лат. puer — юноша, мальчик). Предсказывал возможность экологической катастрофы.

Понятие культуры связано для X. с равновесием материальных и духовных ценностей, с согласованностью отдельных культурных факторов (науки, техники, политики, религии, философии), с приоритетом высших метафизических идеалов над потребностями индивида, отдельных социальных групп, партийно- или национально-эгоистическими интересами. X. считал необходимой гармонию разума и веры, ориентацию на христианскую этику в сочетании с организующими и эзотерическими возможностями других религий, — построение «цивилизации гуманной» основанной на интернациональном правопорядке, самоценности человечества и его культуры.

Особую известность принесла X. концепция игрового элемента культуры («Homo ludens» 1938 г.), соединившая в себе культуркритические и историографические воззрения ученого.

Игра, согласно X., — экзистенциальная и витальная категория. Потребность в игре не связана с какой-либо ступенью развития культуры, с определенной формой миросозерцания. X. определяет игру как «свободное действование» в границах правил, обладающее собственным временем и пространством, стоящее вне обычной жизни, но полностью овладевающее участниками. Настоящая игра не связана с материальной пользой, но дает радостное возбуждение, раскрывает человеческие способности, сплачивает группу. Игра воспитывает «человека общественного», способного добровольно и сознательно участвовать в жизни коллектива, подавлять свои эгоистические интересы, руководствоваться понятиями солидарности, чести, самоотречения и т. п. X. подчеркивает эстетичность игры, присущую ей гармонию и красоту, которые создаются свободным полетом фантазии и творчеством при одновременном соблюдении строгих правил действия и игровой морали. X. соединяет шиллеровско-романтическое понимание игры как свободно-творческой активности, — высшим воплощением которой является искусство, — с трактовкой ее как способа организации деятельности и общения, подчеркивая при этом нравственную сторону «честной игры».

Игра, в понимании голландского историка, — один из культурных идеалов и одна из трансцендентальных метафизических ценностей. Игровой элемент прослеживается им во всех сферах культурной деятельности: в поэзии, науке, военном и гражданском праве, философии, в быту, в празднично-игровых формах коллективной активности. Анализом культуры с точки зрения игры стремился продемонстрировать эрозию и фальсификацию этой универсалии в современной общественной жизни и тем подтвердить тезис о кризисе культуры. Подход к вопросу о культуре и игре сближает X. с К. Гроссом, К. Кереньи, Р. Гвардини, Г. Гессе, X. Ортегой-и-Гассетом.

Ученый не ставит своей целью проанализировать во всей полноте сам культурный материал, так как его задача — заявить тему с открытой культуркритической функцией. «Homo ludens» — культурологическая утопия с отчетливо выраженным политическим, прежде всего антифашистским, смыслом; создание образа «настоящей» культуры с тем, чтобы противопоставить его тенденциям культуры XX столетия. Игрология X. является неотъемлемой частью современной теории и истории игры, a «Homo ludens», одновременно, — образцом европейской гуманистической эссеистики и политической публицистики.

Осн. соч.:

Осень Средневековья. М., 1988;

Человек и культура // Западноевропейская эстетика XX века. Вып. l. M.,1991;

Homo ludens. В тени завтрашнего дня. М., 1992;

Amerika levend en denkend. Haarlem, 1927;

Niderlands beschaving in de 17-e Eeuw. Haarlem, 1941;

Wenn die Waffen schweigen. Basel, 1945;

Mein Weg zur Geschichte. Letzte Reden und Skizzen. Basel, 1947.

Лит.:

Тавризян Г.M. О. Шпенглер и Й. Хейзинга: две концепции кризиса культуры. М., 1989;

Кривко-Апинян Т. А. Мир игры. СПб, 1993;

Kaegi W. Das historische Werk I. Huizingas, Leiden, 1947;

Koster K. I. Huizinga, 1872–1945. Mit einer Bibliographie. Obarursel (Taunus), 1947.

T. Апинян