Читать онлайн «Черный роман». Страница 71

Нечего удивляться тому, что Б. Райнов видит садиста и психопата и в Майке Хэммере, и в самом Спиллейне, ибо поэтизировать убийство как высшее наслаждение способны только опасные маньяки.

Против кого же борется герой М. Спиллейна? Оказывается, его главные враги — коррупция и…«красная зараза». По Спиллейну, самые страшные злодеи это коммунисты. По его уверениям, американскими коммунистами управляет советская разведка. Нетрудно прийти к заключению, что это не простая неприязнь буржуа, а патологическая ненависть, некое умопомрачение. И Б. Райнов с полным основанием делает вывод: «Патологический антикоммунизм — вот пафос, вдохновляющий все псевдолитературное творчество М. Спиллейна».

Однако, заранее зная, что нагромождение фантастических выдумок о «красной угрозе» и советских агентах еще недостаточно, чтобы обеспечить роману успех, М. Спиллейн старается сдобрить его столь же неумеренной дозой криминальных и сексуальных приключений. И если честный художник Д. Хэммет за свои обличительные книги был брошен в тюрьму, то творения Спиллейна обеспечивают ему благоволение полицейских властей и восторг озлобленного обывателя. «Ведь клиентура Спиллейна, — пишет Б. Райнов, — это та часть американского общества, у которой в почете не мысли, а «энергичные действия», действия федерального бюро, ку-клукс-клана, действия убийц братьев Кеннеди и Мартина Лютера Кинга».

Что и говорить, прав Б. Райнов, к невинному чтиву творения М. Спиллейна никак не причислишь. Это грязная политическая пропаганда, настойчивая проповедь мракобесия, а детективные сюжеты и авантюрные ситуации в них — только приманка.

Мы несколько подробнее остановились на характере детективных романов М. Спиллейна, чтобы еще раз обратить внимание читателя на то, какое тлетворное влияние на души людей способны оказывать эти романы, эти начиненные ядом поделки буржуазной массовой культуры, а если к этому добавить, что М. Спиллейн не одинок и что грязные книжонки спиллейнов буржуазные издатели к собственной выгоде выпускают миллионными тиражами (напомним, что «шедевры» одного только Спиллейна выпущены в США тиражом 74 миллиона экземпляров), то лишний раз поймешь значение книги Б. Райнова, его бескомпромиссной борьбы с трубадурами холодной войны.

Автор исследования доказывает, что вдвойне опасны в смысле пагубного воздействия на миллионы людей экранизации худших образцов буржуазного детектива. Ведь мало сказать, что «шедеврам» Спиллейна и других подобных писателей открыта дорога на киноэкран. Для их экранизации создается обстановка максимального благоприятствования. Вот почему на Западе так много кинофильмов ужасов, насилия, — фильмов, которые десятилетия служили разносчиками микробов холодной войны, антикоммунизма.

В книге приводится немало примеров того, как сочинители детективных романов для пущей увлекательности раскрывают перед читателями всю кухню преступного мира, подробно описывают приемы гангстеров, взломщиков, грабителей банков и т. п. Достаточно сослаться хотя бы на Ле Бретона, который в своем романе так блеснул знанием воровских приемов, что возмутил полиции многих западных стран. И Б. Райнов с полным основанием констатирует, что искусство, популяризирующее преступление, способствует дальнейшему росту преступности в жизни.

Если криминальный роман в западных литературах, когда-то сторонившийся политики, в последнее время интенсивно «политизировался», то шпионский роман, ставший как бы самостоятельным жанром, всегда служит выражением определенных политических взглядов. Не случайно Б. Райнов проявляет к нему столь пристальное внимание и раскрывает перед читателем подлинную сущность «массовой литературы», в основе содержания которой — шпионаж, диверсии и контршпионаж.

Заметное различие между романом детективным и шпионским Б. Райнов видит в том, что в первом существует сильное реалистическое направление, тогда как последний, за редким исключением, далек от реализма.

В противовес тем снисходительным критикам, которые не склонны обращать внимание на политическую направленность буржуазного шпионского романа, относя и его к категории чисто развлекательной литературы, Б. Райнов целым рядом типичных примеров убеждает, что не такая уж это праздная забава. Неприкрытая тенденция шпионского жанра— вселить в сознание миллионных масс читателей целую систему фальшивых и зловредных идей. Порождение холодной войны, буржуазный шпионский роман видит свое предназначение в том, чтобы доказать агрессивный характер коммунизма, спасительную для человечества роль западных разведок. Вот почему почти каждое творение этого жанра полно идейной пошлости и политической клеветы на советское государство, на все социалистическое содружество.

Какой «шедевр» этого жанра ни возьми, в нем шпионская деятельность неотделима от насилия. Ведь для тех, на кого возложена «спасительная миссия», все средства хороши. Именно разгул насилия и аморализма всех видов придает шпионским романам в буржуазной литературе ту «пикантность», которая, по мнению иных западных критиков, так полезна для гимнастики мозга, для душевной разрядки. Проповедь аморализма в такого рода литературе сопровождается определенной аргументацией. Тут можно вспомнить ссылку Б. Райнова на рассуждения Буало и Нарсежака, которые пишут: «Шпион, что бы он ни делал, никогда не является подлинным преступником… Законы войны заранее прощают его, оправдывают, извиняют… Любые действия дозволены, любая ложь разрешена». Автор исследования резонно замечает в адрес создателей шпионских романов и критиков подобного рода, что и на войне не все дозволено.

Б. Райнов воссоздает картину бурного расцвета в 50-е годы «массовой литературы» о шпионаже и контршпионаже. Тут и француз Жан Брюс, накропавший за 10 лет 87 романов, достигших общего тиража 42 миллиона экземпляров, и Поль Кени, «осчастлививший» западный мир 80 романами, — тоже десятки миллионов книжек, и множество других предпринимателей от литературы.

В качестве наиболее типичного примера дешевой шпионской макулатуры Б. Райнов приводит сочинения Яна Флеминга, пропитанные ядом ненависти и злобной клеветы на социалистические страны. На Западе критика не отрицает, что Флеминг — оголтелый реакционер. Его книги насквозь антихудожественны. Нисколько не заботясь о соблюдении элементарных литературных норм, Флеминг все подчиняет политической задаче — создать призрак коммунистической угрозы, вызвать страх у миллионов читателей, посеять ненависть к странам социалистического лагеря. Всемогущий герой Флеминга Джеймс Бонд, по остроумному замечанию Б. Райнова, стал жертвой простых читателей — они очень скоро отвернулись от него, напрочь забыли своего «кумира». Автор книги делает вывод, что девальвация творчества Флеминга явилась началом девальвации всей продукции шпионского жанра, поражающего своим примитивизмом и безвкусицей. Именно примитивизм, безвкусица, художественная беспомощность подавляющего большинства шпионских романов в значительной мере обезвредили это оружие холодной войны, ослабили его пагубное воздействие на умы людей.

Б. Райнов останавливает пристальное внимание на тех авторах и произведениях исследуемого жанра, которые можно было бы назвать счастливым исключением. Англичанин Лен Дейтон, например, сознательно противопоставляет свои книги изрядно надоевшему шаблону, по которому всемогущие супермены западных разведок победно сражаются с «коммунистическими агентами». В Л. Дейтоне уже виден настоящий романист, умеющий правдиво изображать человеческие поступки и характеры. У него хватило мужества показать в своих книгах подноготную западных разведок, раскрыть ложь и обман в отношениях между ними. Б. Райнов похвально отзывается о разумной попытке Л. Дейтона изобразить советского разведчика человеком проницательным, ловким, убежденным в правоте своего дела, руководствующимся взглядами и моралью социалистического общества, тогда как представителей буржуазной разведки, изображаемых Л. Дейтоном, отличает алчность, чрезмерная самонадеянность. Конечно, имея слабое представление о мире социализма, английский писатель не мог дать вполне правдивый портрет советского человека. Объективно оценив творчество Л. Дейтона, отметив его художественное мастерство, Б. Райнов особо подчеркивает, что этот английский романист создал первые оригинальные произведения рассматриваемого жанра и «сделал первую попытку увести этот жанр в сторону от антикоммунистической истерии».

Очень интересно Б. Райнов анализирует творчество Джона Ле Карре, чьи романы имели большой успех. Достоинство их в том, что в них дано острокритическое изображение буржуазной действительности. «Перед нами, — пишет Б. Райнов, — возникают образы людей, противоречия и драмы, убедительные в своей жизненной сложности и реалистической достоверности».