Читать онлайн «В поисках Великого хана». Страница 68

У адмирала успела отрасти белая борода, довольно окладистая и придававшая ему почтенную внешность монаха-воина. У большинства его спутников половина лица тоже была покрыта растительностью, причем у некоторых бороды были редкие и вьющиеся, как у арабов, а у других — жесткие и взъерошенные, что придавало им сходство с грозными разбойниками, хотя многие из них и были почтенные моряки и отцы семейств.

Высаживаясь на берег, христиане были настолько взволнованы, что почти не обращали внимания на туземцев, собиравшихся невдалеке небольшими группами и со страхом и любопытством взиравших на них.

Колон велел обоим капитанам стать рядом с ним и взмахнуть знаменами с зеленым крестом — он и сам распустил королевское знамя и размахивал им, приветствуя таким образом их высочества, монархов Испании. И тотчас же вслед за этим адмирал обратился к Родриго де Эсковедо как нотариусу флотилии и Родриго Санчесу де Сеговия как королевскому контролеру на ней, прося их засвидетельствовать, что он, дон Кристобаль, вступил во владение этой землей от имени короля и королевы, своих повелителей, и что он дает этому острову название Сан Сальвадор. И, обнажив шпагу, адмирал срезал вокруг себя немного травы, после чего нанес несколько ударов по ближайшим деревьям, что в те времена было в обычае у мореплавателей и путешественников, открывающих новые земли, и считалось знаком принятия их во владение.

«Туземцы, — записал этой ночью Колон у себя в тетради, — показались мне людьми крайне бедными и испытывающими во всем нужду. Они ходят голыми, в чем мать родила, и это относится даже к женщинам, хотя я видел лишь одну взрослую девушку. Все те, кого мне пришлось видеть, — молодые люди: среди них не было ни одного человека старше тридцати лет; все они весьма хороши собой: тела у них ловкие и красивые, и лица приятные; а волосы у них грубые, похожие на конский волос, и подстриженные чуть повыше бровей, за исключением нескольких прядей, которые они носят сзади, отращивая их очень длинными, и никогда не стригут».

Цветом кожи они напоминали Колону туземцев Канарского архипелага: они были не черными, не белыми и даже не очень темными; одни из них разрисовывали себе лицо, другие — тело, а некоторые только глаза и нос. Они не знали употребления железа, и их дротики были простыми палками с острым, обожженным в огне концом или с насаженным на конец рыбьим зубом. И Колон, восхищаясь жителями вновь открытой земли, писал: «Все они — люди рослые, ноги у них у всех очень прямые, и нет отвислого живота». Под конец адмирал признавался себе не без горечи, что хотя они, по-видимому, и славные люди, но уж очень бедно живут.

Пришельцы и туземцы, пользуясь языком жестов, всеми силами старались как-нибудь объясниться между собою. Островитянам каждое слово белых, все их жесты и интонации казались каким-то колдовством, непостижимыми и неведомыми обрядами, принятыми лишь у существ, явившихся с неба. До сей поры туземцы жили на своих землях в полнейшем уединении, самое большее — выезжая в легких челноках на близлежащие острова. За пределами этого узкого круга все остальное было для них беспредельным морем, населенным духами, небесными существами, насылающими бури, дожди, ураганы, дарующими солнечный свет и тепло, производящие растения и всякую пищу.

На заре туземцы увидели вышедших из моря чудовищ, показавшихся им необъятными, — плавучие рощи с высокими, чуть не до самого неба, деревьями, увенчанными сплошной трепещущей на ветру белой или разноцветной листвой (парусами и флагами). Первыми выступили над поверхностью моря верхушки деревьев, и они поднимались все выше, пока наконец эти плавучие рощи не замерли на близком расстоянии от их берегов, исторгнув из себя несколько челноков гораздо больших размеров и более тяжелых, чем их собственные. Эти каноэ были полны необыкновенных существ с телами, покрытыми разноцветной татуировкой (одежда) и завернутыми в блестящую и жесткую ткань (панцири и шлемы), которая отражала от себя яркие лучи света совсем так же, как воды их озера в полуденный час.

У всех этих существ развевались на голове разноцветные перья, такие же, как перья лоро и попугаев, ютившихся на деревьях их острова. Лица пришельцев были усыпаны хлопком, белым, красным или же черным, — ибо такими представлялись бороды европейцев этим островитянам с красноватым оттенком кожи и совершенно безбородыми лицами.

Вновь прибывшие были бледными, как мертвецы, и те из туземцев, которые занимались колдовством и потому привыкли краситься в цвета смерти, приближались к ним с большим доверием, чем все остальные, словно вдохно-вляемые на это тайным сродством между ними.

Кацик[84] бледных людей (адмирал), с лицом, усыпанным белым хлопком, держал в руке очень длинную палку, на верхушке которой размахивал крыльями попугай огромных размеров (королевское знамя). Два других духа моря, с черным хлопком на лицах, стоя возле него, держали в своих руках попугаев зеленого цвета (Пинсоны со своими знаменами).

Кацик с большим попугаем сказал что-то на неведомом языке одному из этих бледных людей (нотариусу), державшему в правой руке тонкую палочку, а в левой — белый лист, похожий на листья растений, нанося на него какие-то колдовские значки, пока его начальник продолжал говорить. И туземцы, привыкшие произносить нараспев колдовские заговоры и заклинания, подхватывали и благодаря изумительной памяти первобытных людей повторяли эти слова, не понимая их смысла.

Говоривший кацик извлек затем из своего тела скрытую где-то у него на боку блестящую палку (шпагу), и все увидели в ней величайший талисман, вместилище магических сил, подвластных этим пришельцам.

Обитатели острова силились понять их слова и предлагали им то, в чем, судя по их внешности, они могли нуждаться. Они видели их знамена, перья на шлемах и шляпах и тотчас же начали подносить им в дар многочисленных попугаев, единственных сколько-нибудь значительных представителей животного мира, которых могли обнаружить на этом острове открывшие его мореплаватели. Затем они с ребяческим любопытством начали ощупывать лица белых волшебников и после этого стали предлагать им большие охапки хлопка — единственное, чем они располагали и что, по их мнению, могло быть полезным этим спустившимся с неба существам.

Адмирал, напряженно смотревший по сторонам в поисках хоть какого-нибудь намека на то, что являлось главным предметом его забот, заметил наконец кусочек золота, висевший под носом у одного из туземцев. Завидев эту тоненькую золотую пластинку, он внезапно почувствовал прилив бодрости. Он расстался с сомнениями, мучившими его при высадке на берег, и принялся с помощью знаков расспрашивать, где именно островитяне находят этот металл.