Читать онлайн «Личностный потенциал. Структура и диагностика». Страница 197

13. Шкала академической мотивации (AMS-C) Р. Валлеранда с соавт. ( Vallerand, Pelletier, Blaise et al., 1992), модифицированная Т.О. Гордеевой и Е.Н. Осиным (не опубликована). Она включает шкалы внутренней и внешней мотивации (идентифицированной и интроецированной), а также амотивации как отсутствия интереса и осмысленности текущей учебной деятельности.

14. Шкала академического контроля Р. Перри ( Perry, Hladkyj, Pekrun, Pelletier , 2001) и разработанная Т.О. Гордеевой Ситуативная шкала академического контроля (применительно к ситуации обучения в университете; не опубликована).

15. Шкалы диспозиционной и ситуативной субъективной витальности Р. Райана и К. Фредерик ( Ryan, Frederick , 1997) в адаптации Л.А. Александровой и Д.А. Леонтьева (не опубликовано), измеряющие переживание бодрости, энергичности, наполненности жизненными силами.

16. Шкала удовлетворенности жизнью Э. Динера с коллегами ( Diener, Emmons, Larsen, Griffin , 1985), в адаптации Е.Н. Осина и Д.А. Леонтьева (см. Осин, Леонтьев , 2008), отражающая оценку респондентом собственной жизни как соответствующей его желаниям.

17. Опросник общего здоровья General health Questionaire, GHQ ( Goldberg , 1978; перевод Е.Н. Осина), измеряющий уровень психического и физического благополучия индивида.

Обработка данных выполнялась при помощи статистического пакета StatSoft Statistica 6.0.

Результаты

Для анализа связи достижений с успеваемостью у всех студентов потока (N=241), за исключением отчисленных, были выделены паттерны динамики успеваемости . Для этого рассчитывался средний балл по предметам в рамках каждой из 4-х сессий с учетом всех оценок, полученных на пересдачах. Средние баллы по 4 сессиям стандартизировались, затем по этим данным производился кластерный анализ методом Уорда на основе метрики Евклида. Были выделены 4 кластера: 1) группа со стабильно высокой успеваемостью (N=74), 2) группа со стабильно низкой успеваемостью (N=56), 3) группа с отрицательной динамикой успеваемости (N=31), 4) группа с положительной динамикой успеваемости (N=22).

Дисперсионный анализ выявил значимые различия между 4 группами по показателям продуманности выбора (F(3; 127)=3,77; p<0,05) и уверенности в собственном выборе (F(3; 127)=3,29; p<0,05) по методике субъективного качества выбора (СКВ): группа 2 отличалась от трех остальных более низкими показателями, что говорит о том, что эти студенты оказались на химическом факультете МГУ во многом случайно, а не в результате обдуманного и целеустремленного решения.

Были получены также значимые различия по атрибутивному стилю в ситуациях успеха по методике СТОУН (F(3; 128)=2,74; p<0,05): наиболее высокие баллы (оптимизм) продемонстрировали группа 4 с положительной динамикой и группа 1 (стабильно высокая), наиболее низкие – группа 3 с отрицательной динамикой успеваемости (академических достижений). Можно предположить, что оптимистический стиль объяснения успехов широкими, постоянными и контролируемыми факторами позволяет поддерживать высокую самооценку и ощущение самоэффективности, в свою очередь запускающие выбор целей высокого уровня сложности, настойчивость и позитивные ожидания в неопределенных ситуациях.

Как и ожидалось, значимыми оказались также различия по показателям внутренней учебной мотивации (F(3; 130)=3,31; p<0,05) и идентифицированной (личностно осмысленной внешней) мотивации (F(3; 130)=2,97; p<0,05), то есть по показателям, отражающим интерес к учебному процессу и осознание его важности. Также различия были обнаружены по внешней мотивационной ориентации по методике Амабиле (F(3; 129)=5,25; p<0,01). Группа 1 (со стабильно высокими академическими достижениями) обнаружила высокие показатели внутренней, идентифицированной учебной и внешней мотивационной ориентации; группа 2 (со стабильно низкой успеваемостью) – низкие показатели по всем трем видам мотивации. Группа 3 (с отрицательной динамикой успеваемости) продемонстрировала высокие показатели внутренней мотивации, при низкой идентифицированной и крайне низкой внешней мотивационной ориентации. Группа 4 (с положительной динамикой успеваемости) продемонстрировала высокую внешнюю мотивационную ориентацию при достаточно высоких показателях внутренней и идентифицированной учебной мотивации. Полученные данные позволяют предположить, что внешняя мотивационная ориентация дополняет внутреннюю учебную мотивацию, способствуя более высоким учебным достижениям. Возможно, внешне мотивированные студенты, для которых важны оценки и внешнее признание, активно стремятся улучшить свою успеваемость (группа 4), тогда как внутренне мотивированные студенты, напротив, не включают их в число своих ценностей, обращают на них недостаточно внимания (группа 3), и лишь сочетание внешне ориентированной и внутренней мотивации обеспечивает устойчиво высокие показатели успеваемости при обучении в наших вузах (группа 1).

Группы также значимо различались по показателям академического контроля (F(3; 129)=4,24; p<0,01): предсказуемо, группа 1 обнаружила наиболее высокие показатели, что можно объяснить как успешным опытом сдачи 1-й сессии, так и ролью академического контроля как предиктора академических достижений аналогичного самоэффективности.

Для анализа особенностей личностного потенциала успешных индивидов по сравнению с неуспешными мы сравнивали группы 1 и 2 по психологическим переменным (см. табл. 1). Показатели социальной желательности по тесту BIDR не отличались у группы успешных и менее успешных студентов.

Как показывают наши данные, высоко академически успешные студенты отличаются по показателям мотивации и саморегуляции. В частности, им свойственны важные мотивационные различия, обеспечивающие эффективное построение деятельности – поток при выполнении деятельности достиженческого характера, идентифицированная и внутренняя мотивация учебной деятельности, а также они отличаются по таким показателям ЛП, как более высокая целеустремленность, настойчивость, фиксация на деятельности (опросник ОСД). Успешные индивиды демонстрируют более высокий уровень академического контроля, то есть верят в роль собственных усилий в достижении успешного результата в учебе и свою способность осуществлять активный контроль над ее результатами.

Таблица 1

Сравнение групп с различными паттернами академической успешности по психологическим переменным

Примечание : *** – p<0,001, ** – p<0,01, * – p<0,05, x p<0,1, xx по данным второго тестирования.

Однако проведенный анализ данных показал отсутствие значимых отличий между двумя группами по таким переменным ЛП, как осмысленность жизни, жизнестойкость, продуктивные (эффективные) копинг-стратегии, толерантность к неопределенности. Также отсутствуют значимые различия между двумя выделенными подгруппами по психологическому благополучию (витальность, удовлетворенность жизнью) и субъективному здоровью. Таким образом, наши результаты свидетельствуют о том, что более и менее успешные студенты могут не различаться по осмысленности жизни, жизнестойкости и самоконтролю. Они также в целом не отличаются большим психологическим благополучием. Данные корреляционного анализа также подтверждают эту картину, свидетельствующую об отсутствии прямых связей ряда ключевых переменных личностного потенциала и психологического благополучия с успешностью учебной деятельности в вузе.

Интересной представляется группа с положительной динамикой (кластер 4). Значимые различия между этими студентами и представителями стабильно успешной группы 1 отсутствуют. Сравнение групп 3 и 4 показывает, что в группе 4 значимо выше показатель оптимистического атрибутивного стиля по ситуациям успеха (t(37)=2,16; p<0,05), тогда как позитивный компонент показателя диспозиционного оптимизма, напротив, повышен в группе 3 (t(37)=1,98; p=0,055). Также у представителей группы 4, по сравнению с группой 3, несколько выше количество симптомов по общему опроснику здоровья (t(37)=2,31; p<0,05) и показатель внешней мотивации по опроснику Амабиле (t(37)=2,65; p<0,05). Полученные данные позволяют предполагать, что внешняя мотивация и наличие конструктивного стиля атрибуции помогают студентам группы 4 преодолеть сложности, с которыми они сталкиваются в начале обучения.

Сравнение успешных благополучных с успешными неблагополучными. Поскольку психологическое благополучие оказалось не связанным с уровнем успешности, успешная часть нашей выборки (показателем успешности выступала сумма стандартизованных средних баллов по сессиям 1 и 2) была разбита на две подгруппы по медиане показателей и психологического благополучия – психологически благополучных и психологически неблагополучных. В качестве показателя психологического благополучия использовалась сумма стандартизованных показателей витальности и удовлетворенности жизнью. Соответствующие шкалы обнаружили высокую степень корреляции друг с другом, что позволило рассматривать их как составляющие общего показателя психологического благополучия. Мы предположили, что успешные психологически благополучные студенты будут демонстрировать более высокие показатели ЛП, чем не отличающиеся от них по уровню успешности, но менее психологически благополучные.