Читать онлайн «Еврейский вопрос – Взгляд очевидца изнутри». Страница 45

Уже на фоне всей этой картины причислять Шафаревича к антисемитам несправедливо не столько по отношению к самому уважаемому академику, как по отношению к так называемым «семитатм», что косвенно делает слишком много чести последним, к тому же среди «малонародцев», обличаемых нашим русофилом, встречаются и чистокровно русские представители. К таковым, например, относится исконный противник Шафаревича писатель Андрей Синявский, типичный славянин, знаток русской культуры и патриот, несмотря на еврейский псевдоним Абрам Терц.

Так, в одном из своих интервью Шафаревич ставит Синявского как пример ярого русофоба и с негодованием пишет такие слова: «Он написал, уже в эмиграции, статью, в то время сделавшуюся знаменитой, где была такая хулиганская фраза, бьющая на эпатаж: "Россия-сука". Это отрывок из фразы. Меня упрекали, что я процитировал кусочек, но если развернуть то, что он говорил подробно, то это нисколько не менее злобно было». Конечно, творчество Синявского и его отдельные статьи заслуживают критики, о них можно спорить, не соглашаться с отдельными мыслями, возражать, опровергать, приводить контраргументы. Но ничего подобного в критике Шафаревича нет, зато есть безапелляционно вынесенный приговор и Синявскому и всему русскому диссидентскому правозащитному движению. Мне трудно понять, как возможно для ученого, особенно математика, каким является Шафаревич, вводить в полемику со своими оппонентами такие категории, как «злобно», если он не демагог и не провокатор, и не пытается запутать неискушенного читателя, воздействуя на его эмоциональные впечатления. Во всяком случае, для ученого такие методы недостойны. Не согласен с Синявским — покажи, где он не прав, не согласен, что Россия — сука, докажи, что она кобель, а по злобе или по доброте душевной, уж позвольте ему самому решать свои эмоционально-психологические проблемы. Я не знаю, по злобе ли, по доброте, по заданию ли компетентных органов, но совершенно ясно, что, обвиняя Синявского, Шафаревич стремится оправдать преступления советского режима против лучших сынов России и ставит правящую клику вне всякой критики, отождествив ее со «священной коровой» Россией, дабы сохранить привилегии и кормушки себе и таким как он. Нет, ни черта не понял Шафаревич в метафоре Синявского, не Россию он назвал «сукой», ибо истинная Россия — это такие как он сам, а собственно г-на Шафаревича и ему подобных. Несколько ниже он даже риторически вопрошает: «Ну какие чувства может испытывать русский, когда читает, что "история России — это только история рабства" или то, что "Россия — сука"?» А какие чувства должны испытывать заключенные, когда кто-нибудь назовет вертухаев ничтожествами? — Вполне естественно, чувство глубокого морального удовлетворения, хотя и не исключено, что вертухаям сие высказывание не придется по нраву. Так что судите сами, к какому классу «русских» принадлежит г-н Шафаревич.

В отношении же евреев вообще Шафаревич в том же интервью даже делает весьма «лестную» оговорку: «Само течение (русофобия С. Б.) было не особенно многочисленным, но в нем наиболее активную часть составляла еврейская компонента. Но это было какое-то особенное течение в еврействе. Совершенно "перпендикулярное", например, к развивавшемуся в то время сионистскому течению — учить иврит, уезжать в Израиль и строить там свое государство». Стало быть, господа сионисты, вы, оказывается, «параллельны» Шафаревичу! Согласны вы с этим? Я — нет, ибо считаю себя сионистом, параллельным Герцлю, Нордау, Ицхаку Рабину, Андрею Синявскому, израильскому демократическому движению, что перпендикулярно Шафаревичу, Шмулевичу, Проханову, Эскину и иже с ними.

Впрочем, кое в чем Шафаревич прав. Так, в своей статье «Русофобия: десять лет спустя», опровергая очередное «русофобское» высказывание: «герой фольклора Иванушка — дебил есть ли еще у какого народа?», пишет: «Последнее хоть проверить можно. У Афанасьева к сказке "Иван-дурак" есть примечание: "Сказка известна во всей Европе, на Кавказе, во всей Азии, на островах Зеленого Мыса, в Америке. Древнейший известный вариант относится к 492 г. и содержится в китайском сборнике Po-yu-king, переведенном с индийского". Сюжет приведен в справочниках всемирно распространенных сюжетов Bolte-Polivka, Aarne-Thompson и многих других». Я хочу дополнить этот интересный перечень феноменов дебилофильства еще одной аллюзией. Одним из самых почитаемых мудрецов в религиозных кругах современного Израиля, как в ашкеназских, так и в сефардских, является хасидский ребе Нахман из Брацлпва. (Это о нем на всех столбах развешена идиотская белиберда «НА НАХ НАХМА НАХМАН МЕ-УМАНЬ», — им что Умань, что Брацлав — один черт). Чем же он так импонирует иудонацистским кругам и, выражаясь шафаревической терминологией, «Большому Народу» Израиля? Если вам будет не лень почитать сочинения этого «хахама», то вы убедитесь, что излюбленный герой нашего ребе не кто иной, как еврейский «Иванушка-дурачок». Есть у него, например такая история, называется: «Мудрец и простак», где полный идиот и невежда именно благодаря своему «благочестивому» идиотизму удостаивается места премьер-министра, а мудрец за свой критический во всем сомневающийся ум, терпит лишь одни унижения (от «благочестивых») и в конце концов лишается всего. Короче, если вы знаете сказку Гофмана «Крошка Цахес», то идея притчи рава Нахмана полностью ей противоположна. Сказка сказкой, но в израильской реальности, похоже, ее сделали былью — простаки и крошки цахесы, последние люди, всюду правят свой убогий бал. Так что евреям в массе своей так же чужды идеалы меритократии, как и российскому Ивану-дураку.

Что же сейчас происходит в Израиле с Малым Народом? Отношение к интеллигенции, иммигрировавшей из бывшего СССР со стороны большей части коренных израильтян и даже части «русской» алии вполне можно назвать геноцидом. Русская интеллигенция у них стоит как кость в горле, для их цели — установления в стране мафиозно-тоталитарного фундаменталистского режима, интеллигенция намного опаснее всех террористов из Хамаса. Мы несем людям свет, радость и красоту, а это смертельно для их мира тьмы, потому они так и стараются нас «погасить». Факты дискриминации, преступления на этнической кастовой почве против русскоязычных репатриантов в Израиле хорошо описаны в книге Льва Гунина «ГУЛАГ Палестины», мы не будем здесь их приводить, нас сейчас интересуют общие идеологические и философские выводы. Если мы своими чисто абстрактными рассуждениями сумеем убедить определенное количество людей в том, что проблема русской интеллигенции стоит весьма остро, что каждый иммигрант имеет право сохранять свой духовный облик, свою веру, и при этом имеет право на достойное существование в израильском обществе, мы свою миссию можем считать выполненной, тогда расследовать старые грехи, кто и в чем виноват, будет излишним, лишь бы общество стало на путь выздоровления. Однако большинство этой социальной болезни пока не понимает и даже полностью отрицает, для них Израиль — страна евреев и только евреев; кто не с ними, тот против них, и интеллигенция со своей особой, нееврейской культурой им не нужна. Это даже не просто обывательское равнодушия к духовной культуре, а одержимость своего рода идеалом (от слова идол): «Очистим землю от поэтов, музыкантов, и философов, да здравствуют попы и чиновники, и мы их верные рабы». В своей книге «ГУЛАГ Палестины» Гунин пишет, что «для израильских властей русские евреи — это враждебный этнос, не только приравненный к мусульманам и палестинцам, но воспринимаемый израильской политической элитой как еще более враждебный, чем этнос без еврейских генов». И это действительно так. Никогда не знавшие, даже в теории, что такое свобода, палестинцы скорее подчинятся тоталитарному режиму, чем европейски образованные евреи. Последние, надо сказать защищают права палестинцев более ревностно, чем те того хотят. Что считается крамолой в глазах израильского официоза? Они сочтут предосудительным даже защиту еврейства, сионизма и их самих там, где для подавляющего большинства это не принято. Как в свое время многие раввины осудили защитников Дрейфуса (еврей же был и тот, который произнес гнусные слова: «Пусть Дрейфус виновен или невинен, мы о нем ничего знать не желаем, пересмотра дела мы не допустим» — см. цитату М. Нордау выше), так были, что и поддакивали эсэсовцам, входили в антисионистские комитеты, так и сейчас, кто вместе с главным раввином Ирана Иосифом Коганом проклинают еврейское государство и сионизм — таким здесь все прощается. Наоборот, тех, кто не идет за черносотенной толпой «Большого Народа», зачисляют в разряд неблагонадежных, а их позиции, говоря словами одной журналистки, определяют как «ультродемократические». Бывшие советские диссиденты и правозащитники в Израиле столкнулись с еще большими преследованиями, что вынудило многих, среди них такие известные писатели, как Эфраим Севела и Григорий Свирский бежать на Запад. Но и Запад далеко не всех принимает с распростертыми объятиями, видимо, отдавая иммиграционное дело целиком на откуп криминальным структурам. Так, Григорий Свирский пишет, что согласно новым правилам Иммиграционного Управления Канады «самыми нежелательными иммигрантами в страну были объявлены… писатели».