Читать онлайн «Загогулина в портфеле президента». Страница 63

После того как уляжется первая неразбериха, Россия, вероятно, попытается закрепить свои позиции на международной арене. Бывшие республики СССР уже видят себя так, как будто Союза не существует: руководство отделившейся Эстонии наносит визит именно Ельцину, как бы признавая его единственным находящимся в Москве правителем.

Но, похоже, не только молодые государства начинают корректировать дипломатический протокол. Прежде Запад молился на Горбачёва и в упор не видел лидеров суверенных республик не столько по причине сентиментальной любви к «Горби», сколько потому, что именно Горбачёв обладал реальной властью. Сейчас ситуация изменилась с точностью до наоборот, потому просвещённый Запад может неожиданно для себя обнаружить в Ельцине все те достоинства, которыми прежде обладал один Горбачёв, и одновременно дружно разочароваться в самом Горбачёве.

А поскольку идут упорные разговоры о возобновлении контактов с G7 по поводу предоставления экономической помощи, вопрос о том, кто — Горбачёв или Ельцин — будет представлять на встрече с вождями Запада то, что осталось от Союза ССР, представляется далеко не праздным. Спешное проведение разумных экономических мероприятий может стать козырной картой российского руководства, так желающего присоединиться к «европейскому концерту».

А оценивая тенденции российской политической жизни en qros, можно проявить осторожный оптимизм. Массовое противодействие путчу показало, что Россия далеко не так безнадёжно далеко от европейских ценностей, как считалось прежде. Продолжая аналогию, можно предположить, что и переход коммунистической фантасмагории к среднеевропейскому посткоммунистическому образу жизни будет хоть и не сладким, но относительно гладким.

«Вот и настало оно, время великих свершений, вот и настало оно, вот и настало оно», — заметил поэт. Несколько отоспавшиеся после бурной прошедшей недели граждане наблюдают за свершениями новой власти и с удивлением отмечают, что «Варшава нам и Вильна прислали свой привет, земля была обильна, порядка ж нет, как нет». Удивительно, но факт: с тех пор как всеобщие забавники вроде вверженного в узилище В. С. Павлова оставили граждан своим попечением, на вакантные места массовиков-затейников бросились новые герои наших дней.

Г. Х. Попов объявил крестовый поход против ветеранов. Собственно, ещё в ночь с 19 на 20 августа столичный мэр произнёс в осаждённом Белом доме пламенную речь, на 70 % состоявшую из описания того, каким казням египетским он подвергнет Совет ветеранов после всеконечной победы сил демократии. Тогда сидельцы Белого дома приписали это нервическому состоянию мэра, вполне понятному в таких условиях, — недаром в ту же ночь многие видные демократы одновременно с В. С. Павловым и Г. И. Янаевым допились до зелёного змия. Однако нет: выйдя на волю, Г. Х. Попов и взаправду первым дело стал корчевать ветеранов-изменников. Управившись же с ними, он достиг ещё более интересных результатов: в конце недели видный писатель-патриот В. И. Белов со слезами взывал к помощи журналистов-евреев из жёлтой прессы. Дело в том, что немилосердный Г. Х. Попов запечатал писателей-патриотов РСФСР в здании их правления — таким образом, патриотический жёлтый дом испытал судьбу героических защитников Белого дома.

А в промежутке между этими подвигами Г. Х. Попов повторял ещё и подвиги Петра Великого, искоренявшего измену гетьмана Мазепы: возмутившись изменой малороссов, вознамерившихся драпать куда глаза глядят из освобождённой от большевистского ига страны, московский градоначальник пригрозил отрезать от мятежной Украины Крым и причерноморские губернии аж до самого Дуная. Очевидно, на отрезанных землях эллии Г. Х. Попов намерен восстановить древнее Херсонское царство.

Победитель гидры коммунизма Б. Н. Ельцин был на этой неделе менее деятелен, и хотя литератор А. М. Адамович назвал последние события «революцией с лицом Ростроповича», сам Б. Н. Ельцин существенно разошёлся с М. Л. Ростроповичем в оценке некоторых явлений. Знатный виолончелист, как известно, получил въездную визу уже в аэропорту «Шереметьево», предъявив пограничникам приглашение на конгресс соотечественников. Однако лишь вступив на российскую землю, великий музыкант спросил у таможенника, где бы ему взять такси до Краснопресненской набережной, присовокупив притом, что соотечественников он-де подвергал противоестественным половым сношениям. Совсем не таков был Б. Н. Ельцин — он подверг соотечественников изложению своих государственных замыслов, как то: восстановление державного величия России, наказание мятежной Украины и введение в государственный быт двуглавого орла. При этом российский вождь сообщил, что корон у орла не будет — он, очевидно, опасался польского прецедента: когда после выгонки коммунистов польский Белый орёл получил обратно корону, безунывные поляки говорили: Nasz orzei teraz jest z gola dupa (т. е. жопой), ale z krona. Тем не менее, избежав одной накладки, Б. Н. Ельцин не избег другой: двуглавый орёл без корон: (имевший, надо сказать, премерзкий вид чернобыльского бройлера) уже был в нашей истории во времена Керенского, известно чем кончившиеся, а оттого задумка вождя не вызывает должного ликования.

Поэтому глядючи на буйный расцвет демократии, остаётся только с надеждой вспомнить, что к компании ГКЧП присоединился А. И. Лукьянов — так сказать, «погиб поэт, невольник чести, пал, оклеветанный молвой». Так что в отличие от В. С. Павлова, способного разве что поцарапать на стенах темницы слово из трёх букв, А. И. Лукьянов, единственный поэт среди спасителей отечества, очевидно, теперь напишет послание: «Наш скорбный труд не пропадёт, из искры возгорится пламя. Быть может, хоть это придаст долю величавости нашим временам…»

После распада СССР Борис Ельцин приступил к осуществлению в стране радикальной экономической реформы путём «шоковой терапии». 2 января 1992 года вступил в силу указ Ельцина о либерализации цен в России. Однако на смену проблемам с обеспечением населения продовольствием и товарами народного потребления пришли проблемы, связанные с гиперинфляцией. Денежные сбережения граждан обесценились, а цены и курсы валют увеличились за несколько месяцев в несколько раз; остановить гиперинфляцию удалось только в 1993 году. Другими указами Ельцина были инициированы ваучерная приватизация и залоговые аукционы, приведшие к сосредоточению большей части бывшей государственной собственности в руках немногих людей (т. н. «олигархов»). Помимо гиперинфляции страна столкнулась с такими проблемами, как спад производства и неплатежи. Страна находилась в глубоком экономическом кризисе. Значительно возросла коррупция во всех эшелонах государственной власти.

К экономическим проблемам добавился политический кризис. В некоторых регионах России после распада СССР усилились сепаратистские настроения. Так, в Чечне вообще не признавали суверенитет России на её территории, в Татарстане собрались вводить собственную валюту и отказались платить налоги в федеральный бюджет. Борису Ельцину удалось убедить глав регионов подписать Федеративный договор, 31 марта 1992 года он был подписан президентом и главами регионов (кроме Татарстана и Чечни), а 10 апреля — включён в Конституцию России.

10 декабря 1992, на следующий день после того, как Съезд народных депутатов не утвердил кандидатуру Егора Гайдара на пост председателя правительства, Борис Ельцин выступил с резкой критикой работы Съезда народных депутатов и попытался сорвать его работу, призвав своих сторонников покинуть заседание, начался конституционный кризис. После переговоров Бориса Ельцина, Руслана Хасбулатова и Валерия Зорькина и многоступенчатого голосования Съезд народных депутатов принял постановление о стабилизации конституционного строя, а председателем правительства был назначен Виктор Черномырдин.

После восьмого Съезда народных депутатов, на котором было отменено постановление о стабилизации конституционного строя и приняты решения, подрывающие самостоятельность правительства и Центрального банка, 20 марта 1993 года Борис Ельцин, выступив по телевидению с обращением к народу, объявил о том, что подписал указ о введении «особого режима управления». Конституционный Суд Российской Федерации, ещё не имея подписанного указа, признал действия Ельцина, связанные с телеобращением, неконституционными, и усмотрел основания для отрешения его от должности. Верховный Совет созвал IX (Чрезвычайный) Съезд народных депутатов. Однако, как выяснилось через несколько дней, на самом деле был подписан другой указ, не содержащий грубых нарушений Конституции. 28 марта Съезд предпринял попытку отстранить Ельцина от должности президента. Выступая на митинге на Васильевском спуске, Ельцин поклялся не выполнять решение Съезда, если оно всё же будет принято. Однако, за импичмент проголосовали только 617 депутатов из 1033, при необходимых 689 голосах.