Читать онлайн «Китай, Иран, Россия: новая Монгольская империя? Поиск главенства и кибер-конфликты: геополитическое воссоединение в Центральной Азии». Страница 18

В общем, что касается этой темы, нужно констатировать, что эти три континентальные державы пока продвигаются на ощупь.

Но, несмотря на ее слабости, новая Монгольская империя располагает одним несомненным преимуществом: ни одна из трех цивилизаций, которые составляют ее, не воспринимает себя как принадлежащую к общей культурной сфере. Чуждые химере выхода своих культур за пределы их традиционных ареалов с помощью отмены границ, эти три государства смогут в будущем соединить свой прагматизм со способностью влияния, которую каждое из них почерпнет в своей истории. Испытывающий недостачу людей и окруженный водами этот пластичный новый союз будет извлекать свою будущую силу главным образом из культур, которые его составляют. Следовательно, можно легко понять, что он в первую очередь будет опасаться разлагающих возможностей глобализации.

Когда майор Бодуан де ля Рюэзи добрался до Елисейского дворца после пяти дней пути, его конь был настолько измучен, что издавал странный хрип. Два не отстававших от него офицера, которые сопровождали майора на расстоянии нескольких шагов, не прекращали по пути острить. Привыкшие обращаться друг к другу только как «старина», они немного опасались того торжественного момента, когда маленькой группе предстояло пройти через портик президентского дворца. Когда шум копыт прозвучал на улице Сент-Оноре, жандарм на посту машинально открыл ворота, затем снова выпрямился по стойке «смирно». Три человека слезли с лошадей, затем поднялись по ступеням парадного двора перед зданием. Уругвай, ужасно взмыленный, видимо восхищенный окончанием своих мучений, терся о молодую липу, посаженную на краю парадного двора.

Президент, сидевший за своим столом, удивился, что даже столь измученный офицер сохранил невредимой свою молодцеватую элегантность, даже когда могла бы вспыхнуть война. Закрывая книгу «„Операция Serval“. Расшифрованная французская интервенция в Мали», в которую он был погружен, он взял желтую папку и положил на нее свою руку. Его ближайшие советники, лишенные своих айфонов, казались абсолютно сбитыми с толку.

Президент снова поднялся по лестнице и постучал в дверь Нойштадта, старого начальника протокола, который правил этим домом. У этого эксцентричного человека была привилегия не подчиняться никаким мелочным правилам и инструкциям, которые он сам устанавливал для всего дворца. В высоких рыжих сапогах и галифе из другого века, он в минуты разрядки стрелял в голубей, которые рискнули поселиться в парке. Рассказывали, что он некогда охотился на львов в Руанде.

Нойштадт сразу проснулся, надел свой ночной колпак, налил Президенту бокал мирабели, затем оживленно спросил у него о причине столь раннего пробуждения. Глава государства без слов показал ему папку, открыл ее, и распечатал письмо. Но после пяти дней безумной скачки чернила в письме абсолютно расплылись, образовав элегантные узоры на желтоватой бумаге.

— Ах, так ваши генералы увлекаются акварелью, — воскликнул Нойштадт, — это очень хорошая новость. Затем, закручивая кверху свои длинные усы, он добавил: — Я думаю, что знаю, что виновниками этого затемнения не являются ни Китай, ни Иран, ни даже Россия. — Ах, хорошо! — ответил Президент, изменив голос, — неужели это оппозиция? — Вовсе нет, — возразил Нойштадт.

— это партия розовых фламандцев. Затем, наливая ему второй бокал мирабели, он добавил: — Прекратите ваши абсурдные реформы, и вы снова обретете свет.

[20]

Тома Флиши, профессор Института политических исследований Бордо, Военно-морской школы, позднее Особой военной школы Сен-Сир, изучал персидский язык в Национальном институте восточных языков и цивилизаций. Бывший выпускник Уорвикского университета, преподаватель университета и доктор юридических наук, специалист по Центральной Азии. Среди его книг нужно отметить: Stratégies chinoises, le regard jésuite (1582–1773), Economica, 2012, Financial crises and renewal of Empires, Saint William's University Press, 2012, и L'Iran au-delà de l'islamisme, Éditions de l'Aube, 2013. Тома Флиши в настоящее время руководит «Будущими мирами», лабораторией геополитического прогнозирования. Он также является председателем общества Amis du capitaine Alfred de Vigny («Друзья капитана Альфреда де Виньи»).

Жан-Мари Хольцингер, выпускник Военной школы Сен-Сир, магистр языков и восточных цивилизаций, специалист по китайско-российским отношениям. Он руководил операциями на Балканах, а еще раньше был советником в Афганистане. Он опубликовал несколько статей в журнале Défense Nationale, и в Connexions (Partnership for Peace Consortium), и в Интернете. Он также является автором коллективного труда La Chine, puissance déconcertante, Economica, 2011.

Жером Пари, выпускник Военной школы Сен-Сир, лауреат Военной школы, бакалавр экономики Даремского университета, офицер Иностранного легиона. Он командовал войсками в Африке и занимал командные должности в НАТО. Жером Пари был одним из руководителей операции «Serval» — французской интервенцией в Мали в 2013 году. Он сотрудничает с группой «Synopsis» Исследовательского центра Школы Сен-Сир (СР.ЕС).

Антуан-Луи де Премонвиль, выпускник Особой военной школы Сен-Сир, дипломированный специалист права, политических наук и языков Лионского университета-3 имени Жана Мулена, доктор языков, лингвистики, литературы и искусств. Им недавно была опубликована работа Chronopathie, la crise mémorielle et ses lois en Espagne de 1931 à nos jours, ALPM (2012).

Он также принимал участие в написании коллективного труда Opération Serval au Mali. L'intervention française décryptée, Lavauzelle (2013). Он сотрудничает с группой «Synopsis» Исследовательского центра Школы Сен-Сир (СRЕС).

Михаил Правдин (настоящее имя Михаэль Хароль, 1894–1970, немецкий писатель родом из России) в книге «Монгольская империя и Тамерлан», 1937, стр. 281

Военная академия Сен-Сир находится в городке Гер в Бретани. — прим. пер.

В российской геополитике обычно употребляют термин не «океанический», а «ат-лантистский». Речь и в том, и в другом случае идет о «Sea Power», но для тихоокеанского Китая термин «атлантизм» представляется нелогичным. — прим. перев.

Северокавказские народы в большинстве своем не относятся к алтайской языковой семье. — прим. перев.

Автор здесь имеет в виду отношения Ирана именно с коммунистическим Китаем Мао Цзэдуна, а не с Тайванем. — прим. перев.

Автор явно имеет в виду бивни мамонтов, сохранившиеся в сибирской мерзлоте. — прим. перев.

Ряд ученых считает, что Петр Первый не присутствовал лично при казни майора Глебова. — прим. перев.

Немец Адам Олеарий был в России в 1634 и 1636 годах. Нужно отметить, что как минимум до конца шестнадцатого века в Московии практически был «сухой закон», и пили там только по праздникам. Скорее центрами пьянства в стране были слободки иностранных купцов. Более того, и в Европе тех времен наибольшими пьяницами считались именно немцы. Можно сказать, что алкоголизация в России нарастала одновременно с ее «вестернизацией». Пьянство было неотъемлемой чертой Европы тех времен, и Россия, к сожалению, как обычно заимствовала с Запада самое худшее. — прим. перев.

Видимо, речь идет об истории митрополита Филиппа II (Федора Колычева). - прим. перев.

Нужно добавить, что описанные выше явления свойственны именно исламу, но не имеют никакого отношения к собственно иранским доисламским обычаям. Они принесены персам арабами во время насильственной исламизации. При этом, однако, персы сохранили в очень значительной степени арийские честность и благородство, чего, увы, нельзя сказать о современных европейцах. — прим. перев.

Обычно год его смерти указывается как 1259. -прим. перев.

В русских летописях, как и в русском (украинском, белорусском) фольклоре нигде нет слова «монгол», и везде говорится только о татарах. Кроме того, нужно учесть, что при написании этого эссе автор явно не обращался к богатому наследию русской до- и послереволюционной тюркологии, к работам Льва Николаевича Гумилева и к трудам русских евразийцев, поэтому тут мы видим, прежде всего, взгляд с «западной» стороны на данный исторический период. Впрочем, этот взгляд именно этим и интересен, не говоря уже о том, что автор-француз, вопреки распространенным на Западе взглядам, все-таки уже отвергает изображение татар как заросших волосами примитивных дикарей. — прим. перев.