Читать онлайн «Статьи из "Арабесок"». Страница 66

В них прямая линия без всякого условия вкуса соединялась с выгнутою и кривою; при полуготической форме всей массы, они ничего не имеют в себе готического, окна мелкие, сбитые в кучу, или раскиданные без всякой гармонии, пилястры, не тянувшиеся во всю длину здания, но приклеенные иногда вверху под куполом, иногда на середине, коротенькие, неуклюжие, сверх которых часто находился другой этаж таких же колонн, маленьких, некрасивых, крыша из ломаных линий; при этом часто удерживался и готической шпиц, но уже не тот легкий и прозрачный, который под рукою художника средних веков принимал такую воздушность, но тяжелый, массивный, который уже вовсе не летел к небу.

и второй этаж этих же самых колонн

В них прямая линия без всякого условия вкуса соединялась с выгнутою и кривою; при полуготической форме всей массы, они ничего не имеют в себе готического, окна мелкие, сбитые в кучу, или раскиданные без всякой гармонии, пилястры, не тянувшиеся во всю длину здания, но приклеенные иногда вверху под куполом, иногда на середине, коротенькие, неуклюжие, сверх которых часто находился другой этаж таких же колонн, маленьких, некрасивых, крыша из ломаных линий; при этом часто удерживался и готической шпиц, но уже не тот легкий и прозрачный, который под рукою художника средних веков принимал такую воздушность, но тяжелый, массивный, который уже вовсе не летел к небу.

крыша ломаными линия<ми>

В них прямая линия без всякого условия вкуса соединялась с выгнутою и кривою; при полуготической форме всей массы, они ничего не имеют в себе готического, окна мелкие, сбитые в кучу, или раскиданные без всякой гармонии, пилястры, не тянувшиеся во всю длину здания, но приклеенные иногда вверху под куполом, иногда на середине, коротенькие, неуклюжие, сверх которых часто находился другой этаж таких же колонн, маленьких, некрасивых, крыша из ломаных линий; при этом часто удерживался и готической шпиц, но уже не тот легкий и прозрачный, который под рукою художника средних веков принимал такую воздушность, но тяжелый, массивный, который уже вовсе не летел к небу.

великого художника

В них прямая линия без всякого условия вкуса соединялась с выгнутою и кривою; при полуготической форме всей массы, они ничего не имеют в себе готического, окна мелкие, сбитые в кучу, или раскиданные без всякой гармонии, пилястры, не тянувшиеся во всю длину здания, но приклеенные иногда вверху под куполом, иногда на середине, коротенькие, неуклюжие, сверх которых часто находился другой этаж таких же колонн, маленьких, некрасивых, крыша из ломаных линий; при этом часто удерживался и готической шпиц, но уже не тот легкий и прозрачный, который под рукою художника средних веков принимал такую воздушность, но тяжелый, массивный, который уже вовсе не летел к небу.

такую легкость

В них прямая линия без всякого условия вкуса соединялась с выгнутою и кривою; при полуготической форме всей массы, они ничего не имеют в себе готического, окна мелкие, сбитые в кучу, или раскиданные без всякой гармонии, пилястры, не тянувшиеся во всю длину здания, но приклеенные иногда вверху под куполом, иногда на середине, коротенькие, неуклюжие, сверх которых часто находился другой этаж таких же колонн, маленьких, некрасивых, крыша из ломаных линий; при этом часто удерживался и готической шпиц, но уже не тот легкий и прозрачный, который под рукою художника средних веков принимал такую воздушность, но тяжелый, массивный, который уже вовсе не летел к небу. Всё, что только отзывалось высокими, устремленными кверху готическими детайлями, было оставлено как безвкусное.

потому что [всё] отвергнуто было всё летящее кверху, все стрельчатые и узкие своды и тонкие линии сопровождали здание снизу [доверху] до самой верши<ны>, всё это было оставлено

Хотя в продолжение XVIII века вкус несколько улучшился, но из этого не выиграли мы ровно ничего: он улучшился в веригах чужих форм.

В продолжение

Хотя в продолжение XVIII века вкус несколько улучшился, но из этого не выиграли мы ровно ничего: он улучшился в веригах чужих форм.

в чужих формах

Тяжесть готическая была справедливо изгнана совершенно, потому что она в греческой форме была уже до невозможности безобразна.

[Он у] Тяжесть готического

Тогда еще с большим рвением стали изучать древние формы, но изучали так, как робкие ученики, копирующие с точностью мелочные подробности оригинала и позабывающие об идее целого.

и с боль<шим>

Тогда еще с большим рвением стали изучать древние формы, но изучали ~ в целом.

почитая их венцом вкуса. Они воображали, что [постигнули] гораздо более достигнули своей цели, что, наконец, совершенно постигнули вкус древних. Но между прочим они были далеки [сами], никак не подозревая, так же, как неопытный ученик, копируя, воображает, что снимок совершенно точен, потому что все малейшие подробно<сти> и тонкости оригинала у него сохранены, между тем как посторонний зритель, ставши на далекое расстояние, увидит тотч<ас>, что абрис и скелет всего целого сделан совершенно неправильно. Древние не так нуждались в огромных [зда<ниях>] строениях для жительства как мы. Круг всех потребностей наших раздал<ся> пообширнее и [от размера всего строения] оттого необходимо было, <чтобы> [размер наших зданий был более. Но ошибка вот в чем заключа<лась?>, мы увеличили размер всего строения, но уменьшили]

Колонны ~ украшениями его.

Купол и колонны очаровали совершенно [нас] все<х>, везде начали употреблять, но [в них] [совершенно] [сделали] они все<?> разместились у нас совершенно не так, как ран<ее> размещал сладострастный вкус аттический

Размер самого строения мы увеличили гораздо более, а размер купола в отношении к строению уменьшили.

а размер самого купола уменьшили

Мы не посмотрели в увеличительное стекло на строение, которое избрали моделью; не взглянули на него, отошедши на известное расстояние, но смотрели вблизи.

с которого хотели делать модель

Мы не посмотрели в увеличительное стекло на строение, которое избрали моделью; не взглянули на него, отошедши на известное расстояние, но смотрели вблизи.

или лучше не взглянули

Мы не посмотрели в увеличительное стекло на строение, которое избрали моделью; не взглянули на него, отошедши на известное расстояние, но смотрели вблизи.

на значительное расстояние

Мы не посмотрели в увеличительное стекло на строение, которое избрали моделью; не взглянули на него, отошедши на известное расстояние, но смотрели вблизи.

но рассмотрели вблизи, заметили все подробнос<ти> и [не заметили] <1 нрзб.> целости всего здания и отношения частей между собою. Забыли, что нужно увеличить все части, увеличили только некоторые

Видя его пустынность и одиночество наверху здания, прибавили к нему несколько других, возвысили для этого под ними башни — и куполы стали походить на грибы. ЛБ18

Ар — над ними (опечатка?)

И купол, это лучшее, прелестнейшее творение вкуса, сладострастный, воздушно-выпуклый, который должен был обнять всё строение и роскошно отдыхать на всей его массе белою, облачною своей поверхностью, исчез совершенно.

и прелестнейшее творение греческого роскошного вкуса [который до]

И купол, это лучшее, прелестнейшее творение вкуса, сладострастный, воздушно-выпуклый, который должен был обнять всё строение и роскошно отдыхать на всей его массе белою, облачною своей поверхностью, исчез совершенно.

сладострастный легко

И купол, это лучшее, прелестнейшее творение вкуса, сладострастный, воздушно-выпуклый, который должен был обнять всё строение и роскошно отдыхать ~ огромном виде.

и роскошною выпуклою белизною [сво<е>ю должен был упоительно] своей правильной массы упоительно, неж<но?> отделяться в небе на всей массе строения. [Я говорю] Это<т> купол потерял совершенно свое значение. Он, который должен был [тотчас] непосредственно ложиться сверх его фронтона [своей] и под которым карниз должны были подпирать колонны, идущие во всю величину здания. Я не могу никак удержать<ся>, чтобы здесь еще не сделать замечания о куполе. Чем он более, чем необъятнее и далее обнимает всю массу, тем он более выполняет свое назначение. Если строение [высоко] более идет в вышину, нежели в ширину, тогда [купол] горе поставить [купол <?>] на узкой вышине купол. Это смешно и больше ничего, [самое] и неприличность это<го> так очевидна, что самые архитекторы, употреблявшие [это] его вопреки назначению [стрем<ились?>] как [будто] бы чувствовали сами это и старались его почти плоскую выпуклость возвысить и сделать почти остроконечною, но это уже не могло скрасить их строений и ни одно [строение] <1 нрзб.> созда<ние> не осталось великим по своему духу, не выключая даже римского Петра, колоссальнейшего строения. Строение, над которым должен лечь купол, должно быть массивно и [гораздо шире в вышину, нежели] самый большой размер<?> должно иметь в ширину. Здание должно идти до самой вершины своей в одинаковом виде, не изменяя формы, не перерезываясь другим этажем, составляющим контраст первому, или разделившись на башни или вдруг [изменив] уменьш<ивши> совершенно размер. Он может быть также<?> величествен и хорош, если строение разделится на этажи, но в таком только случае, чтобы эти этажи постепенно уменьшали свою величину и шли кверху как будто лестницею или пирамидою, но чтобы ширина каждого этажа была несравненно обширнее вышины и чтобы послед<ний> этаж всё же <был> столько велик и широк, чтобы купол не пот<ерял?> величественного [всего<?>] своего пространства, чему пример представляет величественный мавзолей Шер-Шаха у индусов, которые удивительным чутьем и инстинктом поняли <…> Купол должен иметь цвет самого строения, лучше ежели он весь белого цвета как и всё [строение] здание как [стали] употребляли [афиняне] его греки в счастливое время развития своего вкуса. Ослепительная белизна сообщает [ему] неизъяснимую очаровательность и сладострастие его легко выпуклой форме. От этого [то] самого-то и вид Иерусали<ма>, когда приближаешься к неприступной стене его, из-за которой как белые облака являются [в ослепительной красоте и сами ку<полы?>] один из-за другого выпуклые куполы, когда цвет воздуха темнеет и [обложен] скрыт [туча<ми>], тогда вид еще разитель<нее>, белизна ослепительно ярка.