Читать онлайн «На перекрестке веков». Страница 7

Согласно уставу корпорации держатели акций могут передавать свои земельные участки друг другу без каких-либо ограничений. Иначе говоря, мелкий собственник постоянно стоит перед угрозой разорения.

Эти новые сельскохозяйственные объединения получили возможность механизировать сельскохозяйственные работы, пользоваться долгосрочными кредитами, покупать различные машины и удобрения. В течение года со дня принятия закона было создано 15 таких корпораций.

Параллельно продолжается и организация сельских кооперативов, которые, несомненно, имеют преимущества по сравнению с мелким крестьянским хозяйством. На полях кооперативов появились тракторы, другие средства механизации, улучшилось снабжение водой и удобрениями. Все это привело к подъему уровня сельскохозяйственного производства. На март 1968 года насчитывалось 8652 кооператива. В них объединялось 5,5 миллиона человек (с учетом членов семей). В последние годы наблюдается тенденция сокращения числа кооперативов за счет создания корпораций: к середине 1971 года их стало 8320.

Таким образом, сельское хозяйство Ирана становится на капиталистический путь развития. Конечно, по сравнению с дореформенным периодом это — шаг вперед, хотя он не исключает новых трудностей для крестьян, характерных для такого пути.

В ходе проведения земельной реформы и других социально-экономических преобразований были национализированы леса и пастбища. Летом 1968 года иранским парламентом был принят закон о национализации водных ресурсов. Согласно закону все водные источники принадлежат государству, и правительство отныне будет нести всю ответственность за распределение воды и поиски новых источников.

Еще задолго до того, как правительство приступило к разработке этого законопроекта, в иранской печати, в общественных и экономических кругах страны много говорилось о настоятельной необходимости такого шага. При этом выражалась серьезная тревога, что дальнейшее господство старых феодальных порядков в водопользовании может затормозить развитие народного хозяйства страны.

Разумеется, эти опасения были оправданны. Где как не на Востоке знают цену воде? Национализация водных ресурсов, несомненно, важное событие в жизни иранской деревни и всей страны. Древняя система орошения, которая ныне пришла в упадок, никоим образом не может обеспечить растущих потребностей в воде. Эту острую проблему можно решить только путем создания современных оросительных систем. Их строительство началось в конце 50-х годов. Сейчас в стране имеется шесть крупных плотин, в том числе «Амир Кебир» на реке Кередж, в 50 километрах от Тегерана (емкость водохранилища — 205 миллионов кубических метров), плотина «Фарах» на реке Сефидруд (1860 миллионов кубических метров), плотина «Мохаммед Реза-шах» на реке Диз в провинции Хузестан (емкость водохранилища — 3350 миллионов кубических метров). Эти плотины должны оросить 419 тысяч гектаров земли. Строится еще несколько крупных плотин. Разрабатываются проекты других гидротехнических сооружений.

Огромное значение для развития сельского хозяйства Ирана в его северных районах имеет упомянутый выше гидроузел «Араке», построенный на основе советско-иранских соглашений об экономическом и техническом сотрудничестве.

…Из века в век, из поколения в поколение иранского крестьянина одолевали заботы о воде. Только на 9 процентах территории страны выпадает достаточное количество дождей. Сколько мертвых городов и селений разбросано по древней иранской земле! Люди ушли из них, так как иссякли запасы воды. Смотришь на безжизненные улицы большого, когда-то шумного селения на полпути между Исфаханом и Ширазом и как никогда начинаешь понимать всю правоту старой восточной пословицы: «Вода — мать полей, а без матери не проживешь». «Где вода, там и жизнь» — то и дело можно услышать в Иране. Да и не только услышать: свидетельством справедливости этих слов являются прекрасные сады Шираза, хлебные поля Верамина, кашанские плантации роз с их незабываемым ароматом.

На одной из центральных улиц Тегерана, Тахте-Джамшид, высится многоэтажное современное здание. Выполненное из стекла и бетона, оно привлекает внимание своими размерами, строгостью архитектурных линий. Здесь помещается самая крупная в Иране и, как говорят иранцы, самая богатая организация — правление Иранской национальной нефтяной компании (ИННК). Здание построено недавно, однако создание самой организации относится ко времени более чем двадцатилетней давности, когда под напором мощного народного движения был положен конец полувековому господству в Иране английских нефтяных магнатов и иранский меджлис 15 марта 1951 года объявил о национализации нефтяной промышленности страны.

Это была значительная победа иранского народа. Стоила она немалых жертв. Стремясь удержать прежние позиции в Иране, английские колонизаторы использовали все средства выработанной веками империалистической политики. Англия решила показать, выражаясь словами иранской пословицы, что «и старый тигр — полосатый». Тут были и шантаж, и угрозы, и давление, и бряцание оружием, и экономическая блокада. Иранская общественность хорошо помнит, как весной 1951 года в Персидский залив вошли британские военные суда, а на территории Ирака, на границе с Ираном, появились английские войска.

Памятны и переговоры между английскими и американскими нефтяными компаниями в апреле того же года в Вашингтоне, на которых была достигнута договоренность о совместных действиях и формах дальнейшего разграбления национальных нефтяных ресурсов Ирана и о подавлении растущего антиимпериалистического движения в стране. Давление и провокации «потерпевших» прямо-таки не знали предела. Англия передала вопрос о нефтяном конфликте с Ираном в Гаагский международный суд, а затем, не добившись своей цели, так как иранский народ отверг решение суда, поставила нефтяной вопрос на рассмотрение Совета Безопасности ООН.

В то тяжелое для Ирана время Советский Союз, верный ленинским принципам внешней политики, выступил против постановки этого вопроса в Совете Безопасности и поддержал точку зрений иранского правительства о том, что национализация нефтяной промышленности является внутренним делом Ирана и не может входить в компетенцию Совета Безопасности. Потерпев провал и здесь, английские нефтяные компании совместно с американскими стали бойкотировать иранскую нефть.

Империалистическая блокада тяжело отразилась на финансово-экономическом положении страны. Резко возрос дефицит государственного бюджета, катастрофически упал жизненный уровень широких народных масс. С середины 1951 года добыча нефти почти прекратилась до конца этого года, а в 1952–1953 годах составила приблизительно 1,2–1,3 миллиона тонн против 32 миллионов тонн в 1950 году.

В такой трудной, сложной обстановке Ирану ничего не оставалось, как пойти на грабительские условия, которые выдвинул созданный западными нефтяными монополиями Международный нефтяной консорциум. Много лет спустя, в 1966 году, газета «Эттелаат» писала: «Иранский народ не забыл, в каких условиях правительство было вынуждено подписать договор с Международным нефтяным консорциумом — договор, который не может обеспечить доходы, полагающиеся Ирану по праву и столь необходимые нашей стране».

Иранский народ не терял надежды на то, что в свое время сможет предъявить счет за унижение и грабеж его природных ресурсов. Уже в начале минувшего десятилетия, став на путь укрепления национальной независимости, расширения экономических отношений с Советским Союзом и другими социалистическими странами, пользуясь поддержкой мирового освободительного движения, Иран оказался в состоянии шире использовать свои возможности, предоставленные ему законом о национализации нефтяной промышленности, смелее отстаивать свои права перед лицом крупных нефтяных объединений. Находясь в Тегеране, можно было видеть, как в конце 60-х годов на здании правления Иранской национальной нефтяной компании все чаще стали вывешиваться иностранные флаги, возвещающие об очередном туре переговоров. Иран настойчиво требовал увеличения доходов от нефти, необходимых для финансирования планов экономического развития.

Широкий внутренний и международный резонанс имели переговоры Ирана с Международным нефтяным консорциумом, состоявшиеся ib конце 1966 года. Иранская сторона вела их с новых позиций — с позиций полноправного хозяина своих природных богатств. Иран поставил уровень добычи нефти в непосредственную связь с нуждами развивающегося народного хозяйства. Перед нефтяными компаниями был выдвинут ряд условий, в том числе требование увеличения добычи нефти и возвращения Ирану четверти нефтеносной территории, на которой хозяйничал консорциум. Какие только аргументы пи выставляли представители западных нефтяных компаний, чтобы сохранить свои интересы! Однако решительная позиция Ирана заставила их отступить.