Читать онлайн «Русская Финляндия». Страница 39

Побывав однажды в Хайкко, Мария Павловна часто стала приезжать туда вместе со своей дочерью Еленой. Позже Елена вышла замуж за греческого принца Николая, и они со своими детьми тоже довольно долго жили в Хайкко. Стоит также добавить, что позже в имении гостили и князь Гавриил Константинович, и великий князь Георгий Михайлович.

На рубеже веков в Хайкко шла великосветская жизнь — с балами и зваными ужинами. Примечательно, что как раз после знакомства на одном из этих балов с семейством Романовых работавший неподалеку живописец Альберт Эдельфельт был приглашен в Санкт-Петербург в качестве придворного живописца и вскоре был избран в Академию художеств…

Одним словом, не случайно сын Владимира Александровича и Марии Павловны, великий князь Кирилл Владимирович, из охваченного смутой Петрограда в июне 1917 года уехал с дочерьми в Хайкко. Немного позже к нему присоединилась и его жена Виктория, приходившаяся внучкой британской королеве Виктории.

Существуют легенды, будто великий князь, опасаясь ареста, бежал из революционного Петербурга с беременной женой на руках и с двумя девочками-дочерьми по льду Финского залива. На самом деле он спокойно выехал в Великое Княжество Финляндское, в то место, где уже не раз бывал. Злые языки утверждают, что Кириллу Романову это удалось благодаря тому, что он чуть ли не приветствовал Февральскую революцию в Петрограде, поднял над своим дворцом красный флаг и щеголял с красным бантом. Правда это или нет, сказать трудно, но в трусости его едва ли можно было обвинить. Он был морским офицером, сражался в Русско-японскую, и был одним из немногих оставшихся в живых офицеров и матросов броненосца «Петропавловска», взорвавшегося 31 марта 1904 года, когда погибли стоявшие рядом с ним на палубе художник Верещагин и адмирал Макаров…

Как бы то ни было, Кирилл Владимирович, единственный из ближайших родственников царя и один из возможных наследников престола, избежал в 1917 году ареста и укрылся в облюбованном еще его родителями поместье. В том же 1917 году, 30 августа, у князя родился сын, нареченный при крещении в Хайкко Владимиром. Он стал последним из Романовых, кто родился в Российской империи: меньше, чем через четыре месяца Финляндия провозгласила свою независимость. И ему суждено было стать главой рода Романовых, рассеянного ныне по всему миру.

Великокняжеская чета прожила в Финляндии несколько лет. Кирилл хотел быть ближе к России — ситуация в первые годы после революции могла там склониться в любую сторону. А Кирилл был следующим в порядке династического старшинства после убитых Николая II, цесаревича Алексея и великого князя Михаила Александровича. Так что вопрос о престолонаследии мог возникнуть в любой момент.

Но в Финляндии тоже было неспокойно. Кирилл рисковал — там тоже орудовали «свои» красные, и он вполне мог разделить участь своего родственника, великого князя Георгия Михайловича. Получив разрешение от Временного правительства уехать в Финляндию, тот был в апреле 1918 года остановлен красным патрулем (тогда в Финляндии чуть было не установилась советская власть, и лишь твердая позиция Маннергейма сорвала эти планы) в Гельсингфорсе. Финские большевики передали великого князя своим петроградским коллегам, и в январе 1919 года его расстреляли.

Поэтому из Финляндии, где тоже шла гражданская война, Кирилл Владимирович со своей семьей уехал в Европу— сначала в Швейцарию, потом в Германию и во Францию, купив поместье Сен-Бриак в Бретани. В 1922 году он издал акт о принятии Блюстительства Императорского престола, а спустя два года специальным манифестом принял титул Императора Всероссийского. Так сбылась мечта его матери, о которой писал Шаховской…

После смерти отца в 1938 году главой Российского Императорского Дома стал его родившийся в Хайкко сын Владимир Кириллович.

Но вернемся в Финляндию, в поместье в окрестностях Порво.

Все усадебные дома, существовавшие в Хайкко на протяжении веков, были построены из дерева и — увы! — не жили долго. Так было и с домом Эттеров. 1 января 1911 года их поместье загорелось. Пожар уничтожил все здание, спасти ничего не удалось. Эмилия Эттер, проводившая зимы на Французской Ривьере, получила телеграмму: «Дом горит. Фредерик». Она не нашла ничего другого, как ответить: «Вызови пожарную команду».

Новое здание было возведено в 1913 году по проекту известного архитектора Армаса Линдгрена, однако строительные и отделочные работы завершены так и не были. Поэтому, когда там жил Кирилл Владимирович с семьей, усадьба находилась не самом лучшем виде. А потом она еще долго пребывала в запустении. И когда в 1965 году Хайкко приобрели нынешние хозяева — чета Сату и Лео Вуористо, в гостиной через крышу было видно небо.

Но они были полны энтузиазма, и спустя год превратили историческое поместье в фешенебельную гостиницу. В Музее финской архитектуры им удалось разыскать оригинальные чертежи Линдгрена. Были достроены терраса с колоннадой и третий этаж. Так усадебный дом Хайкко наконец приобрел тот облик, который и планировал создать архитектор.

Здание оснащено всеми современными удобствами, однако стараниями владельцев в нем воссоздана атмосфера конца XIX века — в ресторане, библиотеке и гостиных стоит антикварная мебель и предметы искусства, собиравшиеся на протяжении десятилетий. А спускающийся к морю усадебный парк площадью 14 гектаров представляет собой произведение ландшафтного дизайна.

Усадьба превратилась в популярное место отдыха и проведения семинаров и корпоративных мероприятий — для этого по соседству был построен отель с конгресс-центром и спа с бассейном, сауной и фитнес-центром. «Княжеский люкс» в старом здании усадьбы давно «облюбовали» новобрачные. Любители романтических прогулок приплывают в Хайкко на катерах, а особенно важные гости могут прибыть и на вертолете.

Ну а старина и история поместья напоминают о себе повсюду. И все здесь, так или иначе, связано со старой Россией и Романовыми.

В парке, у берега моря, стоит «Романовская» беседка, в усадебном доме один из залов носит имя «Романовская столовая», а в ресторане отеля есть специальное меню а 1а Romanov с супом из гусиной печени, жаренными в сметане белыми грибами, бараниной под черничным соусом и клубникой «по-романовски»…

Но прошлое усадьбы живет не только в названиях. Повсюду можно видеть старинную мебель и картины, связанные с историей усадьбы.

Среди висящих на стенах портретов любой посетитель Хайкко наверняка обратит внимание на один — молодой красивой женщины. Это Аврора Карамзина.

Неизвестно, бывала ли Карамзина в Хайкко — возможно… Но то, что она была связана — прямо или косвенно с людьми, которые здесь бывали, это точно. Да и вообще она — само воплощение Финляндии XIX века, когда местное, русское и шведское здесь жило неразделимо друг от друга…

Один из исторических залов усадьбы обставлен старинной мебелью из березы, созданной по эскизам художника Луиса Спарре. Это имя тоже заслуживает отдельного рассказа.

Спарре был женат на сестре бывшего царского офицера, маршала и президента Финляндии Маннергейма Еве. Другая его сестра, Софи, была женой Ялмара Линдера, богатейшего финского аристократа-заводчика, который был внуком ссыльного декабриста Мусина-Пушкина и Эмилии Шернваль, сестры Авроры Карамзиной! Имя Спарре носит один из залов усадебного дома, в истории которого соединилось столько судеб.

…Рядом со старыми портретами в дорогих рамах — современные цветные фотографии. На них несложно узнать великого князя Владимира Кирилловича, но уже далеко не в нежном детском возрасте.

Оказывается, прежде чем в ноябре 1991 года приехать впервые в Петербург, на родину своих предков, Владимир Кириллович приезжал в Финляндию. Со своей женой Леонидой, дочерью Марией и ее сыном Георгием 28 августа он прибыл в Хайкко в качестве почетного гостя. И здесь, 30 августа он в торжественной обстановке отпраздновал свое 74-летие.

Тогда-то глава Российского Императорского Дома со своей женой, дочерью-наследницей и внуком и были запечатлены на фотографиях.

Так появившийся в Хайкко на свет великий князь вновь побывал здесь незадолго до смерти. Он словно предчувствовал ее и спешил повидать те места, где появился на свет. Это был последний день рождения Кирилла Владимировича. В апреле следующего года он скончался в Майами…

Как для первых Романовых в России колыбелью был Ипатьевский монастырь, так и для последних таковой стало финское поместье, а ныне гостиница Хайкко.

Как и все старые города Финляндии, Тампере был основан шведами. И в его шведском названии Таммерфорс — «Порог на реке Таммер» — отразилось не только его местоположение, но и дальнейшая историческая судьба…