Читать онлайн «Во льдах и подо льдами». Страница 48

Прошло семь лет. В 1946 г., уже после того как прогремели чудовищные атомные взрывы в Хиросиме и Нагасаки, министерству ВМС США было предложено принять участие в строительстве атомного реактора в Ок-Ридже (штат Теннесси), куда откомандировали пять флотских офицеров, среди них находился капитан 1 ранга Хьюмен Риковер, будущий «отец» американского атомного подводного флота[290]. В руки Риковера попал тогда доклад Филиппа Абельсона, ученого-физика, принимавшего участие в получении изотопов урана для атомной бомбы. В докладе содержались чертежи высокоскоростной немецкой подводной лодки с «единым» (вальтеровским) двигателем[291], но замененным ученым атомной силовой установкой собственной конструкции.

Воспользовавшись благоприятным моментом, связанным с заинтересованностью фирмы «Вестингауз» в разработке ядерного двигателя, Риковер добился создания отдела атомной энергетики в Управлении кораблестроения, а также сектора военно-морских реакторов в Комиссии по атомной энергии. Он же и возглавил эти органы. Одновременно началось проектирование и самой атомной подводной лодки. Закладка ее под названием «Наутилус» состоялась 20 августа 1951г. в Гротоне на верфи «Электрик боут» в присутствии президента Г. Трумэна. А через месяц здесь же заложили еще одну атомную субмарину — «Сивулф» («Морской волк»). 30 сентября 1954 г. состоялась церемония ввода в строй «Наутилуса», однако лишь 17 января 1955 г. эта лодка впервые вышла в море для ходовых испытаний. В тот день она передала сигнальным прожектором фразу, вошедшую теперь во все американские справочные издания и названную в США исторической: «Идем на атомной энергии».

Вслед за «Наутилусом» и «Сивулфом»[292] США заложили еще четыре корабля, но уже другого типа — «Скейт». Так началось за океаном серийное строительство атомных подводных лодок.

США не случайно присвоили своему атомному первенцу символическое название «Наутилус». Как известно, жюльверновский фантастический корабль был «властителем океанов». Американским подводным лодкам предстояло, по мысли руководителей Пентагона, стать «властителями мира». Особенно большие преимущества сулило оснащение атомного подводного флота ядерным оружием. «Атомная мощь плюс морское могущество дадут такую свободу действий стране, — писал журнал «Милитари ревью» в разгар «холодной войны», — что она может легко осуществить уготовленное ей богом право руководить всем миром[293].

Осуществив строительство четырех многоцелевых торпедных подводных лодок типа «Скейт», США приступили в 1959 году к серийному строительству атомных лодок типа «Скипджек» такого же назначения, но с новыми гидродинамическими формами корпуса, измененной корабельной архитектурой. А уже на основе их начали проектирование ракетных подводных лодок сначала типа «Джордж Вашингтон», затем типа «Этен Аллен» и типа «Лафайет» — носителей 16 морских баллистических ракет «Поларис».

«Ракета «Поларис», — писал видный американский военно-морской журналист Н. Полмер, — должна была стать одним из самых лучших видов оружия, созданных человеком»[294].

О направленности программы «Поларис» красноречиво говорит эпизод, описанный Полмером в книге «Атомные подводные лодки»:

«Первый намек на общее число подводных ракетоносцев... был сделан в марте 1958 г. адмиралом Бэрком (в то время начальник штаба ВМС США. — В.Р.)... Когда его спросили о числе подводных лодок, необходимых для выполнения «своей работы» против Советского Союза, Бэрк ответил уклончиво: «Я не думаю, что смогу вам назвать точную цифру... Вы можете исходить из числа русских городов, — продолжал он, — числа мегатонн, необходимых для разрушения города, надежности и точности ракеты и сами определить число подводных лодок. После этого удвойте полученное число для обеспечения уверенности, и вы получите что-то около тридцати»[295].

Первая американская подводная ракетная подводная лодка «Джордж Вашингтон» вошла в состав ВМС США в последний день 1959 г. После ряда уточнений программа строительства подводных ракетоносцев предусматривала введение в строй еще 40 единиц. В результате система морского базирования включала бы 456 ракет «Поларис», которые должны были составить свыше 40% от общего количества «неуязвимых ракетных сил» военного потенциала США, — так, по крайней мере, думали руководители американского военно-морского ведомства и их высокие покровители.

В ноябре 1960 г. «Джордж Вашингтон» с 16 ракетами «Поларис» на борту после «частично успешных», как характеризовало их министерство ВМС США, испытаний у мыса Канаверал (в начале 1964 г. переименован в мыс Кеннеди) торжественно проводили из порта Чарлстон для боевого патрулирования в район Норвежского и Гренландского морей.

Учитывая, что плавания американских лодок проводились в непосредственной близости от морского побережья СССР и отмечались случаи грубого нарушения государственной границы СССР, советское правительство дало в свое время инструкции Министерству обороны впредь при обнаружении в советских территориальных водах иностранных подводных лодок, нарушивших морскую границу СССР и находящихся в подводном положении, принимать меры к уничтожению нарушителя.

В дальнейшем вслед за Соединенными Штатами приступила к строительству атомных подводных лодок и Англия — партнер американцев по военному блоку НАТО. Первая английская атомная подводная лодка «Дредноут», близкая по конструкции к подводной лодке США «Скипджек», вступила в строй в 1963 г. А в начале 1964 г. англичане заложили свой первый подводный ракетоносец «Резолюшн».

Таким образом, к концу 1950-х гг. наш «вероятный противник» имел бесспорное преимущество в области создания одного из главных видов военно-морских вооружений — атомного подводного флота, и более того, в течение нескольких лет обладал монополией.

Потребовались годы самоотверженного труда советских ученых, инженеров, рабочих, военных моряков, колоссальные материальные и финансовые затраты, поиск правильных, безошибочных научно-технических путей, точных решений, чтобы ликвидировать отставание СССР от США в строительстве атомного подводного флота.

Возможность создания подводных кораблей с атомными силовыми установками предвидел еще Б.М. Малинин, известный советский конструктор. Еще в 1947 г. он писал: «Если считать, что в недалеком будущем возможно появление сверхмощных двигателей, питаемых внутриядерной (атомной) энергией, то... основным условием успеха подводной лодки является правильный выбор направления, в котором должна идти ее эволюция»[296]. Естественно, Б.М. Малинин не ведал тогда, что над проблемой создания подводных кораблей с принципиально новыми энергетическими — атомными установками уже думали ученые, причастные к созданию в нашей стране атомного оружия.

В 1946 г. ученого-физика А.П. Александрова, возглавлявшего лабораторию ядерной физики, перевели из Ленинграда в Москву и назначили директором Института физических проблем. «Где-то в 1948 г., — вспоминал академик А.П. Александров, — я организовал группу, которой поручил посмотреть, нельзя ли сделать подводную лодку с ядерной энергетикой. Мы произвели физический анализ, определили, какие примерно размеры будет иметь ядерная установка... Показал Игорю Васильевичу (Курчатову. — В.Р.)[297] наши разработки. Спросил, нельзя ли нам взять такое направление. Но Берия запретил. Пусть, мол, не отвлекаются от основной задачи. Запрет запретом, но думать-то о реакторе для подводников мы продолжали»[298].

Именно тогда, в конце 1940-х гг., советские ученые, просматривая американский журнал, натолкнулись на непонятную им рекламу. Какая-то фирма, создающая измерительные приборы, поместила фотографию круглого здания с продолговатой пристройкой. Физики недоумевали: для производства приборов такое здание вроде бы было не нужно. Обратились к руководству страны с просьбой узнать через разведку о назначении этого здания. Оказалось, что в нем находятся опытный реактор и турбина для подводной лодки[299]. Этот факт еще больше подтолкнул наших ученых- атомщиков заняться созданием реактора для советской подводной лодки.

А.П. Александров стал к тому времени заместителем директора Института атомной энергии, которым руководил И.В. Курчатов. Здесь в его ведение попал сектор, в котором работали Б.А. Буйницкий, Г.А. Гладков, Н.С. Хлопкин[300]. Последние, заканчивая Московский энергетический институт, в дипломных проектах рассматривали использование атомной энергетики на различных типах кораблей, в том числе на подводных лодках, ледоколах и даже самолетах.