Читать онлайн «Во льдах и подо льдами». Страница 44

«Целью», вызвавшей сомнение специалиста, а с ним и командира, оказался самый настоящий... айсберг. И не один: поблизости среди мелкобитого льда плавало еще две огромные ледяные горы[263].

28 августа, когда «С-101» уже не одни сутки находилась на позиции в 78 милях к востоку от мыса Желания, краснофлотец И.В. Ларин, несший вахту на гидроакустической станции, доложил, что слышит шум винтов подводной лодки. Доклад на этот раз оказался точным. В поднятый перископ на расстоянии 40— 50 кабельтовых были отчетливо видны характерные очертания рубки вражеской субмарины, шедшей под дизелями курсом 350°. Осторожно, чтобы не спугнуть врага, «С-101» начала маневрирование для атаки.

В отсеки передали приказание исключить малейшие шумы, чтобы не привлечь внимания противника. Когда дистанция сократилась до 6 кабельтовых, в 10 ч 50 мин П.И. Егоров (он принял в этот момент на себя командование кораблем в связи с тем, что молодой командир не успел перед выходом выполнить зачетные торпедные стрельбы) дал трехторпедный залп из носовых торпедных аппаратов с интервалом в 6 секунд, причем торпеды имели разную установку глубины хода. Через 50 секунд в отсеках услышали мощный грохот. Командир увидел в перископ поднявшийся над поверхностью моря громадный султан воды. Когда «С-101» всплыла в позиционное положение, на мостик поднялись командир дивизиона, командир лодки и вахтенный офицер лейтенант В.К. Сергеев. Их взору открылось огромное соляровое пятно, которое растекалось на поверхности моря. В воде плавали деревянные обломки, пробки, одежда[264].

Найденные документы позволили установить, что потоплена подводная лодка «U-639», возвращавшаяся после постановки мин на подходах к устью Оби.

2 сентября «С-101» ошвартовалась в Полярном, оставив за кормой свыше 3500 миль, из них 650 под водой.

Боевой успех сопутствовал экипажу «С-101» и в других походах. За образцовое выполнение заданий командования она удостоилась после окончания войны, 24 мая 1945 г., ордена Красного Знамени.

В тот же период у северной оконечности Новой Земли несла позиционную службу еще одна советская подводная лодка — «С-54» (командир капитан 3 ранга Д.К. Братишко). Это был ее третий поход на Северном флоте; «С-54» вместе с подводными лодками «Л-15», «С-51», «С-55» и «С-56» в 1942—1943 гг. перешла с Дальнего Востока в Заполярье через Тихий и Атлантический океаны. Пребывание «С-54» у Новой Земли, как и походы других подводных лодок Северного Флота в высокие полярные широты, представляет определенный интерес.

В один из дней от вахтенного гидроакустика в центральный пост поступил доклад: «Слышу шум винтов работающей машины». Боевая тревога поставила на ноги весь экипаж. Капитан 3 ранга Братишко пристально осматривал горизонт. Из боевой рубки находящимся в центральном посту слышались голоса разговаривавших между собой командира и старшего помощника капитан- лейтенанта Г.К. Васильева.

— Смотри, старпом, по-моему, силуэт подводной лодки, — глуховато говорил командир.

— Я тоже так думаю, — ответил через минуту Васильев, снова уступая место у перископа Братишко.

— Вот нахал, идет, как у себя дома, сейчас мы устроим ему прописку на дне моря, — возбужденно продолжал командир. — Далековато только! Будем сближаться, чтобы ударить без промаха.

Когда до цели оставалось менее 50 кабельтовых, из рубки раздалась команда:

— Отбой боевой тревоги!

Спустившись из боевой рубки, командир с досадой сказал:

— Айсберг, чтоб его приподняло да бросило! Издали похож на подводную лодку, и волна о него бьет, как будто выхлоп работающего дизеля. Запросите акустика, что он сейчас слышит?

Из переговорной трубы раздался голос Фадеева:

— Слышу все тот же шум...

Сближение до девяти кабельтовых подтвердило: айсберг! Он величаво проплывал, гордый своей неприступностью и сверканием льда в лучах низкого в этих широтах солнца...

После отбоя подводники донимали шутками гидроакустика:

— Как же ты, Коля, целый час вел нас в атаку на льдину?..

Но сами отлично понимали: лучше сто раз ошибиться, чем пропустить врага. К тому же теперь будут знать, какой шум издает айсберг».[265]

В сентябре 1943 г. у северной оконечности Новой Земли несла боевую службу и гвардейская Краснознаменная подводная лодка «Щ-402», которой командовал в то время гвардии капитан 3 ранга Д.М. Каутский.

Осенний поход «Щ-402» 1943 г. продолжался в течение 33 суток — со 2 сентября по 5 октября — и был для нее, как и для других кораблей, плававших в годы войны в столь высоких северных широтах, одним из трудных, особенно в навигационном отношении.

21 сутки — с 8 по 29 сентября — «Щ-402» находилась в Карском море. Подводникам приходилось почти все время действовать в сплошном тумане или при постоянных снежных зарядах.

Выполнение боевой задачи затрудняли попадавшиеся на пути лодки многочисленные айсберги, которые, как это отмечалось и в случаях с подводными лодками «С-101» и «С-54», акустики принимали за вражеские цели, пока не научились различать эхо и шумы плавучих ледяных гор. В довершение «Щ-402» попала в жесточайший шторм.

29 сентября барометр, наконец, начал давать обнадеживающие показания, погода стала улучшаться. К огорчению команды, все еще не терявшей надежду на встречу с противником, поступила радиограмма, отзывавшая «щуку» в базу.

Поход этот не принес кораблю боевого успеха, но экипаж «Щ-402» вышел победителем в борьбе со стихией, приобрел ценный опыт плавания в высокоширотном районе. (Экипажу гвардейской Краснознаменной подводной лодки «Щ-402» не пришлось встретить светлый День Победы. 21 сентября 1944 г. лодка погибла в боевом походе.)

В сентябре 1943 г. в том же районе действовала также подводная лодка «К-1», которой командовал в походе командир дивизиона капитан 1 ранга М.Ф. Хомяков (ее «штатный» командир капитан 3 ранга В.Г. Стариков находился в отпуске). В базу лодка не вернулась. Подводники-североморцы тяжело переживали гибель боевых товарищей. Они поклялись отомстить за них ненавистному врагу.

В 1944 г. противник не только не отказался от посылки своих подводных лодок в Карское море, но и усилил их деятельность на наших внутренних арктических коммуникациях. В связи с этим в арктический сектор морского театра командование Северного флота перебросило к началу навигации в Карское море дополнительные силы из надводных кораблей и авиации. Летом была создана Карская военно-морская база.

Подводным лодкам Северного флота в 1944 г. вновь приходилось выполнять боевые задачи в районах, прилегающих к мысу Желания.

Первой 15 августа вышла сюда подводная лодка «С-104» (командир капитан 2 ранга В.А. Тураев)[266].

18 августа лодка пересекла семьдесят седьмую параллель и заняла позицию у мыса Желания (район ее действий был определен между 76-й и 78-й параллелями и 64-м и 75-м меридианами). Жизнь на корабле вначале шла монотонно, ничто не нарушало привычного ритма несения вахт.

Участник похода мичман Л.А. Власов в своих воспоминаниях рассказал о некоторых эпизодах этого необычного для экипажа плавания, о том, как экипаж «С-104», подобно морякам других подводных лодок, ранее действовавших у Новой Земли, был введен в заблуждение плававшим айсбергом, принятым за цель[267].

Двадцать три дня находилась «С-104» в районе восточнее мыса Желания. Напряженный поиск не увенчался успехом. Через две недели сюда пришла для несения боевой службы подводная лодка «С-15» (командир капитан-лейтенант Г.К. Васильев). Для определения места командир принял решение склониться к мысу Спорый Наволок. Здесь лодка попала в тонкий молодой лед. Чтобы он не забил кингстоны охлаждения дизелей, Г.К. Васильев направил подводную лодку к чистой воде. Однако около полуночи «С-15» оказалась среди дрейфующих полей крупнобитого льда. Пришлось уменьшить ход до малого. И снова полоса чистой воды сменялась то мелкобитым льдом, то полями тяжелого, прошлогоднего льда[268].

Почти месяц, с 21 сентября по 17 октября, находилась «С-15» в высокоширотном районе, покинув его уже в условиях наступившей полярной ночи.

Опыт высокоширотных и ледовых плаваний, полученный на Северном флоте в предвоенные и военные годы, навел флагманского штурмана бригады подводных лодок капитана 1 ранга М.М. Семенова и командира «С-17» Героя Советского Союза капитана 2 ранга Я. К. Иосселиани на мысль об использовании обычной серийной дизель-электрической подводной лодки для похода к Северному полюсу. С таким предложением они обратились после войны к своему командованию. По их замыслу маршрут следовало разработать с учетом данных авиаразведки о наличии полыней и разводий. Кроме того, поиск участков чистой воды, в которых можно было бы всплывать для зарядки аккумуляторной батареи, лодка могла производить с помощью эхолота, направленного вверх. В аварийных случаях, как они считали, можно было бы подорвать лед для образования полыньи торпедами.