Читать онлайн «Если сорвать маску...». Страница 59

«Американские государства,— заявил Л. Джонсон,— не могут, не должны позволить и не позволят установить еще одно коммунистическое правительство в Западном полушарии». Через день он добавил: «Мы не намерены сидеть в кресле-качалке (намек на любимую позу Дж. Кеннеди.— Ф.С.) сложа руки и дать возможность коммунистам создать правительство в Западном полушарии».

Как утверждал журнал «Нью-Йорк таймс мэгэзин», директор ФБР Джон Эдгар Гувер по приказу Джонсона сфабриковал «свидетельства» коммунистического заговора в Доминиканской Республике, чтобы сначала спровоцировать, а затем и оправдать интервенцию США.

Чтобы дискредитировать движение конституционалистов и доказать, что «гуманная интервенция» Соединенных Штатов была необходима, JI. Джонсон распространялся о жестокостях, которых в действительности восставшие никогда не совершали. Стремясь убедить общественность и в первую очередь конгресс в том, что над Доминиканской Республикой нависла «красная угроза», президент США не просто высказал мнение, что там существует опасность захвата власти коммунистами. Он в весьма категоричной форме заявил, что руководство восстанием 28 апреля было передано в руки группы «коммунистов-заговорщиков», естественно поставив себя тем самым перед необходимостью доказательства этого факта. Однако даже самые ярые антикоммунисты ничем не могли подтвердить заявление главы американского государства. Тем не менее посольство США и резидентура ЦРУ в Санто-Доминго старательно приумножали в прессе лживые обвинения своего правительства. С удивительным упорством они наводняли печать бесконечными «вопиющими» примерами «зверств» мятежников и «доказательствами» того, что власть в Доминиканской Республике захвачена коммунистами. И «доказательства», и «примеры» являли собой столь явную фальсификацию, что честному и сведущему журналисту не составляло труда опровергнуть их. Некоторые американские журналисты именно так и поступали.

Создавая вокруг Доминиканской Республики атмосферу антикоммунистической истерии, администрация Джонсона стремилась тем самым облегчить эскалацию агрессии. «С самого начала восстания,— писала «Уолл-стрит джорнэл»,— имели место согласованные действия правительства США, если не официальное решение, нанести полное поражение повстанческому движению любыми средствами и любой ценой». Что касается ОАГ, к которой президент Л. Джонсон «относился с явным пренебрежением», но чья санкция была желательна, то ее просто уведомили о факте вторжения. В оправдание президент США заявил: «Совет (ОАГ.— Ф.С.) слишком долго раскачивался, чтобы можно было в оставшееся время принять коллективное решение».

Масштабы интервенции стремительно расширялись. В сообщении Ассошиэйтед Пресс, переданном 2 мая из Санто- Доминго, говорилось о том, что каждые две минуты на военно-воздушную базу Сан-Исидро прибывали американские самолеты, которые за одну только ночь доставили туда около 2 тыс. парашютистов из 82-й воздушно-десантной дивизии. Днем продолжали прибывать новые контингенты. Запасы вооружений, боеприпасов и грузовых машин на базе Сан-Исидро быстро увеличивались.

Сразу же после высадки на доминиканской территории американские интервенты развязали прямые военные действия против восставших. Уже 29 апреля в сообщениях телеграфных агентств США содержалась информация о первых потерях в ходе начавшихся ожесточенных боев американских «миротворцев» с доминиканскими патриотами.

Более 300 транспортных самолетов и 25 военных кораблей приняли участие в операции. Уже через 10 дней после начала агрессии, как официально подтвердило министерство обороны США, на территории Доминиканской Республики было высажено в общей сложности около 22 тыс. человек [По другим данным, США направили в Доминиканскую Республику 42 тыс. солдат п морских пехотинцев], в том числе 12 700 человек из состава сухопутных войск, более 8 тыс. морских пехотинцев, 1100 человек из частей ВВС. Кроме того, к берегам республики были подтянуты 32 корабля военно-морских сил США, имевших на борту 9900 человек 5.

«Появляется все больше тревожных признаков того,— писал корреспондент «Нью-Йорк геральд трибюн»,— что, если не считать обанкротившихся военных из хунты, Соединенные Штаты не признают никого. И кажется, США пришли к заключению, что сражение — это единственное решение проблемы...»

Районы, занятые восставшими, подвергались беспрерывным атакам войск хунты и интервентов, применявших самое современное вооружение: минометы, безоткатные орудия, тяжелые танки и авиацию, которые превращали жилые дома в руины. В результате вторжения, которое, как не уставали подчеркивать американские политические деятели, имело будто бы «гуманные цели» и было связано с установлением «мира и спокойствия», Доминиканская Республика стала ареной кровопролитных сражений. Оккупанты обрушились на народ с жесточайшими репрессиями: начались облавы на людей, подозреваемых в симпатиях к конституционному режиму, бесчисленные аресты, пытки в тюремных застенках. Для достижения своих политических целей (ради возможности оказания дополнительного давления на конституционалистов во время предстоящих переговоров) представители администрации США с потрясающей бесчеловечностью продемонстрировали готовность принести в жертву жизни других людей.

30 апреля морские пехотинцы США расширили свои позиции, которые были названы «международной зоной безопасности», с 3 до 9 квадратных миль. Эта зона образовала «коридор» от побережья к зданию американского посольства, разделивший районы, контролируемые повстанцами, на две части — северо-восточную и южную. На улицах, прилегающих к «коридору», который вскоре соединил «международную зону безопасности» с базой Сан-Исидро, интервенты возвели оборонительные заграждения, опутанные колючей проволокой. Возле штаба оккупационных войск, разместившегося в гостинице «Эмбахадор», были установлены 105-мм гаубицы, туда были подтянуты танки, бронемашины и бронетранспортеры.

Открытая агрессия в Доминиканской Республике вызвала волну гнева и осуждения со стороны мировой, и в первую очередь латиноамериканской, общественности. Будучи вынужденным считаться с этим, Белый дом решил прикрыть вторжение флагом межамериканской системы. Под прямым нажимом Соединенных Штатов X консультативное совещание министров иностранных дел американских государств 6 мая 1965 г. приняло решение о создании «межамериканских вооруженных сил мира» и об их направлении в Доминиканскую Республику якобы в целях «сотрудничества» с ОАГ «в восстановлении нормального положения, обеспечении безопасности населения и соблюдении прав человека».

Однако операция по созданию «межамериканской армии» оказалась чрезвычайно трудным делом даже для таких мастеров по «выкручиванию рук», как американские специалисты по ОАГ. Лишь в результате сильного закулисного давления, интриг и шантажа Вашингтону удалось собрать необходимые две трети голосов. Против этого решения, не только нарушающего общепризнанные нормы международного права, но и подрывающего устав самой ОАГ, голосовали пять стран: Мексика, Чили, Перу, Эквадор и Уругвай; представитель Венесуэлы воздержался.

Следует в данной связи особо подчеркнуть, что в процессе голосования по этой резолюции был нарушен не только дух, но и буква устава ОАГ: голос, решивший ее судьбу, принадлежал «представителю Доминиканской Республики», заседавшему в Совете ОАГ со времен «гражданского триумвирата», который прекратил свое существование еще 24 апреля.

Правящие круги США не скрывали своего удовлетворения по поводу создания «вооруженных сил ОАГ» для действий на территории Доминиканской Республики. «Впервые в истории Организация американских государств создала и послала на землю американской страны международные военные силы по поддержанию мира, — заявил президент JI. Джонсон.— Это может стать огромным достижением. Соединенные Штаты сделали свои силы частью межамериканских сил».

Однако большинство стран Латинской Америки затем отказались предоставить в распоряжение ОАГ, как это предусматривалось решением консультативного совещания, свои «сухопутные, морские, воздушные и полицейские силы». В конечном итоге в состав «межамериканских сил» вошли лишь воинский контингент из Бразилии и небольшие отряды из Парагвая, Гондураса, Никарагуа, Сальвадора и Коста-Рики общей численностью 2 тыс. солдат. Подавляющую часть войск интервентов в Доминиканской Республике составляли вооруженные силы США.

Для характеристики статуса этих «сил» достаточно сказать, что должность «заместителя командующего межамериканскими силами» занял командующий экспедиционными войсками США в Доминиканской Республике генерал Брюс Палмер. При этом на пост «командующего» был назначен бразильский генерал Альвим, широко известный в Латинской Америке тем, что участвовал в военном перевороте в Бразилии, в результате которого был свергнут президент Гуларт. Под таким руководством контингенты латиноамериканских войск, превратившись фактически в составную часть интервенционистских сил Соединенных Штатов, неоднократно участвовали в вооруженных столкновениях с доминиканскими патриотами.