Читать онлайн «Если сорвать маску...». Страница 52

Все данные получены на основе тайной аэрофотосъемки территории Кубы, а также фотографирования ее с помощью американских спутников-шпионов.

Следует особо отметить тот факт, что в ЦРУ составлена детальная демографическая карта Кубы, отражающая изменения плотности населения за последние два десятилетия. Такой интерес к численности и плотности населения не случаен, если учесть, что на основе этих данных в ЦРУ разрабатываются планы применения химического и бактериологического оружия.

Приведенные факты со всей убедительностью свидетельствуют о том, что в 70-е годы Соединенные Штаты неоднократно использовали против Кубы средства биологической и метеорологической войны. В результате стране был нанесен значительный экономический ущерб, имелись человеческие жертвы. Несмотря на все старания, ЦРУ не удалось сохранить в секрете от мировой общественности свои чудовищные злодеяния. Администрация Рейгана сегодня не в состоянии опровергнуть представленные кубинским правительством доказательства бактериологической, химической и метеорологической войны, которую ЦРУ ведет против социалистического острова в Карибском море.

«Империалисты Соединенных Штатов,— подчеркивал Фидель Кастро в речи на открытии 68-й конференции Межпарламентского союза 15 сентября 1981 г. в Гаване,— усилили преступную экономическую блокаду нашей страны; наращивают шпионскую и подрывную деятельность; без стеснения говорят о ведении официальных радиопередач правительства Соединенных Штатов с целью дестабилизации и содействия контрреволюции на Кубе... Правительство Соединенных Штатов до сих пор не взяло на себя никаких обязательств в ответ на неоднократные публичные требования разъяснить, будет ли это зловещее ведомство (т. е. ЦРУ.— Ф. С.) иметь свободу рук или нет в деле организации покушений на руководителей революции, применения бактериологических средств, опасных для людей, животных и растений» 28.

Кампания враждебных акций против первого социалистического государства Америки особенно усилилась после принятия ОАГ в июле 1975 г. решения положить конец запрету на дипломатические и экономические отношения с Кубой.

Одна за другой были взорваны бомбы в ряде дипломатических миссий, в представительствах авиатранспортной компании и службы печати Республики Куба в Панаме, Колумбии, на Барбадосе, в Тринидаде и Тобаго, предпринята попытка похищения кубинского консула в Мериде (Мексика), совершено пиратское нападение на два кубинских рыболовных судна.

Около 100 террористических акций кубинские контрреволюционеры совершили в период с 1961 по 1976 г. в Майами [Так, 21 октября 1975 г. жертвой аитикубинского террористического подполья стал кубинский эмигрант Роландо Масфюрер, выступавший в США за политическое примирение с Гаваной,— он погиб от взрыва бомбы в своем автомобиле. До этого, 30 апреля 1975 г., была подложена бомба в автомашину противника кубинских контрреволюционеров журналиста Эмплио Милнана, который в результате взрыва лишился обеих ног]. Многие из воинственно настроенных противников революционной Кубы и экстремистов, обученных ЦРУ еще в период подготовки вторжения в заливе Кочинос в 1961 г., принимали участие и в других агрессивных действиях в отношении Кубы, организованных ЦРУ.

Об этом подробно рассказал, выступая по кубинскому радио и телевидению К. Риверо Кольядо, один из бывших руководителей контрреволюционной организации «Белая роза», порвавший с разведкой США и возвратившийся на родину в 1974 г. Он подчеркнул, что свои усилия эти организации направляют на то, «чтобы добиться разрыва отношений между Кубой и рядом стран или по крайней мере ухудшить их». Известно также, что они поддерживают тесные связи с охранкой чилийской фашистской хунты.

Пользуясь попустительством властей США, кубинские контрреволюционеры в Майами начинают действовать все более нагло. «Мы полностью обучены и подготовлены ЦРУ,— сказал их главарь Армандо Лoпec Эсрадо.— Мы применяем тактику, которой нас обучали в ЦРУ. А научили нас делать все: взрывать бомбы, убивать, проникать внутрь Кубы — у нас в этом есть большой опыт». Летом 1976 г. несколько организаций кубинских контрреволюционеров объединились в «боевую террористическую коалицию» под названием «Кору». Как заявил тот же Армандо Лопес Эсрадо, ставший одним из ее лидеров, «взрывы бомб у кубинских посольств и учреждений по всему миру, покушения на кубинских дипломатов — это лишь наши первые шаги».

Самой жестокой из всех этих террористических акций, совершенных агентами ЦРУ, была диверсия против пассажирского самолета 6 октября 1976 г. Прошло всего несколько минут после взлета самолета кубинской авиакомпании «Кубана де авиасьон», летевшего из аэропорта на острове Барбадос, когда диспетчерский пункт аэропорта получил сверхтревожное сообщение. Пилот самолета радировал, что на борту произошел взрыв и что он пытается вернуться в Бриджтаун. Ожидания были напрасны. Самолет так и не прибыл. Он упал в Карибское море в 9 км от берега, где три недели спустя фрегат английского военно-морского флота обнаружил его обломки на глубине 500 м. Из 73 человек, находившихся на борту, включая членов экипажа и кубинскую команду фехтовальщиков, которая блестяще выступила на Олимпийских играх в Монреале, не спасся ни один.

На следующий день после трагедии у берегов Барбадоса неизвестный позвонил в редакцию одной из газет в Майами и заявил, что бомбу в самолет «Кубана де авиасьон» подложили члены контрреволюционной организации «Кондор». Начались поиски диверсантов. Первым навел полицию на их след один из водителей такси острова Тринидад, слышавший, как два его пассажира обменялись на испанском языке подозрительными замечаниями о случившемся. Отталкиваясь от этих исходных данных, полиция Порт-оф-Спейна установила, что люди, о которых шла речь,— колумбиец Фредди Луго и кубинец Эрнан Рикардо Лосано,— только что прибыли самолетом с Барбадоса без всякого багажа и с венесуэльскими паспортами. Дальнейшее расследование показало, что фамилии Луго и Лосано числились в списке пассажиров, летевших на остров Барбадос на взорванном затем кубинском самолете. Восстанавливая маршруты их передвижения, полиция обнаружила, что, едва высадившись на острове, они позвонили в Каракас и разговаривали с неким Орландо Бошем. Сразу же после ареста Луго и Лосано заявили, что являются частными детективами венесуэльского агентства, возглавляемого неким Луисом Посада Каррилесом.

Орландо Бош и Луис Посада Каррилес принадлежали к той группе кубинских эмигрантов, которая уже более 20 лет, пользуясь поддержкой США, ведет так называемую «частную войну» против собственного народа методами террора. Кубинские контрреволюционеры действовали совместно с представителями уголовного мира, причем антикоммунистические мотивы зачастую сочетались с рэкетом, торговлей оружием и наркотиками.

Бош прошел специальную подготовку на одной из баз ЦРУ, участвовал в нескольких антикубинских акциях (выстрел ракетой по польскому судну с грузом для Гаваны, подготовка взрыва в кубинском посольстве в Каракасе). Он связан с представителями военно-фашистской хунты в Чили, с реакционерами других стран.

История Каррилеса мало чем отличается от истории Боша. Он приехал в Майами в 1960 г. и сразу же был отправлен в Гватемалу для обучения в созданной ЦРУ контрреволюционной армии кубинских эмигрантов — бригаде 2506. Участвовал во вторжении на Плая-Хирон в 1961 г., в подавления развернувшегося в Венесуэле партизанского движения.

Венесуэльская полиция нагрянула в агентство Посады на следующий день после гибели самолета и обнаружила там рукописный документ — разведывательное донесение, где перечислялись меры безопасности, которые принимаются в кубинских дипломатических миссиях, в представительствах авиатранспортной компании Кубы и при полетах самолетов в Гавану из Панамы, Колумбии, с Тринидада и с Барбадоса. Рейс, во время которого произошел взрыв, также был подробно описан в этом донесении... В доме Посады были обнаружены аппаратура и планы, использовавшиеся при организации взрыва кубинского самолета и убийства бывшего министра иностранных дел Чили Орландо Летельера, проекты осуществления других террористических акций29.

В конце октября 1976 г. поисковая команда подняла с морского дна обломки фюзеляжа самолета с остатками взрывного устройства «Си-4», которое имеется только в арсеналах армии и разведывательных служб США. Эта подробность в сочетании с тем фактом, что в момент ареста Лосано при нем была обнаружена инструкция по обращению с взрывным устройством именно этого типа, стала вещественным доказательством того, что диверсия была спланирована в ЦРУ.

Первым признался Лосано, как выяснилось, сотрудничавший с ЦРУ с 1970 г. Он сказал, что оставил на борту кубинского самолета, прежде чем сойти с него в аэропорту Барбадоса, чехол от фотоаппарата, начиненный взрывчатым веществом и превращенный в бомбу замедленного действия. Лосано признался также в том, что Луго был завербован им в Венесуэле и что оба они работали на ЦРУ. Всего по делу о взрыве кубинского самолета было арестовано 14 человек: семь кубинских эмигрантов и семь граждан Венесуэлы. Как подчеркивала газета «Нью-Йорк таймс», террористы, которые в течение последних лет занимались подрывной деятельностью в различных странах Латинской Америки, почти неизменно оказывались людьми, прошедшими подготовку в ЦРУ. В этом, очевидно, и кроется объяснение того, что официальные круги США проявили незаинтересованность в выяснении деталей организации и осуществления этого террористического акта.