Читать онлайн «Коммандос Штази. Подготовка оперативных групп Министерства государственной безопасности ГДР к террору и саботажу против Западной Германии». Страница 12

Другое рабочее подразделение заботилось об электронном оборудовании и оборудовании для систем связи РГМ/С. Под ключевыми словами электроника/электротехника эксперты занимались там, среди прочего, разработкой, испытанием и изготовлением следующих специализированных устройств: спусковые механизмы для минно-взрывных систем, средства радиоэлектронной борьбы, системы для преодоления электронных охранно-сигнализационных устройств и выводы из этого для обеспечения защиты собственных объектов, электронное оборудование и узлы для технических оперативных и боевых средств для борьбы с терроризмом, электронное дополнительное оборудование для оперативных автомобилей, средства ослепления и освещения для ведения специальных боевых действий. Техники, занимающиеся системами связи, работали над проблемами тактической радиосвязи, техники проводной связи, обработки и подготовки информации (например, процессом кодировки), систем дистанционного управления и дистанционного включения для особых оперативных и боевых заданий, а также разведывательной техники и техники подслушивания и записи при специальных операциях. На этом участке работы экспериментировали также с отрицательно воздействующими на человеческую психику колебаниями звука для использования их против потенциальных противников. Такие колебания звука можно производить, например, при помощи простого технического устройства, генератора колебаний. Если произведенные генератором колебания достигают определенной частоты, они наносят людям физический вред, приводя, например, к лопанию барабанных перепонок. Если даже колебания остаются ниже этой частоты, то их все равно можно ощущать, и они причиняют сильные психические неудобства. Можно достигнуть этого, в том числе, и путем манипуляций с модуляцией колебаний звука. Такие методы можно применить, например, при мучении людей.

Третья рабочая группа занималась «взрывными, зажигательными и химическими средствами». Здесь разрабатывались процессы для самостоятельного изготовления, обработке и маскировке взрывчатых веществ, а также их подрыва. В области так называемых зажигательных средств специалисты работали над следующими проблемами: самостоятельное изготовление и усиление воздействия, процесс зажигания и самовоспламенения, расширение пространства пожара и процесс горения самых различных материалов, взрывы газов и взрывчатые смеси, маскировка зажигательных средств и систем воспламенения, химические взрыватели и методы зажигания. Кроме этого, специалисты занимались методами химического разрушения материала, изготовления и модификации пиротехнических средств, таких как метательные заряды, реактивные (ракетные) заряды и так называемые «громы и молнии» — пиротехнические заряды для световых и шумовых эффектов, применением раздражающих средств для «наступательных боевых действий», использованием аэрозолей и ядовитых газов. Чтобы производить такие газы, РГМ/С с 1980 года располагала соответствующим образом подготовленными сотрудниками. Спустя один год в отделе было установлено устройство для газовой хроматографии, физически-химического процесса для анализа газообразных смесей из многих различных веществ.

Одновременно с помощью процесса можно производить также газы высокого уровня чистоты, например, боевые отравляющие вещества.

Эксперты направления 2 РГМ/С также занимались «специальными средствами и методами использования ядов и наркотиков». Годовые планы подразделения с начала восьмидесятых годов свидетельствуют, что избранные сотрудники проходили специальное обучение обращению с ядами. Высокотоксичные яды РГМ/С по конспиративным причинам приобретала не непосредственно в системе торговли или у производителя, а обходным путем, например, через научно-исследовательские институты при университетах. Так, уже в семидесятые годы были налажены связи с секцией криминалистики в Университете Гумбольдта в Восточном Берлине. Как и директор секции, так и доктор В. Катцунг, научный сотрудник секции, специализирующийся на судебной химии, тоже работал для МГБ как офицер с особым поручением (OibE). Он оказывал поддержку Штази не только с помощью своих обширных, проведенных по поручению «чекистов» совершенно секретных исследований об использовании ядов и наркотиков, но и передавал, например, только между 1976 и 1977 годами десять раз яды и химические боевые отравляющие вещества в распоряжение РГМ/С. Под легендой, что секции криминалистики нужны такие субстанции в исследовательских целях, яды через министра здравоохранения ГДР приобретались торговыми миссиями ГДР даже в западных странах. Передача происходила в ходе конспиративных встреч на стоянках на автобанах. В результате подразделение получало от доктора Катцунга весь арсенал высокотоксичных материалов: быстродействующие яды, воздействующие на сердце, наркотические материалы для боевых зарядов, судорожные яды, смертельно действующие нервнопаралитические яды, катализаторные контактные яды, токсичные субстанции, которые можно растворять в еде и напитках, после чего они приводят к медленному и не сразу заметному ухудшению здоровья, химические боевые отравляющие вещества, воздействующие на кожу, против которых не существует противоядия, яды, воздействующие на почки, яды, так воздействующие на дыхательные пути, что вызывают эпидемии страха и из-за тошноты заставляют человека снять противогаз, яд кураре, использовавшийся индейцами в их стрелах, и химические убийцы, вроде мышьяка и стрихнина. Пока еще не найдены документы, которые информировали бы нас, применяла ли, и если да, то где и как РГМ/С эти средства против людей. Катцунг составил для МГБ в 1986 году «Документ для обсуждения» о «применении психоактивных веществ для влияния на психическое поведение людей». При этом речь шла, среди прочего, об использовании таких средств на допросах пленных. Например, влияния на дачу показаний можно было достигнуть «преломлением воли» с помощью средств «вывода из ступора», «растворения глубокой психики» «наркотиков правды» и «наркоанализа», а также «вызывания тяги к говорению» с помощью «пилюль болтовни». Согласно «Документу для обсуждения» доктора Катцунга существуют следующие возможности применения психоактивных наркотиков: «успокаивание с [и] без манипуляции (химически-фармакологические пытки), взятие в плен и арест (киднеппинг), представление для публики и подготовка для выступления перед средствами массовой информации, подготовка и проведение судебных процессов». До января 1987 года В. Катцунг по поручению МГБ подготовил текстовую документацию с опорой на компьютерные данные о «необычных отравлениях» под заголовком «DATATOX». Уже одна эта научная работа читается как педантично продуманная инструкция для безупречных отравлений. Но мало того. В сентябре 1988 года доктор Катцунг передал МГБ следующую работу по их заказу на тему «Исследования химических субстанций с особой криминалистической важностью» под заголовком «TOXDAT». На 911 страницах там перечислялись все вероятные возможности для убийства людей ядом. Исследование называло более двухсот токсичных субстанций и точно описывало, в какой форме они существуют в природе, каковы возможности их приобретения, возможно ли их самостоятельное изготовление и каким образом, самые разнообразные методы введения ядов, как и на какие органы воздействуют яды, манипуляции для сокрытия применения ядов и повышения их воздействия. Для экспертов РГМ/С особенно важными с точки зрения их наступательной боевой задачи могли быть те главы исследования, которые рассматривали террористические яды, диверсионные яды и примеры необычного введения ядов.

Уже в семидесятые годы сотрудники оперативно-технического направления прошли обучение обращению с радионуклидами и немедицинской рентгеновской техникой. После этого они занимались, как определенно сообщается в перечне задач направления 2 1984 года под ключевым словом «радиологические средства», применением радиоактивных изотопов. В главе «Нанесение ущерба с помощью применения радиоактивных материалов» исследование TOXDAT перечисляло несколько радионуклидов особо опасного характера: уран 235 и 238, радий 226, стронций 90, цезий 137, кобальт 60, плутоний 238 и 239 и смеси продуктов распада, полученные, например, путем растворения микромасс сожженных топливных стержней из атомных электростанций. Согласно TOXDAT, эти материалы наносят человеку вред комбинированного характера, следующий из химического воздействия яда и физического воздействия радиоактивной энергии. Они обладают очень хорошей пригодностью в качестве террористических ядов, говорится далее, так как орган обоняния человека не воспринимает радионуклиды. Если ввести их, например, в еду и напитки, то они вызывают серьезные повреждения крови и костного мозга, приводящие к длительным хроническим болезням, и разнообразные виды рака в зависимости от органа в теле человека, который станет «целью» их воздействия. Эти воздействия могут достигаться уже с помощью «эффективных доз в весовом диапазоне вплоть до микро- и миллиграммов». Из-за того, что симптомы проявляются поздно и не являются специфическими, анализ причин болезни очень сложен, радионуклиды характеризуются большим «потенциалом скрытности». Уже в длительный период латентности возникает необратимый ущерб для здоровья, и при этом подвергшийся такому воздействию человек не воспринимает его.