Читать онлайн «Кунсткамера аномалий». Страница 48

Что касается Полин Шоу, то она, как и её китайские коллеги, внешне не отличается никакими особенностями. Но когда приходит в банк или универмаг, служащие посматривают на неё с изрядным любопытством: дело в том, что своими неосторожными прикосновениями, а зачастую и вовсе без них она уже испортила множество электробытовых устройств и приборов. Холодильные установки в универсамах и компьютеры в банках выходят из строя, когда она находится рядом. Как сообщила газета «Сан», электрооборудование портится, если Полин прикасается к нему. За относительно недолгий срок она простым прикосновением пережгла 25 утюгов, 18 тостеров, 15 электрочайников, 6 электросушилок, 10 стиральных машин, 12 телевизоров, 12 радиоприёмников, 3 видеомагнитофона и по меньшей мере 250 лампочек. Общий ущерб, причинённый ею домашнему хозяйству, оценивается в 8000 фунтов стерлингов. Что касается лампочек, то они попросту взрываются от прикосновения её рук. Да и шутка ли сказать – порой пальцы Полин «искрят» электроразрядами длиной до восьми сантиметров! Однажды она нечаянно сварила рыбок в аквариуме, дотронувшись рукой до устройства для подогрева воды…

Полин рассказывает, что иногда ей удаётся «снимать» электрическое напряжение под душем, но случаются дни, когда она бывает «заряжена» очень сильно: «Когда у меня очень болит голова, это значит, что во мне скопилось много электричества, и я наверняка испорчу что-нибудь».

Такие «электрические» люди были известны давно, ещё до того, как появились первые электробытовые приборы. Поэтому тогда от воздействия подобных людей страдали только окружающие. Полагали, от них исходит некая странная сила, например необузданная животномагнетическая. Но ни носителям этой силы, ни её жертвам легче от такого «открытия» не становилось.

В материалах ряда авторов, как зарубежных, так и отечественных, в качестве примеров «электрических» людей обычно ошибочно описываются некоторые носители полтергейста. И это при всём при том, что вот уже в течение почти полутораста лет не раз отмечалось, на основании опытов, что сила, стоящая за таким носителем, не имеет, как говорили раньше, «сродства» ни с электричеством, ни с магнетизмом, а больше похожа на механическую. Классический пример подобного рода ошибки – случай с Анжеликой Котэн, которую до сих пор вопреки фактам называют «электрической кой». Однако исследования, проведённые в 1846 году во Франции президентом Парижской академии наук, директором Парижской обсерватории, известным физиком и астрономом того времени Франсуа Араго (1786 – 1853), показали, что это не так – её «сила» не имела ничего общего с электрической. Результаты были опубликованы в одном из номеров «Журнальде деба» за 1846 год. Предмет исследования – необычные феномены, связанные с четырнадцатилетней Анжеликой Котэн из деревни Бовиньи, Франция.

В день её рождения, 15 января 1846 года, в восьмом часу вечера массивный дубовый стол, за котором сидела Анжелика, внезапно стал «сам собой качаться и двигаться, так что невозможно было удержать его на месте». В последующие дни «все двигалось вокруг Анжелики, точно по мановению волшебного жезла». А между тем она отличалась крайней апатичностью. Но стоило ей приблизиться к какому-либо предмету, как тот немедленно отскакивал от неё. Самого лёгкого прикосновения её руки или платья было достаточно, чтобы тяжёлая мебель принималась кружиться и прыгать по комнате. Невозможно было удержать в своих руках что-либо, до чего дотрагивалась Анжелика: предмет тут же начинал дёргаться и выскакивал из ваших рук. Когда эта сила проявлялась с особой активностью, Анжелика, случалось, билась в конвульсиях. При этом частота биения её сердца достигала 120 ударов в минуту. Она так пугалась при этом, что часто в ужасе убегала из дома.

В деревне говорили, что она одержима нечистой силой, и даже называли человека, «испортившего» её. Обратились за помощью к местному кюре. Убедившись в реальности аномальных проявлений, почтенный священнослужитель усомнился в пригодности в этом случае обрядов католической церкви и посоветовал призвать на помощь медицину. Он сумел убедить своих суеверных прихожан, что они имеют дело не с нечистой силой, а с необычным состоянием организма, правда, крайне редким, но подлежащим ведению не духовной власти, а медицины. Весть об этих странных явлениях вскоре достигла Парижа: «Много учёных и докторов приезжали на место происшествия с целью исследовать непонятные свойства молодой девушки». Анжелику стали называть «электрической девушкой», что отражало наиболее распространённую тогда гипотезу о природе действующих сил. Один из первых исследователей, некто де Фаремон, «…полагая, что действовавшая в том случае сила была тождественна силе электричества, принёс с собой несколько простейших электрических приборов, но присутствия электричества не обнаружил». Однако когда он подкладывал стекло под стул, на котором сидела Анжелика, и под её ноги, то явления прекращались. В отношении последнего было высказано предположение, что, возможно, «учёные аппараты производили угнетающее впечатление на молодую девушку, что невольно отражалось на силе явлений».

Примерно в середине февраля 1846 года Анжелику привезли в Париж. Здесь её феномен самолично наблюдали и даже испытывали на самих себе Араго и три его коллеги – астрономы Матье, Ложье и Гужон. Сам Араго был настолько поражён увиденным, что настоял на назначении от Парижской академии наук специальной комиссии для изучения этих явлений. После заслушивания в Академии доклада о проведённых опытах для более полного исследования феноменов, связанных с Анжеликой, была назначена специальная комиссия в составе Араго, Беккереля, Жоффруа Сент-Илера и Бабине. Комиссия почти не обращала внимания на механические проявления феноменов Анжелики, она стремилась главным образом обнаружить присутствие в организме девушки «свободного электричества». Для этого использовались физические инструменты, которые должны были выявить присутствие электричества, сходного с тем, «которое развивается в наших электрических машинах или в электрических аппаратах некоторых пород рыб или угрей». Один из таких инструментов изображён на старинном рисунке. Это – электроскоп. Но использовался и обычный компас. Оказалось, что в присутствии Анжелики компасная стрелка начинала «пляску святого Витта»! Но электроскоп на Анжелику никак не реагировал, даже если от неё «отскакивали» стулья.

Прошло чуть более десяти лет, и в начале декабря 1857 года в присутствии Гонорины Сеген, крестьянской девочки тринадцати с половиной лет, отданной учиться на белошвейку в местечке Ла Ге департамента Луара во Франции, стала двигаться и опрокидываться мебель. Один из исследователей, доктор Пино, желая исследовать природу таинственной силы, развиваемой девочкой, использовал «простой аппарат, состоящий из бузиновых шариков, подвешенных на шелковинке, в надежде, не будут ли они притягиваться, как от действия электричества». Когда поднялся в воздух и опрокинулся весьма массивный и тяжёлый деревянный стул, шарики остались неподвижными. Доктор Пино специально подчеркнул: «ноги и руки девушки оставались совершенно неподвижны и были на виду». А предметы, тем не менее, двигались, но это совсем не отражалось на самодельном электроскопе.

Похожие исследования и с теми же результатами были проведены в 1871 году в России. Тогда странные явления (самопроизвольные стуки, полёты, самодвижения предметов, необычные световые эффекты, самовозгорания) наблюдались в семье В. А. Щапова, занимавшей отдельный дом на хуторе в 30 верстах от города Илецка, что на Урале, и были связаны с его двадцатилетней женой. Ранней весной 1871 года на хутор инкогнито приехала официальная комиссия, «снаряжённая по распоряжению самого губернатора, генерала Веревкина». Комиссия состояла из инженера-технолога А. Ф. Акутина (председатель), редактора газеты «Уральские войсковые ведомости» Н. Ф. Савичева и доктора А. Д. Шустова.

В первый же вечер члены комиссии стали свидетелями стуков, полётов предметов и прочих эффектов. На следующий день они приступили к работе. По словам Щапова, ими «…поставлены были привезённые с собой физические приборы, для чего даже взломали часть пола в спальне жены и поставили там железный прут, один конец которого углубили в самую почву под полом, а другой, верхний, с загнутым и заострённым концом, приходился против той стеклянной двери, в которую обыкновенно раздавались удары и на стекле которой устроен был конденсатор из листов свинцовой бумаги. Привезены были ими и лейденская банка, компасы, магнит и всякая научная диковинка, но ни один из приборов во все времена не оказался пригодным ни для одного опыта: посредством их не удалось уловить ни малейшего намёка на сродство явлений с электричеством и магнетизмом; равно как и химические реакции, производимые самим Акутиным, не показали никакого особенно напряжённого состояния атмосферного электричества в помещениях дома или насыщения окружающего воздуха сгущённым озоном. Словом, – заключает Щапов, – все усердные старания их по этому предмету не привели ни к чему, а явления между тем своеобразно продолжались каждый вечер аккуратно».