Читать онлайн «Веди, княже!». Страница 52

— Кто ваш сотник? — спросил Игорь.

— Я, княже, — раздалось сбоку.

Игорь окинул ответившего быстрым, внимательным взглядом. Статный налитый силой, с загорелым, обветренным лицом, серые глаза смотрят на великого князя смело, без признаков страха. Да и чего ему опасаться? Разве сабельный шрам через левую щеку, глубокий след на скуле от вырванного с мясом наконечника стрелы, еще не зажившее на шее пятно от ожога «греческим огнем» не говорили о верной службе Руси? В том, что Игорь взял верх над двумя дружинниками-новичками, сотник за собой вины не чувствовал. Великий князь — опытный воин и должен понимать, что для превращения вчерашних смердов в настоящих витязей требуется куда больше времени, нежели те несколько дней, которые он занимался их ратным обучением.

Игорь понимал это не хуже сотника. Но как хотелось ему вселить в души молодых дружинников ту ярость и ненависть, что бушевали в его груди при одном упоминании о Византии! Заставить их жить, как он сам, только одним: ожиданием счастливой минуты, когда он снова скрестит меч с имперскими легионерами. Как хотел бы Игорь, чтобы каждый из новобранцев утроил, удесятерил силы и старание в овладении нелегким воинским мастерством, как можно скорее превратился в настоящего воина-русича, с которыми он смело может бросить вызов Новому Риму. Зная, какое значение имеет для человека даже единственное нужное и вовремя сказанное слово, Игорь шагнул к сотнику. Понимая, что сейчас обращается вовсе не к нему, а к десяткам новобранцам, что, затаив дыхание и замерев на месте, прислушивались к каждому его слову, он старался говорить как можно громче и отчетливее.

— Кого и кому готовишь сотник? — нахмурив брови, спросил Игорь, чувствуя на себе обращенные со всех сторон взгляды. — Смелых и отважных воинов для Руси или новых рабов для Византии? Забыл, какими всегда были воины-русичи? Наши деды и отцы, не страшившиеся ничего на свете и отстоявшие для нас Русь? Или други-браты, недавно сражавшиеся рядом с нами против империи? Те, что бесстрашно умирали, предпочитая честную смерть в бою полону и ярму раба? Наши братья с мечом в руках бесследно исчезали в пламени страшного ромейского огня, живыми навсегда погружались в морскую пучину, однако никто из них не молил ворога о пощаде и спасении! Разве не их души взывают сейчас к нам, живым, из бездонных глубин, требующих отмщенья? Разве не слышишь ты их голосов, требующих отмщенья? Такие же воины мне потребны и сейчас, сотник! Только тогда Русь сможет смыть с себя вражьей кровью позор поражения! Лишь тогда окажется нам по плечу месть за павших отцов и братьев, за другов-товарищей!

— Смерть империи!

От многоголосого крика воздух вокруг Игоря словно всколыхнулся. Десятки копий, мечей, секир, вскинутых над головами дружинников засверкали под лучами солнца.

— Я поведу на империю не только вас, полян, а всю Русь! Мы двинемся на Царьград по морю и суше! Мы станем под его стенами вкупе с братьями-болгарами! Мы напомним Новому Риму, что недаром зовемся внуками Аскольда и наследниками дела Олега! Мы снова прибьем русский щит на врата Царьграда и заставим империю уважать Русь! Мы отомстим ромеям за все обиды и кривды! Слава Русской земли, неотмщенная кровь отцов и братьев, воля богов воинов Перуна зовут нас в поход, други!

— Веди, княже! — снова оглушающе вырвалось из широко открытых ртов.

Русские ладьи одна за другой отходили от берега, занимали свои места в строю ключей. Густые толпы болгарских дружинников и жителей окрестных селений, собравшихся на проводы, махали русичам на прощанье руками, напутствовали счастливыми пожеланиями.

Ладья Асмуса покидала берег последней. Крепко обнявшись и трижды расцеловавшись с Любеном, воевода шагнул в ладью, остановился подле лежавшего на скамье раненого Микулы. Снял шлем, обратился лицом к встававшему над далеким горизонтом солнцу. Туда, к начинавшему свой ежедневный бег по небу светилу, лежал путь отправившихся в плавание русичей.

Путь домой, на Русь.

Центурия — подразделение легиона в 100 воинов.

Хвалынское море — Каспийское море.

Итиль — Волга, Саркел — Дон.

Ярл — воевода, начальник дружины {сканд).

Сурожское море — Азовское море.

Схола (визант.) — отряд отборных солдат (чаще всего гвардии).

Дромон — крупный корабль, вмещавший до 200 гребцов и 70 воинов.

Трирема — большой корабль с тремя рядами весел.

Памфила — быстроходное судно для несения патрульной службы.

Хеландия — корабль средних размеров (позднее шаланда).

Ключ — подразделение древнерусского флота.

Протовестиарий, патрикий — высшие придворные чины в Византии.

Доместик, спафарий — высокие воинские звания в византийской армии.

Вырий — рай, небесные сады (слав.мифология).

Упсала — древняя столица Швеции.

Свион — от Свионии (Швеции).

Комес — командир легиона.

Стратиг (букв, «полководец») — правитель и военачальник фемы, то есть военно-административной области в Византии.

Когорта — подразделение легиона (360 — 400 воинов).

Примучить — подчинить.

Кмет — правитель области в Болгарии.

Таксиархия — подразделение в 1000 воинов (визант).

Стадия — византийская мера длины (от 57 до 89 метров).

Акрит — солдат византийской пограничной стражи.

Друнгарий — командующий всем византийским флотом или его отдельной, действующей самостоятельно частью.

Манипула — подразделение легиона, состоящее из 2-х центурий.

Гирдман — опытный, заслуженный воин (сканд.).

Шнека — скандинавское судно.

Один — верховное божество варягов (сканд.мифология).