Читать онлайн «Волнения, радости, надежды. Мысли о воспитании». Страница 73

Я нарочно привожу эти анекдотические примеры, ибо вся история абстракционизма состояла из анекдотов и мистификаций. Началось это с ослиного хвоста, потом появились «гениальные художники» вроде обезьяны и т. д.

Кстати, как обезьяньи творения уживаются с Вашим тезисом, что «искусство тогда бесспорно, когда оно воздействует на наше сознание так, как этого хотел автор»? Интересно, чего же хотела обезьяна — автор картин, которые в США пользовались большим успехом? Как она могла воздействовать на сознание культурного человека?

Я не могу разделить Вашей уверенности, что «в области абстракционизма уже сейчас создано много гениального», и вовсе не потому, что на выставках Европы и США видел самые модные произведения абстракционистов, а потому, что здесь нет критерия, что лучше, что хуже.

Попробуем допустить такую возможность. Объявляется международный конкурс на лучшее произведение абстракционизма. В жюри заседают самые видные представители этого жанра, привлечены и посетители выставки, с мнением которых считаются. Конкурс закрытый, под девизами, причём никому не известно, из какой страны прислано произведение. Если эти условия будут соблюдены, то результаты окажутся самыми неожиданными: первые премии могут получить не художники, не скульпторы, а случайные авторы, обладающие некоторым воображением и конструктивной смекалкой. Впрочем, и это не обязательно. Не исключена возможность, что премии получат и шутники, которые пустили измазанную краской собачонку по холсту. Название такому творению придумать нетрудно: ну, допустим, «По зову сердца» или «Симфония № 24».

Вот Вы, мой уважаемый оппонент, оперируете такими понятиями, как гениальность и мазня. Первое, с Вашей точки зрения, характерно для абстракционистов, а второе — для всех художников-реалистов. А можете ли Вы определить, что у абстракционистов гениально, а что посредственно или даже плохо? Мне, человеку, не лишённому фантазии, знакомому с разными направлениями в искусстве, кое-что повидавшему, весьма трудно найти хоть какой-нибудь критерий в работах абстракционистов. Думаю, что этой возможности у Вас ещё меньше.

А если так, то о чём же спорить? Вы могли бы взять в защиту абстракционизм, допустим, как новое искусство, ссылаясь на то, что всегда идёт борьба между новым и старым. Но даже этот довод отпадает. У абстракционизма длинная седая борода. И очень странно, что при скептическом отношении к старости вообще — что Вы не раз подчёркивали в своём письме — Вы так пылко защищаете этого молодящегося старичка. Он живёт только воспоминаниями и нового слова никогда не скажет.

Заканчивая это письмо, я хотел бы добавить, что сейчас у нас нет почвы для возрождения подобного искусства, но зато есть все условия для расцвета глубокого, содержательного творчества, свежего и жизнерадостного, что вытекает из самой природы нашего общества.

После того как я выступил с разговором о «Чужих ветрах» в газете «Советская культура», среди писем, полученных на моё имя, оказалась «поэма» — плод коллективного творчества неких стиляг, скромно под писавшихся «Любители джаза».

Любителей джазовой музыки у нас много, и я сам отдаю ей должное, но дело, конечно, не в этом. Авторы весьма безграмотных стихотворных строк, как бы полемизируя со мной, спорят не о вкусе, а излагают свою жизненную программу воинствующих мещан, тех, кто с восторгом принюхивается к смрадному ветру, доносящемуся из нью-йоркских кабаков.

Это они бегают по гостиницам в надежде заполучить у какого-нибудь американца пёстрые обноски. Так и признаются: «Эти же рекламные рубашки нам здесь всем покоя не дают». Они без ума от рок-нролла и, гордясь этим, заявляют в «поэме»:

«Рок теперь есть танец современный, и никто его не запретит. Чуваки — народ ведь просвещённый, им рычанье ваше не вредит».

Эти «просвещённые чуваки», как они себя называют на блатном жаргоне, хвастаются тем, что. по пятнадцати раз смотрят венский фильм, где показывается пародийный рок-н-ролл, а с оперы Чайковского в Большом театре ушли через пять минут. Они восторгаются «королями рок-н-ролла», приводят их имена и, наконец, признаются: «Это есть для нас любимый идеал». Вот каким идеалам поклоняются недалёкие ревнители «западной культуры».

Я поставил эти слова в кавычки лишь потому, что всё то, о чём написали «просвещённые чуваки», ничего общего не имеет с подлинной культурой. Они доказывают, что «культура с Запада идёт» и «разная культура хороша».

Можно было бы не обращать внимания на жалкие потуги задиристых юнцов, но, к сожалению, среди молодёжи есть и заблуждающиеся. Им следовало бы узнать о некоторых явлениях американской культуры и о том, почему даже старая, буржуазная Европа далеко не всегда может примириться с заокеанскими ветрами, которые вредно влияют на молодёжь.

Я недолго был в США. За короткое время многого не познаешь. Страна интересная, сложная, полная контрастов и противоречий. Живой, дружелюбный народ, причем, как говорят сами американцы, сходный с нами по характеру, и это, несмотря на разницу политических систем, не может не вызывать обоюдных симпатий.

Советский человек несоизмеримо больше знает об американцах, чем они о нас. В нашей стране много издаётся классиков американской литературы и лучшее из того, что написали современники. Наш народ всё глубже и глубже начинает знакомиться с культурой и искусством Америки.

К сожалению, до среднего американца почти не доходят ни советская книга, ни кинокартины. Очень затруднены и другие формы культурного общения, если не считать гастролей советских артистов.

Меня интересовало другое. Как воздействует их собственная национальная культура на воспитание молодых соотечественников? В какой мере мировая, общечеловеческая культура формирует их сознание, привычки, вкусы, воспитывает чувства?..

Ведь только невежественные умишки стиляг могут представлять себе культурную жизнь американцев в сплошном рок-н-ролле и погоне за модными тряпками. Дальше этого их воображение ничего не рисует.

Вряд ли этим юродствующим поклонникам «западного стиля» известны имена великих американских учёных, изобретателей, писателей, художников, композиторов, слава о которых облетела весь мир и надолго останется в памяти народов. Да и сейчас культурная жизнь США не остановилась в своём развитии.

Во многих отраслях науки американцы занимают достойное место. Есть у них большая литература, талантливые драматурги, всемирно известные дирижёры, певцы, пианисты, скрипачи. Есть в США немалые круги образованных людей, тонко разбирающихся в искусстве. Они по достоинству оценили тончайшее мастерство Г. Улановой, Д. Ойстраха, С. Рихтера. Они полюбили В. Клиберна и гордятся своим Филадельфийским оркестром. Они с восторгом смотрят «Май фэр леди» — спектакль, который долгое время шёл на Бродвее, а потом был привезён к нам в Советский Союз, где также пользовался большим успехом.

Ведь, казалось бы, столь высокая культура, разнообразное и подлинно талантливое искусство, как мы судим по собственному опыту, должны воспитывать у молодёжи и жажду познаний, и гуманизм, благородство — всё лучшее, к чему стремится человечество.

Однако это не совсем так. Есть две культуры Америки. Первая, о которой я уже рассказывал, — для избранных, для сравнительно немногих любителей, знатоков; для школьников как наглядное пособие…

И есть культура другая, упорно пропагандируемая всеми самыми сильнодействующими техническими средствами. Многомиллионные тиражи газет и журналов, кино, радио, телевидение — как правило, всё это отдано именно второй культуре, массированному наступлению на сознание и чувства народа. Разве в таких условиях могут играть хоть какую-либо действенную роль в воспитании молодого поколения театры, концерты, музеи и картинные галереи?

А кроме того, нельзя забывать, что билеты в театры и на концерты в Америке невероятно дороги, как и книги, пластинки с записями классической музыки и многое другое, что относится к подлинной культуре. Дёшевы самые низкопробные зрелища и книжонки такого же порядка — короче говоря, всё, что рассчитано на массового зрителя, на массового читателя.

Не хочется повторять всем известные факты о засилии комиксов, отравляющих юные души. Сами американцы не раз выступали против этой идиотической макулатуры, которая уже проникла и в другие страны.

Другая, более солидная, книжная продукция выставлена в американских киосках. Пестрят лакированные обложки «покетбуков» — карманных изданий для народа. Среди книжек этой серии вы найдёте леденящие душу детективы, воспоминания убийц и гангстеров, биографии Черчилля и других политических деятелей, набор всевозможной эротики и даже «научный труд», название которого переводится примерно так: «Психоанализ гомосексуализма и путешествие на прекрасный Лесбос».